видит ли он их. А почему разошлись? Гулящая она была, парни все сплетничали, что младший сын не от него вовсе.
- И он это допускал?? - Аня вдруг вспомнила перекошенное от гнева лицо Торецкого, когда ему просто показалось, что она флиртовала с мужчиной, а тут измена и видимо явная. Это он что, так изменился за несколько лет? Видимо эти мысли были написаны на ее лице, потому что Альбина тут же поняла причину ее замешательства.
- Да плевать ему было на Ленку. Не любил он ее, она постоянно что-то скандалила, а он просто уезжал из дома на неделю или две, и не думаю, что в библиотеку.
В голове Ани все смешалось. За последние 15 минут она узнала о Торецком больше, чем за месяц тесного общения с ним. Девушка с подозрением покосилась на Альбину, уж не хотела ли та вызвать в ней жалость к бедному, несчастному бандиту? Она решила проверить.
- Это все, конечно, печально, но ты думаешь это оправдывает то, что он сделал со мной?
Альбина с удивлением посмотрела на девушку.
- Да ты что? Нет, конечно! Я его не оправдывала, просто рассказала, что знаю. И, между прочим, это ты попросила.
- Да, да, я знаю, просто.. Ты все же поможешь мне, Альбин?.
- Ты еще сомневаешься! Конечно, помогу! Я просто хотела сказать, что он не всегда был чудовищем. Ну ладно, рассказывай, что ты там придумала. Вместе решим, как быть. Только быстрее говори, а то у меня руки окоченели, да и дома могут хватиться.
Аня облегченно вздохнула.
- Видишь ту пристройку, она стоит отдельно и в ней хранятся лопаты, грабли, а еще солома для подстилки собакам.
- Так, и?
- Я хочу ее поджечь, - торжественно заключила девушка, - а пока все охранники будут в панике ее тушить, незаметно залезть в машину, которая привозит продукты. Она ведь всегда у черного входа в кухню паркуется. Но есть одна проблема.
- Одна? Да ты шутишь, я уже десяток насчитала! - Аня сникнула.
- Значит, думаешь не получится? Тогда я даже не знаю...
- Да нет, погоди, надо просто все хорошо обдумать, - казалось Альбина несколько секунд совещается сама с собой, глаза ее беспокойно бегали, а руки сжимали и раздумали кулаки. Наконец, она сказала.
- А что? Может и получиться. Только надо дождаться четверга, тогда газель приезжает, у нее фургон закрытый и без холодильника, а то в рефрижераторе ты насмерть замерзнешь.
Аня подняла на нее полные надежд глаза:
- Значит, попробуем?, - женщина ей приветливо улыбнулась, протянула ладонь и несильно сжала руку.
- Сделаем!
Глава 22
С каждым днем нервозность Ани все увеличивалась. Каждое утро они с Альбиной обсуждали все детали побега. После завтрака обычно они набирали еду для собак и шли в вольеры, никто из охранников их не останавливал и казалось, даже не замечал столь внезапно проснувшегося интереса к животным.
Возможно, если бы Торецкий был здесь, он заподозрил неладное, но в доме оставались простые охранники, которым не было никакого дела, что там делают обитательницы особняка. Им дали команду не выпускать девушку за забор, и они ее четко исполняли.
Вечером в субботу Альбина уехала к себе, сказав, что у нее какие-то срочные дела в банке. Это еще больше усилило волнение девушки, так как уходя она заговорщицки подмигнула Ани и сказала, что сегодня постарается решить все их проблемы. Аня всю голову сломала, что там задумала ее новая подруга. Альбина оказалась женщиной довольно отчаянной. Удивительно, как она с головой погрузилась в заговор, казалось, что даже помолодела от мысли, что творит что-то запретное.
Ане не было так весело. Ее свобода казалась ей чем-то эфемерным, мечтой, которая прекрасна, как цель, но практически недостижима. В голову лезли разные мысли, которые должны были бы ей прийти еще в начале разработки своего отчаянного плана.
Куда она пойдет после побега? Где ей взять деньги на жизнь? Идею пойти к родителям она сразу отмела, неизвестно, что взбредет на ум Торецкому, а уж родителей и сестер она подводить не желала.
Ведь придется скрываться, возможно, даже долго. Но как? Где ей взять документы, как устроится на работу? От всего этого можно было сойти с ума.
Но отступать Аня не хотела. Да потому что не было куда уступать, горестно думала девушка. Оставаться здесь невозможно, рано или поздно он меня или убьет или изувечит, или вообще отдаст кому-то... Хоть ей самой не верилось в такое развитие событий, но тревожные мысли все равно не покидали. "Может это и самый плохой сценарий развития событий, но он возможен".
Уверенности в побеге прибавило и еще одно обстоятельство. У нее была задержка. Уже десять дней. Можно было бы, конечно, списать на нервы и стресс, но Аня себя знала. Цикл у нее день в день, а здесь больше недели...
И дело даже не в отсутствии месячных, она чувствовала себя по другому. Появилась сонливость днем, а ночью, наоборот, ей вообще не хотелось спать, постоянно сопровождало какое-то возбуждение, радость от чего-то.
Аня уже почти не сомневалась, что беременна, и это ее до ужаса злило. Нет, Торецкий позаботился о предохранении. Однажды утром, через два дня после ее появления в доме, на комоде возле кровати волшебным образом появились несколько пачек таблеток и инструкция по применению. Аня без колебаний начала курс. Иметь ребенка в таких условиях ей не хотелось. Но видимо тех первых разов хватило.
Аня еще не понимала, как относится к своей беременности. Нет, аборт она делать не будет, просто не сможет, малыш-то не виноват. Но вся эта ситуация до ужаса осложняла побег. Сказать Альбине она не могла, была уверенна, та заставит ее остаться в доме ради безопасности ребенка. А она этого просто не выдержит. Кроме того, оставалась маленькая надежда, что все это ее домыслы и ничего у нее нет. С этими мыслями девушка жила несколько дней.
В обед воскресенья вернулась Альбина
