- О, Тесриель! - Руки Арриан легли на ее сердце
- Это никогда не залечится.
- Есть идея. Я нуждаюсь в чем-то, чтобы помнить тебя
- Не говори так. - Арриан упала на колени, в том месте, где лежала Тесс.
- Откуда у тебя звездная стрела? Ты взяла ее у Азазеля? Это не правильно!
- Это нормально если очень необходимо.
Если я не могу быть с тобой, мне нечего не надо. - Тесс поморщилась, доставая звездную стрелу из своего крыла. Раздался звук, разрывающейся плоти крыла, но крыло не оторвалось полностью.
- Это сложнее чем ты думаешь.
- Прекрати!- Закричала Арриан пытаясь забрать стрелу из рук Тесс. В мгновение ока, Тесс направила стрелу на нее.
- Уйди - сказала она тихо.
- Ты знаешь, что произойдет, если ты тронешь меня
Арриан смотрела на любимого падшего ангела, по которому струилась алая кровь, она знала, что если коснется ее, то это станет для нее ядом. Но даже осознание этого не останавливало Арриан. Она нуждалась в Тесс, чтобы помнить, то, что она не была одной, что она была любима.
В памяти промелькнула Тесс, ее звонкий смех, милый, красивый образ Тесс, когда она была рядом, и после этого Арриан сделала немыслимое, она бросилась к Тесс хватая стрелу, и закричала от боли, кровь Тесс обжигала ее. Это была исключительная боль крови демона на плоти ангела, как тысяча унылых мечей, двигающихся в ее душу. Кровь на крови была даже хуже Арриан стиснула зубы от боли, пока не вырвала стрелу из рук Тесс.
- Отпусти меня! - Ногти Тесс царапали горло Арриан пока по коже Арриан не начала течь кровь. Животный вопль сорвался с губ Арриан. Ее кровь действительно обжигала, когда прикасалась к Тесриель, превращаясь в кислоту на ее теле и обжигая кожу. Там где их кровь смешивалась, на коже появлялись пузыри, оставляя уродливые шрамы на ее ногах шее и туловище. Тем не менее, Арриан не остановилась.
- Теперь взгляни, что ты сделала. - Губы Тесс были синими от огромной потери крови. Хриплый смех пробивался сквозь ее страдания.
- Даже моя кровь является ядом для тебя. Так же как - тут ее голос дрогнул, и глаза помутнели, - как все и говорили.
- Постой! Арриан попыталась сконцентрироваться на кислотных ожогах, единственное, что выделялось сквозь поток крови Тесс. Она держала в руках два ее крыла, не зная, что с ними делать.
- Ты делаешь еще хуже! - вскрикнула Тесс.
- Стой! Ты и так слишком много потеряла крови.
Тесс билась в конвульсиях, но смогла опереться одной рукой на скалу и поднять голову ровно на столько что бы посмотреть в глубокие глаза Арриан.
- Ты покорила мое сердце Арриан. Но ты не сможешь исцелить меня. - Губы Арриан дрогнули.
- Я смогу. Я это сделаю.
Она схватила подол платья доярки и, используя зубы, оторвала клочок ткани. Это не сработает, подумала она, протягивая ткань и неуклюже делая перевязку, разодранного левого крыла Тесс. Она быстро оторвала другой кусок ткани, пока пальцы не онемели от холода и страха. Тело Тесс охватила дрожь, но ее глаза были закрыты, и она не реагировала на зов Арриан, чтобы проснутся. Эти повязки не годятся. Для ран Тесс необходимо небесное вмешательство. Потребуется помощь Габби, но Габби будет в ярости, хотя она все равно остается той же Габби так что поможет в любом случае. Крылья Тесс больше никогда не будут прежними, но возможно она, когда-нибудь все же сможет летать. И только после того как Арриан перевязала крылья Тесс, она смогла взглянуть на собственное тело.
Это была жалкая картина. Ее шея горела от боли. Ее платье, с левой стороны было разодрано на куски. Ее кожа была исполосована запеченной кровью и серебристым гноем шелушилась ангельская кожа. Ей нечего было приложить на раны. Она всю ткань потратила на Тесс. Она упала на колени рядом с демоном и зарыдала. Она нуждалась в помощи, но не могла нести Тесс на своем обожженном и избитом теле.
Что хорошего вообще это могло принести? Возможно, Тесс была права: Когда влюбленный страдает из-за разбитого сердца независимо от того насколько сильно другие хотели бы помочь, она не сможет исцелить его.
По большей степени Арриан понимала, что душа должна быть в одиночестве, потому что когда она погружается в любовь, то уже не сможет избавиться от нее. Это был величайший парадокс: Души нужны друг другу, но в тоже время приходится быть далеко друг от друга.
- Я должна уходить, - прошептала она Тесс, чье дыхание было слабым и трудным.
- Я пришлю тебе помощь. Кто-то придет, что бы позаботится о тебе.
- Я люблю тебя и никогда не смогу полюбить никого другого. Единственное что я могу сейчас сделать это уйти и бороться за такую любовь, которой у нас не было, в ту которую я верю. Я надеюсь, что ты когда-нибудь найдешь то, что ищешь. - Слеза скатилась по щеке Арриан.
- С днем Святого Валентина моя любимая.
Падающая звезда пронеслась по небосводу, создавая дугу. Арриан необходимо отправляться в направлении севера, что бы отыскать Люсинду и Дениеля. Ее шея болела, когда она поднялась с камня и, не смотря на все раны, ее крылья чувствовали себя свободно и сильно. Она широко раскинула их и полетела прочь.
Часть 4
Бесконечная любовь:
День Святого Валентина для Люси и Дениеля
Глава 1
Любовь давным-давно
Люси очутилась в дальнем конце узкой улочки под сиянием освещенного солнцем небом.
- Билл? - прошептала она. Ответа не последовало. Она вышла из Предвестника и замерла
Где она теперь? Было шумно по другую сторону ярко освещенной аллеи, своего рода похожей на рынок, где Люси заметила фрукты и птиц передающих из рук в руки. От пронизывающего зимнего ветра лужи на аллеи превратились в слякоть. На Люси было одето черное бальное платье... Где она одела это уже изорванное платье? На бале короля в Версале.
Она нашла это платье в шкафу одной из принцесс. А после она оставалась в нем, когда исполняла приказ Генриха VIII в Лондоне. Она понюхала плечо: оно по-прежнему пахло дымом от пожара, который сжег театр Глобус.
Сверху послышались громкие удары: створки окон открылись на здании. Две женщины высунули головы из соседних окон на втором этаже. Испугавшись Люси, прижалась в тени стен, следя за тем, как женщины перебрасывают бельевую веревку.
- Вы, позволите Лауре посетить праздник? - Сказала одна из женщин в простом сером платье, когда перебрасывал огромные влажные брюки через веревку.
- Я не вижу ничего плохого в посещении празднества, - ответила другая женщина. Она стянула сухую льняную рубашку и быстро сложила.
