нам Оливер говорил? Что все про нас забудут?
Петуния явно хотела ответить что-то гневное, потом спохватилась и осеклась на полуслове. Как будто у неё в голове лампочка включилась.
– Оливер забрал их первыми, – сказала она Холли. – И вы про них забыли.
Холли печально кивнула.
– По-моему… кажется, я был в их комнате…
Гектор оглянулся в сторону коридора.
Та лишняя комната. Дверь, которую Холли никогда не открывала. «Ну конечно!» Это была комната близнецов.
Холли быстро окинула взглядом гостиную, выискивая другие мелкие несовпадения. Она обратила внимание, насколько тут всё чище, аккуратнее, продуманней. Так было до того, как мама изменилась.
– Холли! Лови!
Все вздрогнули от внезапного крика другого Гектора. Он что-то бросил другой Холли – и та это поймала.
– А что у меня е-есть! – ехидно протянула она. – Телефон Макса!
– Да и пофиг, – сказал Макс, не собираясь отвлекаться от игры. – Ты ж всё равно пин-кода не знаешь.
– Так-так, дайте подумать! – сказала другая Холли. – У Макса это будет что-то не самое примитивное, но всё равно без капли фантазии.
– Ы-ы! – Марко расхохотался.
– Твоя дата рождения… – и другая Холли принялась набирать пин-код, – только задом наперёд… Ну вот, пожалуйста! С первой попытки!
Холли поёжилась. Какая же она, эта другая Холли… выпендрёжница!
Макс выронил джойстик и вскочил.
– Эй! А ну, отдай!
– А в прятки сыграть? – настойчиво спросила другая Холли.
– Тьфу ты! – Макс потёр глаза ладонями. – Кто придумал сидеть с малышнёй, а?
– Ты, – сказал Марко.
– Ну и дурак же я! Ладно. Давайте играть!
Петуния зажала себе рот ладонью. Она была в шоке.
– Прятки! Они играют в прятки!
Другой Гектор принялся считать.
Другая Холли дёрнула Марко за футболку.
– Давайте спрячемся на улице! – шепнула она ему на ухо. – Гектор нас там искать не будет!
Близнецы согласились, и все тихонько вышли из дома. Ещё через несколько секунд Холли вбежала в дом и заперла дверь изнутри.
Она заперла дверь, а Марко с Максом остались на улице.
Другой Гектор тут же сцапал джойстик.
– Победа! Теперь приставка наша!
И они с другой Холли уселись играть.
– О нет… – Сердце у Холли упало. Она буквально слышала слова Оливера: «Ты спряталась. И тебя не нашли». Она смотрела, как та, другая Холли злорадно хихикает. Как же она довольна собой!
– Ну как ты могла?! – Глаза у Петунии покраснели, щёки раздувались от гнева. – Они же были такие хорошие! – бросила она. – Они мне помогали! Они и тебе помогали!!!
– Мне так стыдно… – сказала Холли.
Она чувствовала себя ужасно виноватой. Она не помнила, как она это сделала, но всё равно ведь она это сделала. Это она отправила Марко и Макса в Пряталки.
Порыв ветра растеребил волосы Холли. Ерунда какая-то. Они же в доме. Однако откуда-то налетел холодный, пронизывающий ветер. И тут девочка увидела туман. Туман сочился из-под двери, сквозь щели в стенах, вытекал из вентиляции…
Туман становился всё гуще. Ребята сбились в кучу и очутились точно в оке бури: вокруг них клубились серые облака. Дом, копии Холли и Гектора – всё исчезло, кроме тумана.
Ветер набирал силу. Раздался свист, точно воздух выходил из проколотого шарика. И в тумане появилась дырочка. Дырочка росла, росла и сделалась похожа на большое круглое окно, сквозь которое Холли увидела солнечный свет и, кажется, какую-то зелень: то ли траву, то ли деревья.
Кажется, это был выход!
– За мной! – крикнула Холли, стараясь перекричать рёв бури. Джордж крикнул что-то в ответ, но она не расслышала.
А отверстие стало уменьшаться. Оно закрывалось!
Холли стиснула руку Гектора и потащила его за собой. Джордж и Петуния бросились следом. Они бежали к отверстию, преодолевая бьющий в лицо ветер. А выход всё уменьшался и уменьшался – туман смыкался, словно вода, водоворотом уходящая в слив.
Холли бросилась вперёд что было сил. И успела как раз вовремя, чтобы увидеть, как дыра сомкнулась у неё перед носом. Клочья тумана обвили её вытянутую руку.
Она опоздала.
Глава 26
КОГДА ТУМАН НАКОНЕЦ-ТО НАЧАЛ РАССЕИВАТЬСЯ, когда клубящаяся, слепящая серость стала успокаиваться и расходиться, первым, что увидела Холли, была трава. Узенькая полоска газона рядом с обочиной. Холли стояла на тротуаре.
– А теперь мы где? – Гектор завертелся, озираясь. Туман развеивался медленно, и видно всё ещё было плохо.
– Не могу понять, – ответил Джордж. – Похоже, где-то на улице.
Петуния рухнула на землю и спрятала лицо в ладонях.
– Я так устала от этого дурацкого места! – выдавила она, всхлипывая. – Я просто хочу домой!
– Ну ладно тебе… – Холли протянула было руку, пытаясь её утешить, но Петуния даже головы не повернула.
– Не разговаривай со мной! – отмахнулась она.
Холли отступила назад. «Она на меня сердится за близнецов», – подумала Холли. Что бы сказать такого, чтобы всё исправить? Что бы такого сделать, чтобы не чувствовать, что это она во всём виновата?
За спиной послышался смех и болтовня.
– Ха-ха! Видели, какое у неё было лицо, а?
Холли обернулась. Она была так занята своими мыслями, что даже не заметила, как туман развеялся окончательно.
Они стояли возле парка. А вон и детская площадка. Очень знакомая площадка…
Это был их парк. Тот самый, где она пряталась, когда всё это началось.
По тротуару шла компания детей. Она их всех знала. Оуэн Орлофски, Карен Грэм, Зоя Замаррипа.
И Гектор. То есть прошлая версия Гектора.
И все они ухмылялись и пересмеивались.
– Видели, как она побежала? – издевалась Зоя. – Мне за неё прям неловко стало. Нет, серьёзно.
«Неверно», – подумала Холли. Они не пересмеивались – они насмехались. Насмехались над ней.
– Она думает, она самая умная! – другой Гектор бросил взгляд в сторону площадки, где пряталась другая Холли.
Хихикающие ребята ушли из парка. Они ушли совсем. Гектор остановился, оглянулся назад – и тоже ушёл, оставив её одну.
Холли и так знала, что они наверняка смеялись над ней. Она представляла себе, что они говорили. Но увидеть это самой, увидеть своими глазами, как Гектор хихикал над ней вместе с ними, было намного хуже. Она вся сделалась как открытая рана.
«Так вот как он обо мне думает на самом деле! Вот как они все обо мне думают!»
– Холли, – тихо сказал у неё за спиной настоящий Гектор, – я же это не всерьёз!
Как будто она могла в это поверить. Как будто сейчас это вообще имело значение.
– Просто заткнись, а? – сказала Холли.
Воспоминание продолжало разворачиваться у них на глазах. Другой Гектор вернулся. Он шмыгнул за угол и притаился за скамейкой. Холли
