— Как тебе сказать, — задумчиво проговорила девушка. — Танцевать с тобой танго было намного приятнее.
— Ну подожди, — проворчал он. — Я не мог сдержать свою страсть. А сейчас мы с тобой исполним еще одно танго. В постели…
Гунар засмеялся мелким смешком, от которого Лючии почему-то стало не по себе. Ей захотелось встать и оказаться у себя дома на улице Риенцо. Но он обнял Лючию и припал к ее губам. Она ответила на его поцелуй, заставляя себя включиться в любовную игру. Он взял в рот сосок ее упругой высокой груди, но она не чувствовала в этой ласке той страсти и любви Мориса, от которой она в изнеможении забывала обо всем на свете. Она не чувствовала огня в своем партнере. Видно, холодная скандинавская кровь отца превалировала над темпераментом матери-итальянки. Теперь Лючия спокойно отвечала на его ласки, изображая удовольствие. Их второе слияние не было ни бурным, ни страстным, ни исступленным, хотя она чувствовала, что Гунар вполне доволен собой и своей красивой любовницей.
— Вот сейчас было настоящее танго, — воскликнул он, едва отдышавшись. — Я прав?
Лючия улыбнулась, но не стала возражать ему. По своему семейному опыту она знала, что, мужчины, не обладающие любовным талантом, не понимают этого, но считают себя непревзойденными в постели.
— Пожалуй, — согласилась она и похлопала его по щеке.
Больше она не хотела, не могла оставаться в его объятиях. Она встала и перед тем как зайти в ванную комнату попросила Гунара вызвать для нее такси.
— Сегодня суббота, — удивленно напомнил он. — Давай позавтракаем и вместе проведем весь день и еще ночь.
Но Лючия покачала головой и скрылась в ванной комнате. Сейчас, стоя под душем, она старалась смыть с себя следы прикосновения к ней чужого мужчины. Где-то в глубине души опять забилась боль тоски по Морису.
— Ну как? — с интересом спросила Кьяра, когда она встретились в понедельник на работе.
— Никак, — спокойно ответила Лючия, не глядя на нее.
Кьяра на мгновение растерялась, не ожидая такого ответа.
— Что, он тебе не понравился?! — она почти возмутилась, так как все события вечера пятницы свидетельствовали о разгорающейся любви двух красивых людей.
— Он мне не понравился в постели, и вообще это типичное не то, — сказала Лючия, принимаясь за работу и давая понять, что больше ей неинтересно разговаривать на эту тему. — Потом поговорим, — бросила она, увидев, что кое-кто из коллег прислушивается к их разговору.
Кьяра пожала плечами и отошла, но через несколько минут подошла снова.
— Между прочим, он звонил мне в субботу и просил, чтобы мы с Массимо взяли тебя на пикник в следующий уик-энд. Сказал, что очень хочет снова увидеть тебя.
— А я не хочу больше видеть его, — процедила сквозь зубы Лючия, — и в постель с ним не лягу даже под пистолетом.
Она рассмеялась и чмокнула подругу в щеку:
— Все, хватит об этом!
Но Кьяра не унималась. В обеденный перерыв они вместе пошли в кафе, и там, сидя за столиком, она стала засыпать Лючию вопросами.
— Я точно знаю, что все женщины от него в восторге, — начала Кьяра.
— Я рада за него и за всех его женщин, — усмехнулась Лючия, запивая соком салат.
— Ты просто ненормальная, — начала горячиться Кьяра, — такой мужик в тебя влюблен, а ты воротишь нос.
— Умоляю тебя, — устало проговорила Лючия, — оставь в меня в покое. Я очень благодарна тебе за то, что ты хочешь устроить мою личную жизнь. Попытка не удалась, и больше ничего не надо. В конце концов, у меня есть муж.
Закончилось лето. Для Лючии три летних месяца показались вечностью. В октябре Паоло уговорил ее поехать в Египет — понырять, посмотреть достопримечательности, продлить курортный сезон. Их отношения переросли в дружеские. Кто-то из «друзей семьи» сообщил Лючии, что Паоло иногда встречается со своей подружкой студенческих лет, которая хочет развести его с Лючией и женить на себе. Но его вполне устраивала такая жизнь, и он не собирается расставаться с женой.
Лючии же казалось, что в ней умерли все чувства, присущие молодой красивой женщине. Ей стали безразличны все мужчины, даже похожие на Мориса. Она избегала ситуаций, подобных той, которая произошла на вечеринке в Министерстве иностранных дел. Гунар еще некоторое время пытался привлечь внимание Лючии, но она всячески избегала встреч с ним. Она продолжала ждать Мориса. Несмотря на то, что у него не было ни ее телефона, ни адреса, и у нее тоже. Время от времени у нее в голове вертелась фраза, которую она прочла на случайно открытой странице исторического романа про испытательный круг судьбы. Хотя понимала, что смерть Катрин всегда будет стоять между ними.
«Траур по жене длится год, — рассуждала она. — Неужели и после этого он не будет искать меня. Ведь они с Катрин уже давно не были мужем и женой. Он же любит меня! А может быть, для него это был очередной курортный роман, несмотря на все его уверения в вечной любви?»
Пролетела осень. Наступили суматошные рождественские каникулы и новогодние праздники. Подошел новый горнолыжный сезон, которого каждый год она ждала так, как ребенок ждет новогодних подарков. Однако на этот раз Лючия поймала себя на том, что теперь она не представляет себя в горах без Мориса, и ей совсем не хочется кататься на лыжах без него. Это открытие испугало ее. Один знаменитый тренер сборной Франции по слалому сказал когда-то: «Горные лыжи — не счастье, но вполне могут заменить его». Долгое время эта фраза была девизом Лючии. Неужели теперь она лишится и этой радости? Должно пройти еще какое-то время, и тогда, наверное, все станет на свои места. Только как пережить это время и где взять силы?
Испытательный круг судьбы замкнулся…
В начале февраля в Венеции должен был состояться Международный симпозиум архитекторов, и Лючия решила присутствовать на нем. Венеция, пожалуй, оставалась единственным местом, к которому еще тянулась ее душа.
Она любила приезжать в этот город не по железной дороге, а из Римини, по воде лагуны. У нее всегда замирало сердце, когда из тумана возникала кампанила, колокольня с площади Сан Марко, множество полосатых причалов для гондол и две колонны — с крылатым львом и статуей святого Теодора, покровителя Венеции.
Симпозиум будет проходить на острове Лидо, во Дворце венецианских кинофестивалей. Лючия приехала накануне открытия и сняла номер в гостинице рядом с Дворцом.
Темой симпозиума было «Сохранение исторических архитектурных ансамблей в условиях развития современного градостроительства». Венеция, законсервированный город-памятник, конечно, не мог служить примером заявленной темы, но его «невероятная ускользающая красота», как камертон, должна была настроить всех участников на вдохновенный лад. Город, в котором практически нетронутыми остались постройки XIV века, вполне являл собой немой укор другим городам и странам, потерявшим свое историческое лицо. На симпозиум приехало много иностранных гостей: из новых стран Европейского Союза и даже из России.
