— И что, ничего нельзя сделать?! Совсем ничего? Слушай, а давай я попрошу нам денег в долг дать. Не банк, конечно, а просто людей нормальных, да того же Матвея?
— Машенька, такие деньги в долг просто так не дадут. Не надо тебе во все это влезать. Ты не переживай за меня, я разберусь, родная.
Сидит такой потерянный за столом, рядом какие-то бумаги навалены, кажется, счета.
— Пап, у тебя же бухгалтер есть, чего ты сам со всем этим копаешься?
— Игоря убили, главбух наша испугалась, особенно после того как ее на допрос вызвали, и уволилась. Все дела на зама повесила, а он так себе, ни рыба, ни мясо. Толя, после того как его освободили, позвонил, сказал, что плохо себя чувствует, заболел. И пропал. Вот и сижу тут…
— И как?
— Да не мое это все, Маш. Я ж всю жизнь в цеху провел, мне эти бумажки…
— А Мила что?
— А что Мила? — рявкнул так, что я вздрогнула. — Что Мила?! Ничего Мила. Нету Милы и не было никогда!
— Эээ, ты че, пап? — Блин, может, он уже умом тронулся? На фоне того, что происходит, неудивительно даже. — Она ж тут, с нами.
— Да не с нами, она, Маш, не с нами. И никогда не была. Я ж, дурак, мать тебе хотел привести, а какая из нее мать подростку?!
Ну вот тут ты, папа, заливаешь, и стрелки на меня переводишь, не обо мне ты думал, когда на ней женился, совсем не обо мне!
— Так что происходит-то, пап? Вы поругались?
— Поругались, не поругались… Какая разница. Зря все это было… зря…
Что зря-то? Жениться на Миле? Конечно, зря. От нее все проблемы. И не было тут никаких игорьков, если б не она.
— А Кирюха с Антоном где? Сегодня ж выходной…
— К матери своей опять сплавила, не хочет ими заниматься. Нянь же пришлось уволить. Вот и…
— Понятно. — Сука! Я особых иллюзий не питала, что она отца очень любит, но относилась к нему она всегда хорошо. Но дети?! Это же ее дети!
— Есть тут мысли кое-какие… Может, и выплывем.
Жалостливый он такой стоит, совсем потерянный. И как раньше уже не будет, на глазах все разваливается. Права была Мила, пора мне самой о себе позаботиться!
Пока ждала Матвея, все думала, рассказать ему о проблемах отца или нет. Все-таки дело его не касается, и ему явно понравилось, что у меня такие друзья, что я живу в крутом месте, пусть и не у себя. А тут без пяти минут нищая и вообще без всего. Не нужна я ему такая буду. Хотя… Он все равно узнает, если мы с ним…
Я так и не решила, что делать, когда увидела в конце улицы его тачку. Он вдруг остановился, высадив из машины пассажира. Это вообще как понимать? Они знакомы?
Савельев не говорил, что знает кого-то в нашем городе. Врал? В принципе, я сама ему через раз вру, но Степан… тот самый мудак из-за которого кончилась моя дружба с Наташкой… Что их может связывать?
Молчать не буду. Вот точно! И про Мегеру, кстати, тоже надо будет узнать со временем. Упаси боже от такой родственницы!
— Как тебе наши магазины? Фигня, да? — Мы уже едем по трассе, аккуратно объезжаем аварию, уже вторую за пятнадцать минут. Вспомнились почему-то слова Вари, что я обязательно разобьюсь, если за руль сяду. Можешь не волноваться, подруга, не разобьюсь, потому что за руль не сяду и машины у меня точно не будет. Если только муж не купит. Ну или любовник. Нет, лучше муж, конечно.
… — Маш?
— А?
— Ты слышишь, что я говорю? Сама же спросила.
Вот черт! Опять! Это уже не смешно, почему я так реагирую? Варька бы сказала, что я словно отключаюсь при нем или его отключаю.
— Перенервничала я, Матвей, у отца проблемы! — Само как-то вырвалось, надоело уже каждый раз оправдываться, что не слушаю его. Да я вообще мужчин не слушаю! Но могу как Мила смотреть в рот преданно и глазами хлопать! Могу, но не всегда.
— Что за проблемы? — Голос уже другой, заботливый вроде.
Так приятно. Ему правда интересно? Не кинет меня, поняв, что у меня до хрена проблем и он мне не особо интересен для секса?
— Да так… Зачем тебе, а? — Смотрю на него и думаю, вот что он мне сейчас ответит.
— Как зачем, Малыш. Мне важно все, что с тобой происходит. Что случилось?
Начинаю ему рассказывать, тщательно подбирая слова. Не могу же я ему всю правду рассказать, особенно про наркотики и про Игоря. Короче, сказала, что кредитов набрал, возвращать, может, и нечем будет.
— Такое часто в бизнесе бывает, сплошь и рядом. Вот поэтому я никогда не брал кредиты в банке, хотя предлагали и не раз.
И снова заговорил о своем бизнесе, про отца расспрашивать не стал, снова все закрутил вокруг своих магазинов. Скучно! И зла на него, сам же попросил рассказать, а толку?!
— А что в твоей машине Степка делал? Ты ж говорил, не знаешь никого из моего города?! — Обрываю его на том моменте, когда он про выучку стал заливать. Главное, что цифры я запомнила. Крутые цифры, между прочим, если не наврал, конечно!
— Какой Степка? — Смотрит на меня удивленно. Ну да, ага, нашел дуру!
— Он из машины твоей вылезал перед тем, как ты ко мне подъехал. Да вот же полчаса назад!
— Так я не знаю, как этого мужика зовут. У него тачка сломалась, километра за два до дома, мобилу оставил где-то, сказал. Ну и попросил его подвезти. Ну я и подвез, по дороге же было. А что? Он кто такой, Маш?
— Да так, никто! Совсем никто.
Мы уже подъехали к моему подъезду, а я так и не знаю, поверить ему или нет. Степка не живет на нашей улице и никогда не жил.
Вещи он донес довольно быстро, а с коробками дядя Петя помог. Хороший мужик, мы с Варей с ним познакомились, когда полподъезда затоптали. Очень тогда нас выручил. Жена у него, конечно, стерва редкостная, да пусть сами разбираются. Нас она больше не трогала.
— Сейчас будешь все разбирать? Помощь нужна?
Помощь всегда нужна, конечно, но клининг только в понедельник будет, так что смысла все разбирать нет никакого.
— Что тогда? Слушай, уже день. Поехали пообедаем.
Глава 23. «Да и кто тебя изменит? Язва»!
Он привозит меня в «Вог», крутое место. Тут есть и ресторан, и большое открытое кафе на веранде. Кафе более тусовочное место, но цены здесь… Короче, за свои деньги я бы сюда не пришла! Только с мужчиной. Как сейчас.
— Ты проголодалась, Малыш? Я вот…
Опять отключилась, смотрю по сторонам, через полторы недели в универ, все уже в город вернулись. Вот эти девки с нашего курса, только с филфака, подкатывали к Варьке, когда про Айса узнали. И этих двух пацанов знаю, у нас с ними социология общая была.
Так! А это что такое?! Да вашу ж мать!
— Малыш, заказ делать будешь, — откуда-то издалека раздался голос Савельева.
— Ага! Буду! Иди-ка сюда! — Хватаю его за шею, прижимаюсь к нему со всей силы, а он, дурак, испугался, поди, губы сжал. Еле заставила его их разомкнуть. Так себе поцелуй, конечно, но со стороны, наверное, страстно смотрелось. Тут, наверное, так не делают, слышу покашливания краем уха, даже смешки вроде. Да плевать! Главное, заметили. Все заметили!
— Вау! — взгляд у Матвея слегка прифигевший, но точно не сердитый. — А ты страстная девочка. Продолжим у меня?
Чего?! Какой «продолжим»?! Трахнешь, как Леха, а потом в кусты? У меня на тебя другие планы, вот совсем другие!
— Посмотрим.
Оттираю пальцем помаду с его губ, сексуально так оттираю. Я прям спиной вижу, как у Луизы глаза округлились и рот открылся. Ну да, она ж вчера меня с Жаровым видела, даже девушкой его назвала. Что они вообще тут делают?! Рыжего сюда даже пустить не должны были! Откидываюсь на спинку стула, чуть голову поворачиваю, он хорошо так в стекле отражается. Вижу, как сидит, уткнувшись в какую-то точку на улице. Подстригся слегка, вчера не так выглядел, ему идет. Луиза что-то говорит ему, вроде даже в мою сторону кивает, а он и голову не повернул. Сволочь рыжая! Я же просила его хоть немного привести себя в нормальный вид! Все из-за нее, ради нее!
А может, к черту все, правда поехать сейчас к Матвею?! И плевать на всех, на этого Дрыща, на девку его смазливую, на Милу, на отца. На всех! Как же я устала!
