Читаем без скачивания Дворец в камышах - Марина Серова

— Проходите, пожалуйста, — пригласила она меня войти, даже не спросив, по какому поводу я пожаловала. Уже в следующую минуту ситуация прояснилась.

Я попала сюда в самый разгар поминок. Об этом свидетельствовали еле слышные разговоры, доносившиеся из маленькой, но уютной гостиной. Уставленный всевозможными закусками стол больше напоминал банкетный, чем поминальный. Аппетитная селедочка в соусе, несколько видов колбас, сыры, свежие овощи, аккуратно нарезанные и посыпанные зеленью… Наличие на столе в избытке водки в штофах, которая была, по-видимому, не из разряда дешевой, сразу бросалось в глаза. А кутья в хрустальных вазах и тишина говорили о том, что собравшихся объединяет общее горе, а не праздник.

За довольно-таки большим столом сидело много людей. Ни одного знакомого лица я не увидела. Вообще я немного растерялась, так как была совершенно нежданной посетительницей, поэтому сразу же своим появлением привлекла многочисленные взгляды любопытствующих за столом.

В самом углу зала я заметила несколько свободных мест за столом. Встретившая меня женщина молча провела меня к ним. Усевшись, я еще раз осмотрелась. Собравшиеся сидели молча, склонив головы над полуопустевшими тарелками. Только изредка можно было услышать перешептывание среди гостей, в котором я не могла ничего разобрать.

Воспользовавшись тем, что все были увлечены едой, я изучала собравшихся. В основном за столом сидели родственники — к такому выводу я пришла, исходя из того, что собравшиеся были не одного возраста. Во главе стола сидела женщина, голова которой была перевязана траурной лентой. Она почти ничего не ела, сидела, сложив руки, и мрачно смотрела куда-то вбок, как будто бы ничего вокруг не замечала. На лице ее застыло выражение безмерного горя. Я предположила, что эта женщина, возможно, не такая уж и старая, как могло показаться поначалу, просто от горя морщины на ее лице стали более заметными и глубокими. Это могла быть мать Дмитрия.

Рядом с ней сидела молоденькая девушка, на голове которой тоже была траурная повязка. Девушке было не больше восемнадцати лет. Я заметила ее внешнее сходство с погибшим парнем. К тому же не заметить его было просто невозможно — портрет Шикунова висел на стене в траурной рамке. Девушка время от времени бросала взгляды на собравшихся, как бы тайком от матери.

— Да, бедный мальчик, — доносились голоса присутствующих.

— И ведь сам на свои деньги купил машину. Такая беда…

— Каждому своя доля, — авторитетно заявил старичок, который лениво ковырялся ложкой в супе. — На небесах написано, когда нам умирать, вот тогда мы и отправляемся к богу. Здесь некого винить. Значит, богу было так угодно.

После не очень-то оптимистичного заявления старика среди присутствующих раздались вздохи. Обстановка была напряженной и тягостной, впрочем, как на всех поминках.

— Да, тяжело все это, — поддержала разговор еще одна женщина. — Я вот сейчас смотрю-смотрю на друзей его, ровесников. Еще только жить начинают…

— Да, ничего и не видел, — отозвался еще один из родственников. — Только на телевидении успел засветиться. Я всегда смотрел, когда его показывали. Какой парень был! Красивый, высокий. Жениться ему надо было… Девчонки, наверное, бегали табунами. Как-никак, а звезда экрана.

— Если бы он не участвовал в программе, может быть, и машину бы не купил. Денег бы не было. Жив бы остался… — высказал кто-то из гостей свое мнение.

— Нет, все, что с нами происходит, все предопределено, — опять раздался настойчивый голос старика.

Меня немного поразили эти разговоры. Как я поняла по обстановке, по виду родственников и содержанию разговора, Дима не был богат. И тем не менее он числился клиентом престижного гольф-клуба, где отдыхают одни из самых богатых людей в городе. Опять же, социальный статус Евгения Золотавина гораздо выше. И на машину Дмитрий сам заработал. Значит, родители его не какие-нибудь шишки, а простые смертные.

После очередной смены блюд я заметила, как девушка, предположительно сестра Дмитрия, встала из-за стола, обменявшись с матерью взглядом, и вышла в другую комнату. Я воспользовалась ситуацией и вышла вслед за ней.

Сестра Дмитрия скрылась с глаз присутствующих. Я нагнала ее только в комнате, где девушка подошла к тумбе, на которой поместился телефонный аппарат. Она набрала какой-то номер и замерла в ожидании ответа абонента. Но трубку никто не снимал. Девушка обернулась. Она посмотрела на меня сначала безразличным взглядом, ничуть не смутившись, что я стала свидетельницей ее телефонного звонка, а затем уже внимательнее, как будто стараясь угадать, какое отношение имею я к ее брату.

— Извините, мы с вами не знакомы, — первой начала я беседу. — Я — Татьяна Иванова, частный детектив, занимаюсь расследованием смерти вашего брата.

— А милиция как же? — с некоторым безразличием отозвалась девушка.

— Я веду расследование параллельно, — сообщила я. — А вы, кажется, сестра Димы?

— Настя, — представилась девушка и тут же добавила чуть испуганно: — Только у нас с мамой нет денег. Частный детектив — это, наверное, дорого. Мы на похороны все сбережения потратили. Теперь вот поминки.

— Не беспокойтесь, меня наняла мать Жени Золотавина, который погиб вместе с Дмитрием. У нее есть деньги. Она — моя клиентка.

— Но ведь Дима даже не был знаком с этим парнем, — вдруг сообщила сестра.

— Как — не был знаком? Вы уверены? — удивилась я.

— Мне Дима все рассказывал, — пожав плечами, произнесла Настя. — Мы с ним были очень близки, — произнесла Настя с какой-то грустью в голосе. — Я все про Диму знаю, все его секреты… Вот говорят, что Диму убили. И милиция считает, что все подстроено. А я в это не верю. У Димы не было врагов. Он никому не мешал… А после того, как он стал победителем в программе «Холод», его, напротив, стали уважать…

— Подождите, Настя, что это за программа? — поинтересовалась я, вспомнив и о разговорах за столом.

— А вы что, не знаете? — искренне удивилась девушка.

Оказывается, где-то около года назад Дмитрий участвовал в шоу. Это было реалити-шоу, которые в последнее время стали столь популярны. Началось все с того, что парень увидел рекламный ролик. Для участия в проекте приглашались физически здоровые молодые люди в возрасте от восемнадцати до двадцати пяти лет. Дима подходил под эти параметры. Он занимался в спортивной секции хоккеем, проблем со здоровьем не было. Проект «Холод» был региональным. Участники должны были быть коренными жителями Поволжского региона. И этому требованию Дима тоже соответствовал. Парень отправил по Интернету свое резюме, а также заявку на участие.

По прошествии некоторого времени, а именно двух недель, пришел ответ, что его кандидатура рассмотрена и принята. Кроме него, предварительный отбор прошли еще девяносто девять человек. Дмитрия пригласили на приватное собеседование с руководителями проекта, а еще через пару недель ему объявили, что он стал одним из двадцати везунчиков.

— Да что я вам все рассказываю, — неожиданно оборвала свой рассказ Настя. — У меня есть кассеты с записями шоу. Если хотите, я могу вам их дать. Еще есть фотографии…

— Конечно, я сегодня же вечером просмотрю материалы, — согласилась я с предложением девушки. — Может быть, это и не имеет отношения к делу, все-таки прошел целый год. Хотя проверить не мешало бы все версии, — высказала я свое мнение, а затем поинтересовалась: — А Женя Золотавин случайно не участвовал в этом шоу?

Настя отрицательно покачала головой. Она открыла огромный шкаф, достала увесистую пачку видеокассет, которые были пронумерованы, а также большой фотоальбом. Нашла она и памятные рекламные календарики с именами участников проекта, а также плакаты. Все, что имело отношение к реалити-шоу «Холод», перекочевало ко мне в сумку.

— Только вы с кассетами аккуратней, — нерешительно попросила Настя. — Это все-таки память. У меня подруги все их просили, даже купить хотели. Но я не даю даже переписать. Там же Дима… Это все, что от него осталось…

— Спасибо большое, Настя. Я вам обязательно верну все материалы, — обещала я.

Из квартиры Шикунова я ушла, не прощаясь ни с кем. После поминального обеда дальние родственники и друзья разошлись по своим делам. За столом остались самые близкие. Конечно, не мешало бы поговорить с матерью Дмитрия, но она сейчас была не в том состоянии, чтобы со мной секретничать. Бедная женщина сидела за столом молча, только время от времени всхлипывала и бросала взгляды на портрет своего погибшего сына.

На экране возникла красочная заставка телевизионного шоу, которое, оказывается, ежедневно выходило на одном из тарасовских каналов в течение нескольких месяцев. А в Интернете яростные поклонники могли наблюдать за жизнью ребят круглые сутки. Мне же досталась телевизионная съемка, где в основном были отчетные кадры каждого дня. Даже на просмотр этих материалов у меня ушел целый вечер. Реалити-шоу «Холод» проходило в зимний период. Двадцать добровольцев, девушки и юноши, должны были провести зиму в обычной деревенской избе. Дом находился в одной из деревень Тарасовской области со странноватым названием Потьма. В этом поселке оставалось всего несколько домов, где проживали пенсионеры. Участники шоу должны были обеспечить себе тепло и уют, выращивая скот, подрабатывая в районном центре, оказывая услуги населению.