Хотя малыш лишь однажды выказал своё недовольство — когда я хотел вытащить его из тайника. Но даже тогда он никак не попытался навредить мне. Не попытался защититься. Я прекрасно знал, что он может это сделать.
В тот вечер я просидел рядом со Ска почти две тысячи вдохов и опомнился, только когда на улице стемнело.
С того дня я каждый вечер прихожу к Ска. Даю ему воды и разговариваю. Делюсь с ним своими успехами в освоении базовых стоек. Да и другими секретами, которые не рассказывал до этого никому. Даже старикам и Дейе.
Не знаю почему, но рядом с этим крошечным созданием я чувствовал себя в безопасности. Совсем как там на Клыке, когда я только взял коробочку в ладонь и окропил её своей кровью. Словно в тот момент что-то связало нас. Я чувствовал, что Ска ощущает нечто похожее. Поэтому он больше и не хочет причинять мне вреда. Не выпускает своих игл, когда касаюсь его. Да и рот держит закрытым. Лишь посвистывая иногда, когда ему начинает не нравиться то, что я делаю.
Каждый день я ощупывал корни, что малыш запустил в исполина. Они становились всё толще и прочнее, уже напоминая молодые побеги скальника. Сам же Ска при этом совершенно не изменился в размерах. Лишь его крошечные угольки глаз разгорались с каждым днём всё сильнее. Но это мне может казаться. Малыш сидит в полной темноте, и вижу я только его глаза. Всё остальное понимаю только на ощупь.
— А потом, что собираешься делать? — выдернула меня из воспоминаний Дейя. — Я сегодня хочу попробовать забраться до запретной зоны. Эликсир усиления закончил своё действие. Тело только недавно перестало болеть. Вот хочу проверить, насколько я стала сильнее. Подстрахуешь?
— Конечно, подстрахую. — ответил я.
Не могу же я вот так взять и бросить девчонку. Без меня она может наделать слишком много глупостей, как это обычно бывает. А на Клыке любая глупость может окончиться падением.
— Я смотрю, вы уже закончили? Полностью освоили переход без дополнительных стоек и готовы нам его продемонстрировать? — раздался голос учителя Грегори, а его чудовищное оружие уже было занесено для удара. Хоть я и не видел этого, но ощущал всем телом. Оно само напряглось, уже готовясь к удару. — Если ни один из вас сейчас не покажет мне три идеальные стойки и два таких же перехода, то каждый получит по тридцать ударов.
Лиро не удержался и довольно хмыкнул, уже предвкушая насладиться зрелищем моего наказания. А вот Дейя шумно втянула в себя воздух. Тридцать ударов это очень много. До сегодняшнего дня самым сильным наказанием было всего пять ударов. И после них старейшина Йорго два дня провёл у Шарли.
— Ну раз вы не можете мне этого показать, то примите наказание.
Раздался свист палочки, что учитель Грегори занёс для первого удара. И этот удар предназначался Дейе.
— Стойте! — выкрикнул я. — Я готов показать все стойки и переходы между ними.
* * *
— Ты считаешь, что уже пришло время? Не слишком ли рано мы хотим передать Яну эти знания?
— О чём ты вообще говоришь Грегори? Ты не хуже меня видел, что происходит во внутреннем мире парня. Солнце! Пусть оно ещё не взошло, но до этого момента осталось совсем немного. Всего один толчок. Яну удалось невозможное. Он не просто пробудит свою первую звезду, но и сможет притянуть её невероятно близко. Парень идёт по пути своего деда. Наследие великого мастера начинает пробуждаться в его внуке. Когда ещё, если не сейчас мы должны передать ему эти знания?
— Вспомни наставления мастера. Он запретил нам помогать внуку. До тех пор, пока парень самостоятельно не поднимется в небо.
— Я всё прекрасно помню. Как и понимаю, что мы с тобой не дотянем до этого момента. По моим прикидкам у нас осталось одиннадцать дней.
— Этого вполне хватит, чтобы найти ещё одного сильного зверя и заполучить его ядро.
— И что тогда? Сколько ещё охотников погибнет? Барьер ослабнет до такого состояния, что через него сможет пройти любой адепт срединной стадии. А в этом случае Безмятежному останется совсем мало времени. Айрон не сможет убить обученного бойца. Ты же сам прекрасно знаешь, насколько он слаб. Да и я уверен, что мастера из пяти великих городов почувствуют, что одно из немногих тайных мест юга, ослабило свою защиту. Думаешь, они не попытаются попасть сюда? Упустят возможность стать сильнее? И что будет, когда один из мастеров найдёт в тайном месте поселение? Он захочет делиться его сокровищами, или решит забрать всё себе? Первому достанется всё самое вкусное. Всё то, что Агарес создавал на пути своего возвышения. Ты прекрасно понимаешь, что мы не можем пойти на этот шаг. Парню нужно время.
— Поэтому я и хочу передать Яну эти знания. Дрейк, неужели ты считаешь, что без базовой техники совершенствования он самостоятельно сможет найти путь? На подобное неспособны даже выдающиеся гении сильнейших школ, что с самого рождения получали лучшие материалы для своего развития.
— Пребывание в оазисе ничем не отличается от всех этих лучших материалов. И загоревшееся во внутреннем мире парня солнце тому явное подтверждение. Вкупе с возможностями своего тела Ян ни капли не уступает любому гению континента. — перебил друга Грегори.
Дрейк покачал головой, но перед тем как начать говорить, добавил немного энергии в обращение. Совсем простенькое, но требующее большой концентрации и сосредоточенности. Благодаря этому обращению, они могли быть уверены, что никто не сможет проследить за ними. Никто ниже мастера боевых искусств. Столь сильных идущих в Безмятежном не было.
Но даже прекрасно зная это, старику показалось, что кто-то пытался влезть в их разговор. Кто-то очень сильные и совсем не умелый в подобных делах.
Быстрая проверка не дала никаких результатов. В поселении точно не было никого сильнее Айрона. Поэтому он не стал ничего говорить старому другу.
— Здесь ты не прав Грегори. Он очень сильно им уступает. Все эти годы мы не давали мальчику знаний. С ним не занимались люди сведущие в боевых искусствах. Только драки с детьми охотников. И много из этих драк он почерпнул знаний? Сможет выйти против гения своего возраста? Того, что учили сражаться с пелёнок.
— Сможет. — полностью уверенный в этом ответил Грегори. — Или ты забыл, что в свои пять циклов Ян уже мог наравне сражаться с адептом пиковой стадии? Без помощи звёзд. Без обращений и всего прочего. Лишь благодаря своему телу. Полагаясь только на базовые техники. Пусть разум Яна и уничтожил эти знания,
