Согласно правилам, квинте, высадившейся неподалёку от магов, но, по счастливой случайности или благодаря бдительности оператора, не обнаруженной ими, следовало незамедлительно уйти как можно дальше. Но как, спрашивается, это сделать, если один из дриммеров не может самостоятельно идти? Нести его на себе? Эта идея напрашивалась сама собой, но далеко они так не уйдут, особенно учитывая, что ничего не знают ни об этом мире, ни о месте, где оказались. Это там, на Перекрёстке, один из огоньков на тумбе перед Эрис сейчас горит ярче остальных, и рыжая наверняка успела уже послать кого-нибудь в картотеку за сведениями об этом мире, наверняка оставленными другими квинтами. Или, наоборот, активно собирает новые сведения. Но в любом случае помочь им она сейчас не может ничем, так что действовать придётся самостоятельно.
— Я схожу на разведку, — решился, наконец, он. — Вы двое ждите меня здесь. Арэн, если не вернусь до утра, подаёшь Эрис сигнал, пусть вытаскивает вас.
Арэн нахмурился и упрямо мотнул головой:
— Мы дождёмся, командир.
Корис вздохнул, мысленно хватаясь за голову:
— А если я попадусь? Если меня убьют? Там же маги, Арэн, сам чувствуешь.
— Чувствую, — кивнул тот. — Обряд какой-то, будто… будто других магов экзаменуют. Там защиты стоят со всех сторон, только не те, которые от внешней угрозы, а как бы вывернутые вовнутрь.
«Как это он так определил? — опешил Корис. — Я-то только общую суть почуять могу, а он вон до каких деталей докопался. Надо будет присмотреться к парню повнимательнее, всё ж таки нет-нет, а и среди дриммеров попадаются способные к магии. Обучать его, если способности подтвердятся, конечно, некому, но и чутьё его, намного более сильное, может сослужить хорошую службу квинте».
Вслух же он сказал совсем иное:
— Приказы не обсуждаются. Если не вернусь, подавай сигнал. Всё ясно?
Сказал спокойно, но с нажимом. Арэн недовольно отвернулся, но продолжать спор не стал.
«Всё равно по-своему сделает, — понял Корис. — Вот же упрямец, работать с ним ещё и работать над дисциплиной. Ладно, потом это, после возвращения. А сейчас главное — выяснить, что же там, за скальной грядой».
Не говоря больше ни слова, уверенный, что уж о безопасности раненого товарища юный искатель позаботиться сможет и без наставлений, Корис отвернулся и размеренно зашагал на юг. На ходу проверил маяк, скорее по привычке, чем по необходимости — на обратной стороне кожаной полоски, как и положено, неярко светились синий, оранжевый и три зелёных огонька.
Лигу до леса, раскинувшегося прямо под хребтом, он миновал, не встретив ни одного человека. Под укрытием деревьев добрался до самой скальной стены, замер прислушиваясь. Творимая за грядой магия ощущалась теперь сильнее, но суть её не поменялась — не взвихрялись потенциально опасные потоки, незримый призрачный глаз не оборачивался в сторону дерзко приблизившегося дриммера. Всё выглядело так, будто маги там, за хребтом, настолько привыкли к собственной безопасности, что не считали нужным расставлять вокруг своего обиталища обычные сторожевые заклятья. Арэн почувствовал бы точнее (если верно предположение, что у него и впрямь есть редчайшие, почти невероятные для дриммера способности), но не станешь же возвращаться за ним. Да и кто тогда останется с Локи?
А может, у этих магов есть ещё что-то, что защищает их, раз они так беспечно относятся к наблюдению за окрестностями? Какие-нибудь союзники, например? Вполне возможно, так что бдительность терять не стоит.
После недолгих поисков обнаружилась дорога — её участок, пролёгший меж скальных бастионов, Корис преодолел с особой осторожностью и почти бегом, вздрагивая от каждого шороха. Углубился в лес, раскинувшийся уже с этой стороны хребта, неожиданно просторный, со всем тщанием расчищенный от палых веток, гнилых поваленных стволов и сушняка. И остановился в небольшой впадине, со склона которой хорошо просматривалась каменная стена в три человеческих роста высотой, массивная, добротная и, как водится, охраняемая — по верху её, увенчанному зубцами, прохаживались окольчуженные стражники в высоких шлемах, вооружённые чем-то, издалека более всего напоминающим алебарды.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Нечто странное было в этих стражниках. Все какие-то невысокие, очень тонкие, совсем не похожие на воинов, несмотря на добротное вооружение. Вот один из них, перекинув алебарду в левую руку, поднёс освободившуюся ладонь к шлему, будто заправлял под него выбившуюся прядь волос, вот второй устало подошёл к доходящему почти до подбородка зубцу, сложил на него тонкие руки, а поверх положил голову, вот третий…
«Да это же не стражники! — вдруг понял он и поражённо застыл. — Это стражницы. Женщины. И крепость, которую они охраняют, наверное, вовсе не крепость, а что-то вроде обители или монастыря».
Оставалось только понять, не представляют ли его не гнушающиеся магии обитательницы опасности для квинты.
Он не успел даже задуматься, как это выяснить. Резко взвыл ветер, небо, мгновение назад ясное, потемнело, прямо на глазах из ничего появились чернильно-чёрные тучи, заклубились, сползаясь в одну, одним им ведомую точку. Загрохотало, точно во время грозы, и виски кольнуло от ощущения скопившейся в небе мощи, на этот раз отнюдь не спокойной, а наоборот — яростной, жгучей, злобной. Пришедшей убивать.
Тучи, найдя цель, закрутились вокруг неё, вниз протянулась свистящая воронка мрака. Навстречу ей полетели другие чары — маги внутри монастыря заметили угрозу и попытались защититься, — но силы были неравны. Легко пробив всё, брошенное навстречу, воронка с грохотом, от которого у Кориса тут же заложило уши, рухнула в самый центр монастыря. Рванули в небо клубы огня и дыма, Кориса, находившегося в приличном отдалении даже от стен, осыпало мелким крошевом пыли.
«Да что же это такое? — ошеломлённо подумал он. — Война двух группировок магов? Сражение какой-нибудь настоятельницы монастыря и врагов, нашедших её убежище? Да нет, не похоже, уж слишком велика разница в мощи напавшего и защищающихся, чтоб предположить, что этот удар — следствие давней борьбы. И слишком безмятежно обитатели (или всё-таки, обитательницы?) монастыря подошли к вопросам защиты. Дело тут явно в чём-то ином».
Приблизиться к стенам, на которых сейчас творилась образцово-испуганная и совершенно бесполезная беготня, Корис не рискнул. Вместо этого он повернул обратно, к дороге. Помочь людям в монастыре он бы ничем не смог, а быть пойманным в окрестностях, да после такого удара, всё равно что собственноручно признаться в пособничестве напавшему со всеми отсюда вытекающими последствиями в виде долгих допросов, неизвестной степени вредности магических воздействий и, возможно, пыток. К тому же, нельзя забывать, что его ждут двое учеников, один из которых, вместо того, чтоб молча исполнить приказ, скорее всего, ринется спасать своего командира, наплевав на всякую дисциплину.
Обратно на равнину он выбрался без труда и тут же вновь укрылся среди прижавшихся к хребту деревьев. И вовремя — невдалеке послышался звонкий перестук копыт, и на горизонте показалась тёмная точка. Она увеличивалась по мере приближения, вот стало уже заметно, что за ней плащом стелется пыль. Точка нырнула в овраг, на мгновение затерялась в нем, спустившись вниз, и на ближайший к роще склон выскочила группа всадников, пришпорив коней, понеслась дальше, перекрикиваясь между собой.
Возглавлял её рослый, немолодой уже усатый мужчина; рубаха без рукавов открывала взору мощные, увитые жилами мышцы рук, с пояса, похлопывая всадника при каждом лошадином шаге, свисали ножны, хранящие длинный прямой клинок с простой, лишённой всяческих украшений крестовиной, переходящей в обмотанную затёртой кожей рукоять.
— Скорее, скорее! — услышал Корис, когда кавалькада поравнялась с его укрытием. — Хранительницам помощь нужна.
Говор был непривычен, Корис с трудом понимал произнесённые слова. Но всё же общность языка с тем, что имел хождение на Перекрёстке Миров, прослеживалась весьма чётко.
