В 1951 г. О’Дуайер был вновь вызван в сенатскую комиссию по «делу Панто». Между сенатором Тоби и бывшим прокурором Нью-Йорка состоялся следующий диалог.
Тоби. Проводили ли следственные органы Нью-Йорка в 1939 г. расследование убийства некоего Панто и рэкета в портовом районе Бруклина и шести профсоюзных организациях, находившихся под контролем Камардо?
О’Дуайер. Да, сэр.
Тоби. Было ли Вам известно, что эти профсоюзные организации контролировались Альбертом Анастазия, Эмилем Камардо, Джеком Перизи и Энтони Ромео?
О’Дуайер. Информация, которой я располагал в то время, свидетельствовала, что Камардо… Насколько я помню, в профсоюзах было несколько руководителей, но нам было известно, что в порту заправлял Альберт Анастазия.
Тоби. Итак, главарем рэкетиров был он?
О’Дуайер. Да, сэр!
Тоби. При опросе более ста свидетелей по делу рэкетиров было установлено, что Анастазия, Ромео и другие гангстеры похитили из профсоюзных касс не одну сотню тысяч долларов, а бухгалтерские книги, ведомости и другую отчетную документацию профсоюзов уничтожили. Это верно?
О’Дуайер. Если верить показаниям свидетелей, да.
Итак, не обращая внимания на явные улики, О’Дуайер не принял никаких мер против Анастазия, Камардо и их сообщников. О’Дуайер не принял никаких мер даже тогда, когда гангстер Элли Танненбаум, по прозвищу Тик-Так, чтобы спасти свою жизнь, положил на стол прокурора письменные показания. Танненбаум утверждал, что убийца Менди Вайс, некогда участвовавший в покушении на гангстера Датча Шульца, а также Альберт Анастазия и Джимми Феррако, по кличке Грязнолицый, принудили Питера Панто поехать с ними на квартиру Феррако.
О том, что произошло позднее, Вайс рассказал Танненбауму так: «Как только этот парень переступил порог, то сразу понял, что влип. Я схватил его за горло и начал душить, но он стал сопротивляться, и уж тут я не мог удержаться, чтобы не свернуть ему шею».
Показания Танненбаума были в руках О’Дуайера, они были подшиты в дело. Они не были изъяты оттуда даже тогда, когда 29 января 1941 г. в Линдхерсте, штат Нью-Джерси, в известковом карьере был найден труп Питера Панто.
Спустя несколько месяцев появилось другое убедительное доказательство причастности банды Анастазия к этому убийству — показания одного из шефов «Корпорации убийц»!
22 марта 1941 г. в 17 часов 30 минут молодая женщина в светлом пальто с меховым воротником вышла из лифта на четвертом этаже мэрии Бруклина и по длинному коридору торопливо направилась к двери с табличкой «Окружной прокурор».
Был уже конец рабочего дня, и прием был окончен. Но молодая женщина с заплаканными глазами настаивала, чтобы секретарша доложила о ней прокурору: «Скажите, что о встрече с ним просит жена Эйба Рилза».
Заместитель О’Дуайера, Бартон Таркас, буквально подпрыгнул как ужаленный, когда секретарша доложила ему о поздней посетительнице. Имя Эйба Рилза, по прозвищу Кид Твист, было хорошо известно в этом офисе. В свое время он вел ожесточенную борьбу с бандой Хэппи Майоне, затем банды объединились, и под руководством Альберта Анастазия на их основе была создана «Корпорация убийц». Вот уже несколько месяцев Рилз находился в заключении по обвинению в убийстве.
«Послужной список» Эйба Рилза выглядел впечатляюще: 1923 г. — осужден за два преступления, однако отбывание наказания было приостановлено; 1925 г. — за участие в нападении приговорен к году тюрьмы; 1927 г. — предъявлено обвинение в вооруженном нападении, но из-за недостатка доказательств оправдан; 1928 г. — осужден за разбой и кражу со взломом; за первое преступление он не понес наказания, за второе — получил шесть месяцев тюрьмы, однако был досрочно освобожден; 1930 г. — осужден за два разбойничьих нападения, из которых одно было совершено с использованием огнестрельного оружия, и за два убийства, однако отбывание наказания было прервано; 1932 г. — предъявлено обвинение в торговле наркотиками, в нанесении телесных повреждений, в хулиганстве и разбойном нападении; расследование этих преступлений было прекращено; 1933 г. — осужден за нападение и убийство, но от отбывания наказания был освобожден; 1934 г. — за нападение и убийство приговорен к тюремному заключению, но приведение приговора в исполнение было приостановлено. И сразу после освобождения Рилз совершает новое убийство.
Действия «Корпорации убийц» были столь хорошо продуманы и организованы, что полиции долгое время не удавалось схватить Рилза за руку. Однако на этот раз дело приняло серьезный оборот, и, очевидно, в страхе перед электрическим стулом у Рилза сдали нервы. «Моему мужу нельзя умирать. В июне у нас должен родиться ребенок. Эйб хочет говорить. Он хочет встретиться с мистером О’Дуайером», — сказала жена Рилза.
Память Эйба Рилза
Таркас незамедлительно позвонил своему начальнику, и О’Дуайер, получив разрешение на свидание с заключенным, срочно поехал в тюрьму. Жена Рилза покинула мэрию в сопровождении четырех полицейских, которые с этого момента должны были постоянно охранять ее от возможной мести «Коза ностры».
В 21 час Рилз в сопровождении О’Дуайера отправился в офис окружного прокурора. «Даю вам слово, что с моей помощью вы можете прославиться на всю Америку, — заявил прокурору Рилз, когда с него сняли наручники. — Я могу объяснить серию загадочных убийств, и это откроет нации глаза!»
Затем Рилз поставил свои условия, и О’Дуайер согласился их выполнить: частичная отмена обвинений, учет смягчающих вину обстоятельств, ни одно из показаний Рилза не должно быть использовано против него самого.
Рилз давал показания двенадцать дней подряд, они составили двадцать пять томов. У Рилза оказалась феноменальная память. Он детально рассказал многие подробности, назвал даты, время, имена, места преступлений. Эйб Рилз подробно описал восемьдесят пять «отлично выполненных» в Бруклине преступлений, описал структуру «Корпорации убийц», сообщил о ее работе, рассказал все, что знал о широко разветвленной организации «Коза ностра», о ее главарях: Анастазия, Костелло, Лучано, Дженовезе, Адонисе и многих других.
Теперь в руках окружного прокурора было достаточно доказательств, чтобы начать большую схватку с мафией: нанести сокрушительный удар по «Коза ностре» и ликвидировать «Корпорацию убийц». Но О’Дуайер не спешил действовать. В 1951 г. на допросе в сенатской комиссии по расследованию преступлений бывший прокурор уклонился от прямого ответа на вопросы сенатора Тоби.
Тоби. Ответьте, пожалуйста, на такой вопрос. Кто был президентом или председателем руководящего совета «Корпорации убийц»?
О’Дуайер. Я могу сказать лишь то, что узнал из показаний Рилза. Он рассказал, что указания для организации исходили от «комбинации»[37] и что, насколько ему известно, постоянного шефа она не имела. Это была лишь «комбинация», альянс. Однако это понятие можно было толковать по-разному, и, хотя он часто рассказывал о мафии, у меня сложилось такое впечатление, что Рилз знал о ней не слишком много.
Тоби. Вам известно, кто финансировал «Корпорацию убийц»?
О’Дуайер. «Корпорация» никогда не платила за отдельные преступления. Так называемые «войска» состояли в большинстве случаев из подростков, и «комбинация» давала им возможность подработать: игральные автоматы, публичный дом либо еще что-нибудь в этом роде, но об этом я узнал немного. Вероятно, им разрешались какие-нибудь «незаконные» действия, вроде рэкета, где-нибудь по соседству. Когда это было необходимо, «войска» были готовы, например, украсть автомобиль, необходимый для совершения убийства или для того, чтобы замести его следы, стоять на стреме. Ну а если Анастазия давал приказ убить человека из банды на соседней территории, это опять делали они.
Итак, и в 1951 г. О’Дуайер о многом умолчал. Что же было в двадцати пяти томах дела, которые куда-то бесследно исчезли? Какие силы были в этом замешаны? По чьему приказу в 1941 г. О’Дуайер ничего не предпринял против мафии? Как собирался он теперь поступить с Рилзом?
Сделав признание, Эйб Рилз категорически возражал против возвращения в тюрьму, не без оснований опасаясь мести мафии за то, что «запел». Поэтому окружной прокурор О’Дуайер распорядился доставить Рилза на Кони-Айленд. На шестом этаже отеля «Хаф Мун» его поместили в отдельный номер под круглосуточную охрану шестерых полицейских.
Утром 12 ноября 1941 г. Рилза, несмотря на принятые меры предосторожности, нашли во дворе отеля с разможженным черепом. Из окна его номера, как флаги, свисали связанные вместе несколько простыней. Главный свидетель против мафии был мертв. Больше он уже не мог давать в суде показания ни о мафии, ни о «Корпорации убийц».
