— Нет, — успокаивающе ответил маг, — этого не нужно. Иди. Луг с тобой.
— Я… — новобранец запнулся, мучительно подбирая нужные слова и не находя их.
— Уходи, пока они заняты другими, — голос Дайнуса снова стал сердитым, — Быстро! Крууугом! Шагом марш!
Сид, не ожидавший такого резкого перехода, неосознанно выполнил приказ. Пригибаясь, он потрусил к воде, оглядываясь по сторонам, прячась между завалами трупов, огибая разрозненные затухающие схватки. Тиарин, родная река, каждый изгиб, каждую отмель которой он знал с детства, была его единственной надеждой на спасение.
Дайнус провожал его напряженным взглядом, облегченно выдохнув лишь когда мальчишка добрался до воды. Вряд ли у него получится убежать, конечно. Хотя… он местный уроженец, возможно, и сумеет спастись в том мраке на земле, который скоро воцарится в Солнечном крае. Волшебник заранее сочувствовал Сиду, хорошо представляя, что ему предстоит увидеть, прочувствовать и пережить. Но будучи приверженцем новой научной школы, Дайнус твердо верил: человек должен бороться за существование. Парень молод, силен и неглуп. Так пусть сражается за себя, тем более что скоро обычные живые люди станут большой редкостью в этих краях. Дезертирство? Определение, не подходящее для данного случая. Остаться сейчас на поле боя — значит, превратиться в зомби и пополнить армию Андастана.
Сам волшебник бороться за существование не собирался. Годы, болезни сделали его ленивым и неповоротливым. Он устал, очень устал от яркого бестолкового спектакля под названием жизнь. Он вынул из ножен меч, полагавшийся всякому ротному чародею. Дайнус и сам не помнил, когда в последний раз использовал оружие по прямому назначению. Обычно он срезал мечом лекарственные травы, чтобы приложить их к ранам солдат. Но после этого всегда тщательно чистил клинок. "Вот и пригодился" — пробормотал волшебник, подходя к мертвому воину.
Он успел обезглавить пятерых, когда увидел приближающегося всадника и приготовился встретить смерть во всеоружии. Остановив коня в десятке шагов, андастанец оценивающе оглядывал немолодого мужчину, прикидывая, стоит ли тратить время на поглощение его души. Но, очевидно, почувствовав исходящие от Дайнуса магические эманации, подъехал поближе и вытянул руку, готовясь произнести молитву Исдес. Пожилой волшебник опередил некроманта: на его ладони вспыхнул крупный огненный шар. Всадник гортанно рассмеялся над наивностью галатца, надеющегося поразить обычным сгустком пламени его, шеймида великой андастанской армии, одного из лучших сынов высшего народа. Он даже опустил руки, собираясь досмотреть забавную сценку до конца. Дайнус в свою очередь тоже разглядывал этого молодого, широкоплечего мужчину со смуглым грубоватым лицом и блестящими черными глазами.
— Чего уставился, выворотень черномазый? Людей никогда не видел? — спокойно, почти ласково спросил маг.
Не поняв чужой речи, но уловив презрение в голосе странного старика, не испытывающего ни страха, ни трепета, некромант злобно оскалился и снова вскинул руки. Но Дайнус не собирался дарить ему свою душу. Поднеся ладонь к лицу, он прошептал заклятие. Яростно вспыхнув, огненный шар взлетел в воздух и обрушился на голову своего создателя, мгновенно превратив его в пылающий факел. Напрасно шеймид выкрикивал молитву Исдес, испрашивая позволения на поглощение, напрасно повторял слова заклятия — изношенное сердце ротного волшебника не выдержало боли от ожогов и остановилось, освободив усталую душу от телесных оков. Выкрикнув проклятие грязному кьяфиру, избежавшему пленения, некромант развернул коня и отправился на поиски другой, менее изобретательной и дерзкой пищи.
* * *
Шумела под слабым теплым ветерком молодая нежная листва. Лунный свет серебрил верхушки деревьев, ложился жемчужными бликами на широкую тропу, по которой двигалась длинная кавалькада. Всадники, растянувшись цепью, пробирались через лес.
— Капрал Сторк, далеко еще до брода?
— Не больше трех майлов, господин полковник, — молодцевато отрапортовал ехавший первым молодой мужчина.
Сторк Велли знал эти места как свои пять пальцев. Мальчишками они с друзьями облазали вдоль и поперек и этот лес, и оба берега Тиарин. Поэтому, когда полковник Лириан Йеншир спросил, есть ли среди кавалеристов уроженцы Солнечного края, способные перевести полк на восточный берег, капрал без колебаний сделал шаг вперед. Никто лучше него не сумел бы выполнить эту задачу.
Лес обрывался на пологом берегу, заканчиваясь плакучими ивами, полоскавшими в реке длинные ветви. Противоположный берег тоже был густо покрыт деревьями. Сторк выбрал именно этот, дальний, брод, потому что перед ним Тиарин делала поворот, за которым с места сражения нельзя было разглядеть кавалерийский полк.
Русло Лозинки здесь было широким, а течение быстрым, поэтому человек неместный, не знающий капризов реки, никогда не подумал бы, что в этом месте может находиться брод. И даже далеко не все жители прибрежных деревень рисковали переходить Тиарин в этом месте, которое звалось Волосом демона. По преданию, Варрнавуш, желавший Солнечному краю гибели от засухи, взъярился, узнав, что слезы Ат-таны породили реку. Выйдя из мрака, он выдернул из бороды волос и швырнул его в воду, сотворив страшное колдовство, которое должно было сделать Тиарин орудием уничтожения южных земель. По замыслу Верховного демона, волос должен был стать высокой плотиной, река — выйти из берегов и затопить Солнечный край, превратив его в огромное озеро. Но жители Солнечного края вознесли горячую молитву матери всех богов, и она спасла людей от смерти. Спустившись в Амату с небес, добрейшая Ат-тана дунула на реку, и от ее благословенного дыхания колдовство Варрнавуша перестало действовать, а волос изогнулся под напором течения. Но богиня не захотела пачкать об него руки, и плотина, не успевшая вырасти до нужной высоты, так и осталась под водой.
Вполне вероятно, что легенда была лишь выдумкой народа. Тем более что один известный демонолог в своей книге "Вся правда о мраке" приводил ее в пример как величайшую нелепость и утверждал, что у Варрнавуша нет бороды. Но обитатели прибрежных земель свято верили в правдивость этой истории. Так или иначе, но брод существовал. Он был узок, не более трех шагов в ширину, окружен глубокими воронками, извилист и коварен. Стоило только немного ошибиться с направлением — и смельчака, рискнувшего бросить вызов Волосу демона, подхватывало бурное течение, утягивало под воду, а потом, через несколько майлов, выбрасывало его изуродованное, побитое о камни, изъеденное рыбами тело.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
