Не лги мне. Я взял один из отрядов Абаддона, и они любезно поведали много занимательных вещей.
Черт, надеюсь, не слишком много? У меня нет лишнего приглашения на свадьбу для злого ангелочка!
- Каких же? - стараясь не выдать своего смятения, мягко спросила я.
- Например, о том, что тот демон послал большой отряд искать какую-то демоницу, - сквозь зубы ответил ангелочек, а у меня мелко задрожал хвостик.
- Ах это, да это старая байка, тебя обманули, да, - быстро затараторила я, успокаивающе поглаживая пернатого по спине. - Этот похотливый демон все время кого-то себе ищет, ко мне это не имеет никакого отношения. Мы даже не знакомы, не переживай. К тому же учти, что демоны лгут, особенно если их пытают. Ради сохранения своей шкуры они тебе еще не то расскажут. Так ты сегодня сражался с абаддоновцами, да? Не поранился?
Самаэль молчал какое-то время, сосредоточенно дыша мне в макушку, а потом тихо ответил:
- Нет.
- Умница, - щедро похвалила я врага, победившего моих сопартийцев. - Ну ты устал, наверное? Иди отдохни, хаха. А я пока тут похожу, посижу и постою. Слушай, я говорила, что у тебя очень красивая квартира? Ай, мне так нравится! Особенно вот эта стена! О-о-о, какая стена! Всем стенам стена! Эй, ты что делаешь? А ну не лезь туда! Не лезь, говорю! Ты слышишь?!
- Я сказал тебе остаться и хорошо отдохнуть, но, кажется, ты совсем не устала ночью, - мрачно усмехнулся чертов ангел, игнорируя мое сопротивление.
Его руки касались то здесь, то там, и одежда непостижимым образом падала на пол. Он действовал неторопливо, но абсолютно неотвратимо. Памятуя, чем все закончилось в прошлый раз, я не стала терять время и даже начала кусаться, ругаясь на чем свет стоит, но в ответ получала лишь нежные поцелуи, которые становились все настойчивее и горячее. Кожа горела от каждого касания ангела, а от его тихого смеха немел затылок. Жутко! Очень жутко!
Силы были чертовски не равны. Как бы я ни отбивалась, этот извращенец все же затащил меня в постель и сделал все те же отвратительные вещи, что и прошлой ночью, добавив несколько возмутительных новшеств.
Не знаю, есть ли у нас соседи, но если есть, пусть зовут экзорцистов! В этого ангела явно вселился демон! Хотя технически это ангел несколько часов вселялся в демона, но демон искренне мечтает, чтобы его изгнали обратно в Ад! Спасите! Кто-нибудь! А-а-а!!!
Это была вторая самая долгая ночь в моей жизни. Кажется, все было еще хуже, чем в прошлый раз. Даже не знаю, какой ангел хуже: злой или возбужденный. Или возбужденный и злой. Он немного ослабил напор лишь тогда, когда я в двадцать первый раз поклялась быть послушной и делать так, как он говорит. Двадцать предыдущих клятв оказались недейственными лишь потому, что, обещая послушание, я продолжала отбиваться и всячески выкручиваться из-под агрессора. И только когда я притихла и послушно позволила ему делать все, что он хотел, ситуация... стабилизировалась.
Заметка: стабильность - не равно благополучие!
Получив разрешение на все свои бесчинства, ангел вовсе не остановился, а очень даже наоборот. С той лишь разницей, что моим ощущениям начали уделять более пристальное внимание. И не сказала бы, что это устраивало меня больше! Я едва не заработала морскую болезнь от всех этих... раскачиваний.
Под утро жалобные мольбы прекратились, оставив только мрачное согласие. Примерно такое же согласие дает труп, но я могла еще и давить темным, тяжелым взглядом. Увы, слепой монстр понятия не имел, что под ним лежит барышня со взглядом серийного убийцы, потому что на ощупь никакой разницы не наблюдалось. Но смотрела я очень холодно! Ледники на полюсе мурашками бы покрылись от такого взгляда!
Поднявшись с постели, ангел в хорошем настроении начал одеваться. Бодренький, свеженький, улыбчивый, бесит! Чертов подонок на мне же живого места не оставил! Да в Аду не до такой степени пытают! Всего лишь сдирают кожу, а не вот это вот все! От боли и несправедливости громким матом орала каждая клеточка моего тела, но из уст не вырвалось ни слова. Я молча смотрела, как пернатый гад собирается на работу, и всем сердцем болела за Абаддона. Еще никогда я так сильно не хотела, чтобы Ад победил в войне с Раем.
Набросив мантию, Самаэль подошел и наклонился, чтобы поцеловать, но я не позволила:
- Убирайся!
Брошенная в лицо подушка была лишь небольшой демонстрацией протеста, но он легко позволил себя ударить и ласково спросил:
- Милая, ты расстроена? Я сделал что-то не так?
Видели, как рыба фугу задыхается? Нет? На меня посмотрите, там все так же. Страшно признаться, но у меня закончились слова. У меня! Представляете? А дальше что? Апокалипсис? Не удивлюсь!
- Если ты обижена, я могу остаться и еще лучше постараться заслужить твое прощение, - мягко уговаривал он, а я поняла, что если немедленно не прорежется голос, я умру такой позорной смертью, что в Аду обо мне легенды складывать будут. Знаете, что такое легенды в Аду? Нет? И не надо. Лучше числиться пропавшей без вести, чем рассказать о том, как могут пасть демоны.
- Я не обижена, - хрипло ответила я, едва не подавившись собственной кровью от злости.
- Правда? Ты же не врешь мне? - хитро улыбнувшись, потянулся за объятиями маньяк.
- Тронь, и я откушу тебе нос. Так и пойдешь на работу, понял? - прошипела я, ощетинившись клыками.
- Понял, - послушно кивнул он, отстранившись. - Ты все-таки расстроена. Это потому что я не разрешил играть на улице?
- Ну если это единственная проблема, которую ты увидел, мой ненасытный, то да. - Я не смогла удержаться от едкого комментария.
Самаэль тяжело вздохнул и щелкнул пальцами, призывая ангельские чары:
- Я подозревал, что ты пока не согласишься с моим решением. Но это нестрашно, я что-нибудь придумаю, чтобы облегчить твои горести, а до тех пор пусть будет небольшая страховка. Я вернусь вечером. Будь послушной.
И на глазах у ошарашенной пленницы пернатый исчез, оставив после себя полностью покрытые енохианскими запретительными рунами стены, потолок и пол.
Теперь мне не выбраться.
___
[Чат "Черти и Ко(тлы)]:
(В) [ТвояЛюбимаяЖадинка: Добрый вечер, знатоки! В общем, у меня есть подруга, а у той подруги другая подруга, и вот у подруги той подруги подруги есть вопрос. Она собирается выйти замуж за демона и не может придумать, как объяснить благоверному,
