Даже когда узнала - далеко не сразу - о том, что он был женат…
Глава 30
Ноги резко окатило чем-то холодным.
Агния опустила глаза вниз, только теперь вырываясь из плена собственных мыслей, и поняла, что наступила прямиком в лужу.
Она безразлично осмотрела грязный мокрый подол платья и такую же обувь, и заставила себя вспомнить о главной задаче - найти девочку.
Куда бы она сама пошла, будучи расстроенным, обиженным подростком? Обычно все поступки в таком возрасте совершаются от желания обратить на себя внимание. То есть Алина наверняка была где-то поблизости, тем самым давая шанс отцу найти ее, извиниться, помириться…
Агния поняла, что не ошиблась, когда в одном из соседних дворов наконец увидела на лавочке неловко скрючившуюся, хрупкую фигурку. По сердцу снова полоснуло тем же знакомым, мучительным чувством, будто они с ней были так похожи…
Но почему? Ведь у них совсем разные истории. Алина росла в полной семье и мама наверняка ее любила. И Слава всегда говорил о старшей дочери с такой любовью, что теперь сложно было вообще поверить, что он так с ней обошелся…
Но она видела все собственными глазами. И ей еще предстояло примирить в своем сознании произошедшее сегодня с тем, каким ей виделся Слава все то время, что длилась их связь…
То есть - найти ему оправдание.
Агния осторожно приблизилась к девочке, еще сама не зная, с чего начать. Но Алина уловила ее шаги раньше, чем та успела сказать хоть слово. Будто бы ждала, когда за ней придут…
На лице девочки отразилось рвущее душу разочарование, когда она поняла, что это вовсе не отец.
- Привет, - неуверенно произнесла Агния, и, чуть помедлив, все же рискнула присесть рядом, на скамью.
Алина порывисто отвернулась, одним этим движением давая понять, что не хочет иметь с ней ничего общего.
И все же Агния не встала, не ушла. Понятия не имела, что сказать девочке - попросить прощения, попытаться разрядить обстановку неловкой шуткой, сделать вид, будто ничего особенного и не произошло?.. Она не знала, как поступить, но чувствовала, что просто уйти - не может.
- Зачем ты это сделала? - вдруг вспорол воздух между ними резкий вопрос.
В нем было все - ненависть, горечь, осуждение и ничем неприкрытая боль. Вот только ответа на это у Агнии не было. Как не было и быть не могло оправданий для ее поступков.
- Мне очень жаль, - проговорила она и сама сразу осознала, как это жалко, бессмысленно и фальшиво прозвучало. - Я…
Она прервалась, глотнула воздуха и попыталась заново.
- Нет, на самом деле мне не жаль. Мне стыдно - это правда. Но я ни о чем не жалею. Просто потому, что твой отец - лучшее, что со мной было в жизни…
Алина резко развернулась к ней всем корпусом, прошила насквозь темными, проницательными, как у отца, глазами…
- Мне плевать, почему ты с ним спала! Какого черта ты от него родила?!
Каждое слово, каждая буква, каждый звук дышали такой яростью, что Агния попросту растерялась.
- Я - его любимая дочка! - выкрикнула отчаянно Алина и на этот раз в ее голосе прорезались слезы. - Как он мог еще кого-то завести?!
Агния чуть помедлила, прежде, чем робко возразить:
- Но ведь у тебя есть сестра…
- Это - другое! Яна - мамина дочка, а твой… твой этот… тут вообще лишний!
Агния прикусила губу, услышав это. Вся горькая ирония заключалась в том, что и сам Слава, вероятно, именно так и считал. И Алина совершенно зря ревновала отца к сыну, которого тот фактически и не хотел…
Но произнести все это вслух ей было не под силу. Поэтому она попыталась неловко сменить тему:
- А почему ты не с мамой?
Алина зло фыркнула, услышав этот вопрос. Скривившись, едко бросила:
- Что, уже мешаю вам?
- Нет. Просто это… необычно. Девочки обычно очень привязаны к маме…
Алина молчала так долго, что Агнии показалось, будто она ничего уже и не скажет в ответ. Но та неожиданно процедила, и за колким тоном ясно чувствовалась еще одна болевая точка, незаживающий нарыв…
- Я ей не нужна.
Эти слова немало удивили Агнию. По скупым рассказам Славы выходило, что Лида была идеальной матерью, именно поэтому он не мог уйти из семьи - не хотел, чтобы дочки росли в неполной…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- С чего ты это взяла? - мягко уточнила она у Алины.
Та снова пригвоздила ее к месту мрачным, злым взглядом.
- Давай без этого, а? Я знаю, чего ты добиваешься. Хочешь убедить, будто мамочка меня любит, чтобы я свалила к ней и вы жили только со своим мелким, без посторонних!
На это обвинение Агния ничего ответить не успела. Потому что совсем рядом раздался полный волнения и вместе с тем - облегчения, голос:
- Алина!
Внезапно появившаяся рядом, заплаканная Лида бросилась к дочери, прижала ее к себе раньше, чем та успела понять, что происходит…
Агния заметила, как тело Алины на миг расслабилось, словно почувствовав себя в материнских объятиях наконец в безопасности, но вскоре девочка воспротивилась, принялась вырываться…
- Пусти! Пусти меня! Чего тебе вообще надо?!
Агния сидела рядом, обмерев, не смея поднять глаз… Лишь слышала, как Лида ответила дочери:
- У тебя телефон выключен… я волновалась… прибежала домой, а отец сказал, что ты ушла…
- Да, вышла погулять! Тебе-то до этого какое дело?! - прозвучал в ответ полный вызова голос.
Агния услышала, как Лида перевела дрожащее дыхание, как, несмотря на всю эту агрессию, принялась просить, увещевать…
- Доченька, пойдем со мной… поговорим, я все тебе объясню…
Алина так резко вскочила с лавки, что Агнию хлестнуло по руке развязанным поясом куртки девочки.
- Объяснишь что? Как ты не хотела меня рожать? Это я уже и так поняла!
Агния вздрогнула, когда рука Алины вдруг резко вцепилась в ее локоть и девочка поразительно дружелюбно произнесла:
- Пойдем уже домой. Погуляли и хватит.
Агния чувствовала, что невольно стала орудием мести: в руках дочери против матери. Она покорно, практически на автомате поднялась, повинуясь руке девочки, но в груди невыносимо жгло от стыда, от чувства вины…
Будто она отняла у этой женщины все, что ей когда-то было дорого. Мужа, дочь, дом…
Но ведь она этого совсем не хотела! Не хотела!
Агнии хотелось прокричать эти слова вслух. Она порывисто обернулась назад, встретила раненый взгляд женщины, в чьих несчастьях была бесконечно виновата и… не сумела вытолкнуть наружу ни слова.
В горле встал ком, нутро было охвачено адским пожаром…
Но умом она понимала: все ее слова все равно бесполезны. Ими ничего не исправить…
Умирая внутри с каждым последующим шагом, Агния позволила Алине увести себя обратно к дому.
Глава 31
Это была уже не боль.
Слишком уж короткое, скупое слово для того, что я испытывала в тот момент, когда дочь уходила от меня под ручку с любовницей мужа. Это была… маленькая смерть. Что-то внутри меня мучительно умирало, агонизировало и вместе с тем - восставало против…
Меня буквально разрывало на части от двух полярных желаний: догнать Алину, одернуть, заставить себя выслушать любой ценой. Сделать, в конце концов, хоть что-то, чтобы окончательно ее не потерять! И вместе с тем… какая-то часть разума говорила в этот момент: отпусти. Отпусти, потому что все равно ничего не изменишь. Это не в твоих силах… Не сейчас.
Но сердце рвалось, протестовало, кровоточило. Я смотрела им в спины: упрямо-прямую Алины и какую-то неловкую, будто бы сломанную - Агнии. Я всматривалась в них в глупой надежде, что дочь обернется, одумается, опомнится… Но вся ее поза ясно давала понять: этого не будет.
И все же я… вдруг поймала себя на том, что автоматически следую за ними. Что не могу просто так сдаться, что еще не все сказала, что могла…
Очнулась я только уже у самого подъезда. Глядя на то, как дочь открывает дверь, отчаянно выкрикнула:
- Алина!
Она даже не повернула головы. Но, по крайней мере, замерла на месте, словно ждала, что я скажу, что стану делать…
