Щедрость такого решения была несколько уменьшена тем, что это объявление появилось всего за шесть недель до начала экзаменов, и поэтому немногие девушки набрались храбрости и подали документы, чтобы вступить в соревнование со своими сверстниками противоположного пола, которые готовились к экзаменам целый год.
Подобная новость стала блестящей возможностью для изобретательных умов и обвинительных пророчеств. «Панч» любезно предлагал несколько образцов экзаменационных вопросов, специально предназначенных для молодых леди.
«Проанализируйте по фотографии, – предлагал один из них, – характеры самых привлекательных писателей современности».
Этот вымученный юмор был менее эффективен, нежели предупреждения всезнаек: «Эта мысль была абсолютно ужасающей!», «Этот поступок был вряд ли оправдан!», «У юных дам будет воспаление мозга!».
С таким же успехом архиепископ Йоркский предупреждал свою паству:
«Когда мужчины, усталые от мирских сражений, возвращаются в прохладную тень своих домов, им нужен покой, изысканность, высокая культура, бескорыстие, благородное благочестие, и только настоящая женщина знает, как дать ему все это».
Однако восемьдесят три молодых леди бросили вызов осуждению ученого мира и решили держать экзамены.
Среди них была и семнадцатилетняя Элизабет Гарретт. Ее успехи на этих экзаменах вывели ее на путь борьбы, который каждый год приносил новые, еще более тяжелые сражения за посягательство на мужскую профессию.
Общество аптекарей неохотно приняло ее в свои ряды, чтобы дать ей возможность прописывать лекарства из бесплатной аптеки Св. Марии для женщин, которую она основала в тридцать лет. Отвергаемая профессионалами – медиками Британии, она в конце концов получила диплом врача в Париже в 1870 году и стала первой женщиной-врачом в Британии.
Соответствующим заключением этого рассказа будет тот факт, что сто лет спустя соотношение между ученицами и учениками британских государственных школ, поступающими в Оксфорд и Кембридж, до сих пор остается 1:50.
Война полов продолжается – и перемирие 1914 года было лишь временным, из патриотических соображений.
В течение месяца после объявления войны заключенные суфражистки были освобождены из тюрем, и женщины, которые годами торопили правительство, теперь помогали ему, выступая на митингах и призывая идти добровольцами на войну, организуя соратниц работать на оборону.
28 марта 1917 года мистер Асквит18 заявил, что он поддерживает движение женщин за политические права, о котором благосклонно говорилось на Конференции спикеров, назначенной в 1916 году (когда Асквит еще был на посту премьер-министра). В декабре 1917 года вышел билль об избирательной реформе, предоставляющий избирательное право всем женщинам после тридцати лет, – 364 члена парламента голосовали «за» и 23 «против».
Когда секретарь палаты общин зачитал результаты голосования, послышался торжествующий возглас единственной женщины на гостевой галерее.
При подготовке ко всеобщим выборам в декабре 1918 года поспешно был принят еще один билль, разрешающий женщинам выставлять свою кандидатуру в парламент. Десять лет спустя возрастной ценз для женщин был отменен. Все мужчины и женщины, достигшие двадцати одного года, имели право голоса; это означало, что женщины составят большинство электората.
К сожалению, стоит признать, что результаты движения суфражисток не были столь впечатляющими. На каждые девять голосов мужчин приходилось десять голосов женщин, и в большинстве избирательных округов женщины составляли большинство голосующих.
Если бы все женщины были преданными феминистками, то члены парламента были бы исключительно женщины, и королеве пришлось бы назначать премьер-министром женщину, которая, вне всяких сомнений, составила бы себе кабинет из одних только женщин.
Подобный вывод теоретически обоснован, но на практике все обстоит по-другому. За более чем пятьдесят лет, прошедших с тех пор, как британский парламент своим актом разрешил женщинам избираться в палату общин, лишь около тридцати женщин были членами парламента.
За все выборные кампании Британии, прошедшие за годы после предоставления женщинам избирательных прав, менее 700 из них выдвигали свои кандидатуры в качестве кандидатов – по сравнению с полутора тысячами мужчин.
Женщины могут сказать, что причина в том, что выдвижение кандидатов контролируется мужчинами. Партийная иерархия, жаловались они, стоит перед необходимостью успокоить некоторых женщин, вознамерившихся попасть в парламент, искусно подстроив так, чтобы им пришлось столкнуться с непреодолимыми препятствиями.
Им предложат попытаться расположить к себе приверженцев социализма на какой-нибудь комфортабельной окраине, заселенной средним классом или сторонниками тори в шахтерском районе Уэльса. Но даже в этих непростых избирательных округах местная организация будет проявлять недоброжелательность по отношению к женщине-кандидату!
Исследование случаев поражений на выборах женщин-кандидатов за несколько лет показывает, что обычно они были обречены на это с самого начала.
Политические партии, местные или национальные, должны отвечать за результат, поскольку социологический опрос населения, проведенный в 1953 году институтом общественного мнения Гэллопа в Британии, показал, что средний избиратель, будь то мужчина или женщина, мало озабочен полом кандидата.
Для 57 процентов пол вообще не имеет значения.
Нет никаких сомнений, что существует предубеждение против женщин у тех людей, которые нашли себе нишу в политике. Скорее всего, они пожилые, нетерпимые и, конечно же, мужчины! Радикализм внутри партии встречается не часто, вне зависимости от ее политической окраски.
Женщины, несомненно, не осознают своей политической силы, не говоря уже о том, что не стремятся к ней. Для женщин было бы довольно несложно достичь большего влияния в механизме местных избирательных кампаний.
Отсюда можно сделать вывод, что предположение о мужской нетерпимости неверно. Если бы женщины захотели, они могли бы потребовать выставления кандидатур женщин. В действительности же, там, где женщины чувствуют свою силу, они к ней не прибегают.
Будучи заняты на работе неполный день, по большей части замужние, они опасаются, что женщине-кандидату будет трудно посвящать все свое время политике, если она замужем, и относятся с подозрением к ее характеру, мотивам и надежности, если она незамужняя!
С точки зрения политики Ева должна пройти долгий путь, чтобы иметь право принимать активное участие в делах нации. Женщины, которые получили политическую поддержку в демократических странах, разочаровали и не вдохновили своих избирателей, за исключением, возможно, Израиля, Индии и Скандинавских стран. Они так и не проявили всей глубины ума, которая заставила бы коллег-мужчин прислушиваться к ним и возбудила бы энтузиазм электората, облачившего их властью.
Неужели была права королева Виктория, когда считала, что мужчины и женщины «должны оставаться каждый на своем месте»? Неужели настоящее место женщины – быть, как считали древние греки, богиней, а ее сила, как считали первобытные люди, в магии? Неужели ее нужно умиротворять, искать ее расположения и боготворить?
Сэр Джон Ньюсом навлек на себя бурю оскорблений, когда в своем отчете выдвинул предложение, что женщины должны быть столь же хорошо образованы, как и мужчины, но по другим предметам.
Женщины требовали права соревноваться с мужчинами в качестве псевдомужчин в этом маскулинном мире.
И чего мы добились? Дали образование женщине, чтобы быть удачливым мужчиной? Не лучше ли было бы дать ей образование, чтобы она стала счастливой женщиной?
Интересно, как бы отреагировали правящие классы на белую магию, открытие третьего глаза, искусство эры женского лидерства, историю женских религиозных культов?
Из двух мировых войн вторая принесла с собой самые основательные перемены в экономическом положении женщин в Британии. За период с 1914 по 1918 годы женщины достигли своей политической эмансипации и частично обрели личную свободу, но за период с 1935 по 1945 годы они добились экономического освобождения от мужского рабства.
В первый раз за всю историю человечества была предпринята попытка добровольной мобилизации людей вне зависимости от их пола.
Женщина, а точнее, девушка, достигшая двадцати лет, теоретически считалась наделенной теми Же правами и обязанностями, что и мужчина. Ее регистрировали, заносили в списки, ей присваивали категорию. Ее могли направить на службу в армию или промышленность.
Однако слабый след прежнего неприятия порочности Евы оставался. Она могла быть лишена права защищать свою страну, если обнаруживалось, что она проститутка, страдает от венерических заболеваний или беременна.
