Читаем без скачивания Спасительная близость (СИ) - Алекс Адриана

Рада облизала губы и он понял, что она сомневается.

– А твой брат дома?

– Сейчас нет. И я не знаю, когда он вернется. Тебя он напрягает?

– Немного, – опустив глаза, ответила Рада и Диме показалось, что она покраснела. Похоже, Костя своими прошлым выпадами успел напугать ее. Надо будет сделать ему за это выговор.

– Я не собираюсь делить тебя с ним, если ты об этом беспокоишься, – сказал Дима и румянец Рады стал ярче. – Я не пущу его в нашу постель.

– Это так мило и необычно, – пробормотала Рада и убрала руку.

– Ты только моя, – взяв ее за подбородок и посмотрев в глаза, сказал Дима.

– Еще нет, – возразила Рада.

– Может, съездим на выходные куда–нибудь?

– Я буду занята, – сказала Рада. – Поеду в дом к тетушке, надо там прибраться, привести все в порядок.

– Хочешь я поеду с тобой?

– Нет, я хочу побыть там одна. Для меня это важно, – твердо сказала Рада и Дима понял, что уговаривать ее не имеет смысла. – Это очень личное и я не хотела бы, чтобы там был кто–то, кого Зоя не знала.

– Понимаю, – вздохнул Дима.

– Мне пора домой, – сказала Рада и посмотрев на него, добавила. – К себе домой.

Она быстро опустила взгляд и поднялась из–за стола. Дима встал следом. Взял ее под руку и повел к выходу. Завоевать РРРРРрраду будет не так–то просто.

Проводив Раду до метро, Дима вернулся домой. Еще выходя из лифта он услышал музыку. Значит, Костя снова будет ночевать у него. Не то чтобы он не желал видеть брата, но в последнее время ему хотелось больше времени проводить одному.

– Ты опять здесь? – входя в гостиную, не смог сдержать раздражения Дима. Костя удивленно уставился на него. Он сидел на диване и настраивал гитару.

– Я тебе помешал? – спросил он, отложив в сторону инструмент. – У тебя были какие–то планы?

– Да, побыть в одиночестве  и лечь спать, – сухо сказал Дима.

– Я сейчас надену наушники и постараюсь не шуметь, – сказал Костя и виновато улыбнулся.

– Кость, мы, конечно братья и все такое, но это мой дом, моя территория и я не горю желанием приходя с работы, каждый раз обнаруживать тебя тут, – сказал Дима. Костя замер и нервно провел рукой по волосам. Он выглядел озадаченным и растерянным. Диме стало стыдно.

– Так всегда было, Дим, – сказал Костя. – Ты сам дал мне ключи и сказал, что я могу приходить в любое время.

– А теперь не хочу, – ответил Дима. – И тебе и мне будет полезней, если мы сократим общение.

– С чего вдруг? – поднимаясь, спросил Кость. В его темных глазах застыло непонимание. – Я в чем–то виноват перед тобой? Если так скажи, давай во всем разберемся.

– Не придумывай, – грубо ответил Дима. – Просто мы не сиамские близнецы, чтобы всегда быть вместе. Не знаю, как тебе, а мне нужно личное пространство.

– Иными словами, я не даю тебе нормально страдать, – заключил Костя.

– Меня бы очень устроило меньшее количество тебя в моих буднях, – сказал Дима. – И чтобы ты сообщал мне, что хочешь заехать.

– Это было обидно.

– Зато по–взрослому.

Костя ничего не ответил. Вышел в прихожую и стал одеваться. Дима не стал смотреть, как он собирается и ушел на кухню, чтобы включить чайник. Когда он вернулся, ключи от его квартиры лежали на тумбочке.

Глава 11|Рада

Рада влетела в центр Брагина и бегом поднялась по лестнице. Она запыхалась, сердце было готово выскочить из груди, потому что она бежала от метро. Только бы Антон не узнал, что она опоздала на полчаса! Ей было очень важно быть идеальной. В школе она была отличницей не потому что ей нравилось учиться, а потому что мама ждала, что Рада докажет ей, что она самая лучшая, только тогда она будет ее любить. Ведь если она не станет лучше других, то чем она лучше остальных? И Рада старалась изо всех сил. Но сколько бы пятерок она не приносила, мама по–прежнему оставалась к ней холодна. Между ними никогда не было близости, и когда девочки из класса говорили, что их мамы для них лучшие подруги, Рада чувствовала острую зависть. Она пыталась быть с мамой откровенной, рассказывать ей о своих переживаниях, надеясь, что это сблизит их, но наталкивалась на безразличие. Мама была слишком занята, чтобы вникать в то, что для нее было важно. Ее ждали лекции и великие открытия в науке, смысл тратить силы на эмоции ребенка? Даже когда она обнимала ее, что случалось достаточно редко, Рада физические ощущала ее отстраненность. Она всегда была рядом, только не с ней. Объяснить это ощущение словами невозможно, но ты точно знаешь, что в тебе не нуждаются.

          Рада вошла в ординаторскую и бросила сумку на стул. Заглянула в шкафчик и схватив форму, побежала в туалет. Ее лицо пылало и надо было умыться. Она быстро переоделась и открыв кран с водой, сунула руки под холодную струю. Взгляд упал на запястье, которое украшал синяк. Перед глазами все закружилось, мысленно возвращая ее в прошедшую ночь.  По телу пробежала дрожь и ей стало не по себе. Нет, она сейчас не готова это вспоминать! Это было слишком… Слишком по всем пунктам и с ней еще никогда такого не случалось. Рада уперлась руками в край раковины и посмотрела на свое отражение в зеркале. Ее глаза блестели, на щеках горел румянец. Это была вроде она, но и в тоже время себя такой она еще не знала.

          В дверь раздался короткий стук, выдергивая Раду из ее переживаний. Она плеснула в лицо воды и выдернув салфетку из держателя, промокнула ей кожу. Пригладила волосы и глубоко вздохнула. Надо идти работать, а у нее только одно желание – залезть в кровать, свернуться калачиком и уснуть. Тело болело, как перед гриппом, но вместе с тем, было легким и словно наполненным светом. Странное сочетание. Рада даже приложила руку ко лбу, чтобы понять есть у нее температура или нет. Он был прохладным.

          Она вышла в коридор и столкнулась там с Катей. Она окинула ее презрительным взглядом и кашлянув, пошла дальше. Рада посмотрела  на нее,  пытаясь сообразить, чем она могла ее обидеть и заслужить такое отношение. Неужели тем, что Антон перекинул на нее пациентов, которых ведет она? Но разве это ее вина? Пожав плечами, она вернулась в ординаторскую и сунув мобильник в карман формы, побежала работать.

          Как бы случайно лишний раз пробежать мимо кабинета Антона, стало уже традицией. Ей хотелось увидеть его хотя бы мельком, уловить запах терпкого табака. Она с нетерпением ждала обеденного перерыва, чтобы они пошли вместе в кафе. У нее будет почти сорок минут, чтобы наслаждаться общением с ним, любоваться им.

Антон был у себя в кабинете и с кем–то говорил по телефону. В дверную щелку, Рада увидела, что он стоит у окна, прижав телефон плечом к уху. В одной руке он держал сигару, а в другой крутил зажигалку.

– Леся тебе уже доложила, как я провожу время? – смеясь, сказал Антон. его голос прозвучал глухо и немного неестественно. Рада замерла и стала вслушиваться. – Да-да, с милой, юной брюнеткой. Именно так все и было. Нет, я переборщил со своим очарованием и она уснула. Тай, ну что за бред? Я не влюблен в нее, нет. Она просто забавная девочка, которая изо всех сил старается произвести на меня впечатление. Наверное, есть, я не спрашивал. Но у меня–то нет никаких чувств. Ты встретишь меня в аэропорту? Я хочу как можно скорее увидеть тебя. Конечно, я могу доехать сам, но это лишний час ждать встречи, а мне уже сносит крышу. Ты нужна мне.

Рада поняла, что слушать дальше – выше ее сил. Не дыша сделала несколько шагов вперед и зажала рот рукой, чтобы случайно не всхлипнуть и не привлечь к себе внимание. Ей стало больно от спазма в груди. Она уперлась рукой в стену, стараясь прийти в себя. Она и так сама все знала, почему слова Антона так сильно задели ее? Или дело в его снисходительным, чуть насмешливым тоне, словно она наивный ребенок, с которым нет смысла считаться? Слезы сами закапали из глаз.

Испугавшись, что ее может кто–то увидит, Рада нырнула в ординаторскую. Слава Богу, там никого не было. Вытащив из коробки салфетку, она промокнула щеки. Вот что она так расстроилась? Антон говорил с женой, что он еще мог о ней сказать? Та женщина выдела их вместе, страшно представить, что она могла наговорить Таис. Он просто старался защитить свой брак, ведь он всегда говорил ей, что любит жену. Это ей не хотелось в эту правду верить. А теперь она ищет для него оправдание… Ведет себя как полная идиотка, честное слово!