(В начале создавши человека по образу Своему и подобию, Ты поставил его в раю владычествовать над тварями Твоими. Но он, обольщенный по зависти диавола, вкусил (запрещенный) плод и сделался преступником заповедей Твоих. Поэтому ты осудил его, Господи, на то, чтобы он опять возвратился в землю, из которой был взят, – и этим испросил себе успокоение.)
Глас 8-й. Плачу и рыдаю, егда помышляю смерть, и вижду во гробех лежащую, по образу Божию созданную нашу красоту, безобразну, безславну, не имущую вида. О чудесе! что сие еже о нас бысть таинство; како предахомся тлению; како сопрягохомся смерти; воистину Бога повелением, якоже писано есть, подающаго преставльшемуся упокоение».
(Плачу и рыдаю, когда размышляю о смерти и вижу во гробах лежащую по образу Божию созданную нашу красоту безобразной, бесславной, не имеющей вида.
О чудо! Что это за таинство совершилось над нами? Как подвергнемся тлению? Как сочетались мы со смертью? Подлинно, по повелению Бога, как написано, – подающего преставившемуся упокоение.)
Эти стихиры – непрерывная проповедь о суете всего, что прельщает нас в мире и покидает после смерти, вопль человека над развалинами жизни человеческой, вопль о всех бедствиях и скорбях ее. Это чувство тления, разрушения и смерти во всем земном; это картина, при взгляде на которую рассеиваются все наши надежды на земное, разбиваются о камень все наши помыслы и мечты, ноет сердце и болит душа.
За этим изображением скоротечности земной жизни, неизбежного разрушения и тления тела, Церковь утешительно произносит «Блажены». Временному и тленному, оставляемому в этом мире, словами Самого Спасителя противопоставляется то, что составляет истинное и вечное блаженство любого христианина. Чтение заповедей блаженств прерывается краткими прошениями Церкви от лица усопшего ко Спасителю.
«Во Царствии Твоем помяни нас, Господи».
«Разбойника рая, Христе, жителя, на кресте Тебе возопивши: помяни мя, предсодеял еси покаянием его, и мене сподоби недостойного».
(«Разбойника, возопившего к Тебе на кресте: “помяни мя”, – Ты сделал, Христе, прежде всех жителем рая, за его покаяние; и меня недостойного сподоби (быть в раю)».)
«Блажени милостивые, яко тии помилованы будут».
«Блажени чистии сердцем, яко тии Бога узрят».
«Животом господствуяй и смертию, во дворех святых упокой, его же приял еси от привременных: и помяни мя, егда приидеши во Царствии Твоем».
(«Ты, Господин жизни и смерти, упокой в обителях святых Твоих принятого Тобою из этой кратковременной жизни; и помяни меня, когда приидешь во Царствии Твоем».)
«Блажени миротворцы, яко тии сынове Божии нарекутся».
«Блажени изгнани правды ради…».
«Христос тя упокоит во стране живущих, врата райския да отверзет ти, и Царствия покажет жителя, и оставление тебе даст, от нихже согрешил еси в житии, христолюбче».
(«Христос тебя да упокоит в стране живых и да откроет тебе врата райские, и да соделает тебя жителем рая, и прощение да подаст тебе во всем, в чем согрешил в жизни твоей, христолюбче».)
В завершение на «Славу» поется стихира Троице: «Безначальным и рождением и происхождением…».
А на «Иныне» – Богородичен: «Како от сосцу Твоею млеко точиши…».
После этого поется прокимен и читается Апостол. Апостольское чтение – Первое послание апостола Павла к Фессалоникийцам (гл. 4; 13–17):
Братие, не хочу оставить вас в неведении об умерших, дабы вы не скорбели, как прочие, не имеющие надежды. Ибо если мы веруем, что Иисус умер и воскрес, то и умерших в Иисусе Бог приведет с Ним. Ибо сие говорим вам словом Господним, что мы, живущие, оставшиеся до пришествия Господня, не предупредим умерших; потому что Сам Господь при возвещении, при гласе Архангела и трубе Божией, сойдет с неба, и мертвые во Христе воскреснут прежде. Потом мы, оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках, в сретение Господу на воздухе, и так всегда с Господом будем.
Словами апостольского чтения Церковь переносит наши мысли и надежды к будущему всеобщему воскресению мертвых, чтобы не оставить в страждущем сердце место печали и сомнению. Святой апостол Павел раскрывает перед нами дивные тайны будущего преображения тела человеческого. После апостольского чтения трижды поется «Аллилуиа» и читаются положенные стихи.
Наконец, Сам Господь Иисус Христос устами священника, читающего Евангелие, утешает и обнадеживает нас как Милосердный Отец, как Сострадательный Благодетель, осушающий слезы скорбящим и посылающий отраду и радость в сердце, истерзанное горем и печалью:
В то время Господь сказал: Истинно, истинно говорю вам: слушающий слово Мое, и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную; и на суд не приходит, но перешел от смерти в жизнь. Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут. Ибо как Отец имеет жизнь в Самом Себе, так и Сыну дал иметь жизнь в Самом Себе. И дал Ему власть производить и суд, потому что Он Сын Человеческий. Не дивитесь сему; ибо наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат голос Сына Божия; и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло – в воскресение осуждения. Я ничего не могу творить Сам от Себя. Как слышу, так и сужу; и суд Мой праведен: ибо не ищу Моей воли, но воли пославшего Меня Отца (Ин. 5; 24–30).
После Евангелия произносится ектенья: «Помилуй нас, Боже», и в конце молитва «Боже духов…» с возгласом «Яко Ты еси воскресение, живот и покой…». Обычно после этого священник читает разрешительную молитву, которую и вкладывает в руку почившего в знак того, что усопший умер как член Церкви. В этом случае прощальная молитва, помещенная в конце чина отпевания, не читается, так как по содержанию она идентична первой, будучи лишь более краткой. В этой молитве испрашивается у Господа прощение умершему согрешений вольных и невольных, в которых он «сердцем сокрушенным покаяся и елико за немощь естества забвению предаде». То есть эта молитва представляет собой прошение священника о прощении усопшему всех открытых духовнику прегрешений, кроме тех, в которых усопший не раскаялся из-за того, что он их забыл или не успел в них покаяться. Этой молитвой скончавшийся разрешается от церковного запрещения («клятвы», или епитимии[47]), если он почему-либо не был разрешен при жизни.
После разрешительной молитвы поются трогательные стихиры при последнем целовании. При пении этих стихир происходит прощание с умершим. Оно свидетельствует о нашей неперестающей любви и духовной общности с ним во Христе Иисусе. Последнее целование народ совершает, прикладываясь ко кресту в руке умершего. Хор в это время поет:
«Приидите последнее целование дадим, братие, умершему (умершей), благодаряще Бога, сей (сия) бо оскуде от сродства своего и ко гробу тщится, не ктому пекийся о суетных и о многострастной плоти. Где ныне сродницы же и друзи? Се разлучаемся. Егоже (юже) упокоити Господу помолимся.
(«Придите, братья, и благодаря Бога, дадим усопшему последнее целование. Вот он оставил родных своих и идет ко гробу, не заботясь больше о суетном, о плоти, подверженной страстям. Где теперь родственники и друзья? Вот – разлучаемся. Помолимся же, да упокоит его Господь».)
«Кое разлучение, о братие, кий плач, кое рыдание в настоящем часе, приидите убо, целуйте бывшаго (бывшую) вмале с нами, предается бо гробу, каменем покрывается, во тьму вселяется, с мертвыми погребается и всех сродников и другов ныне разлучается, егоже (юже) упокоити Господу помолимся».
(«О, какая разлука, братия! Какая невыносимая скорбь, какая горечь слез в настоящие минуты! Вот, придите – еще раз целуйте того, который так мало был среди нас. Затем засыплет его могильный песок, закроет надгробный камень и он, разлучившись со всеми родными и друзьями, в гробовой тьме соединится со всеми другими мертвецами. Помолимся же Господу, чтобы Он упокоил его».)
«Ныне житейское лукавое разрешается торжество суеты, дух бо оскуде от селения, брение очернися, сосуд раздрася безгласен, нечувствен, мертвен, недвижим, егоже посылающе гробу, Господу помолимся дати сему во веки упокоение».
(«Теперь обличается обольстительное торжество суеты жизненной. Вот, дух оставил свою телесную храмину, и что же с ней стало? Почерневшая земля, пустой сосуд, безгласный, неподвижный, бесчувственный, мертвый. Провожая ее в могилу, будем молиться Господу, чтобы Он дал почившему вечное упокоение».)
«Слава», глас 6-й – «Зряще мя безгласна и бездыханна предлежаща, восплачите о мне, братие и друзи, сродницы и знаемии, вчерашний бо день беседовах с вами, и внезапу найде на мя страшный час смертный, но приидите вси любящие мя и целуйте последним целованием, не ктому бо с вами похожду или собеседую прочее, к Судии бо отхожду, идеже несть лицеприятия: раб бо и владыка вкупе предстоят, царь и воин, богатый и убогий в равнем достоинстве, кийждо бо от своих дел или прославится, или постыдится, но прошу всех и молю непрестанно о мне молитися Христу Богу, да не низведен буду по грехом моим на место мучения, но да вчинит мя, идеже Свет Животный».
