— В какой именно? — нетерпеливо спросил Грудж.
Грайзер лихорадочно пытался вспоминать название.
— Э-э… перед нею еще фонарь… «Воющий волк». Или… «Крадущийся волк»! Да, точно! Там я его и видел!
— Вы уверены? — строго спросил рыцарь.
— Вы ведь неместный? — осведомилась Самандра приятным и ласковым голосом. Крейк прямо почувствовал себя негодяем из-за того, что обманывает эту очаровательную женщину.
— А что, заметно? — улыбнулся он, блеснув золотым зубом. Он вложил в него немного силы. Грайзер рассчитывал, что демон присвоил себе каплю его, Крейка, жизненной энергии. Тогда рыцари перестанут сомневаться и поверят ему.
— Я к друзьям приехал.
Взгляд Самандры на мгновение остановился на сверкнувшем в темноте зубе. Затем она поинтересовалась:
— Где мы сможем вас найти?
Тот недоуменно взглянул на нее.
— А как же награда?! — воскликнула она, указывая на объявление. — Или вам она не нужна?
— О, что вы! Как же! — опомнился Крейк. — Я здесь и буду. — Он ткнул пальцем в дверь «Одноглазого деда».
Самандра и Грудж переглянулись и быстро зашагали в сторону «Крадущегося волка». Крейк беззвучно перевел дух и ринулся в таверну.
Фрей чувствовал себя так, будто вернулся в доброе старое время. Он почти обессилел от хохота и не позволил себе лишнего. Теперь Дариан пребывал в состоянии приятного опьянения, и мир казался ему безупречным. В глубине души он желал, чтобы эта ночь никогда не кончалась. Он любил Малвери, Пинна и даже молчаливого Харкинса как братьев по оружию. Хотя завершить застолье скоро придется, но… одна из подавальщиц очень выразительно поглядывала на него. У девушки было простоватое лицо, но ему понравились ее рыжие волосы и веснушки на курносом носу. В общем, она отвечала всем его запросам и благодушному настроению — Дариана как раз тянуло на мягкое и округлое.
Какая жизнь! Отлично быть капитаном, вольным охотником, властелином неба.
При появлении Крейка его словно ледяной водой окатили.
— Сматываемся! — заявил Грайзер, выложив на стол объявление. — Живо!
Фрей, соображавший сейчас чуть медленнее, чем обычно, очень удивился собственному изображению, чем реальной опасности. Портрет он узнал сразу. Как он мог попасть к ним в руки? Кто им дал его?
Крейк схватил лист и спрятал в карман.
— Я только что сбил с пути Самандру Бри и Колдена Груджа. Они ищут нас, и, конечно, заявятся сюда. Лучше будет, если к тому времени мы отсюда исчезнем.
— Ты встретился с Самандрой Бри! — ахнул Пинн. — Везет дуракам!
— Кровь и сопли! Шевелитесь, идиоты!
Наконец до них дошло, что стряслось. Команда повскакала с мест и устремилась через толпу завсегдатаев к выходу.
За те несколько секунд, которые потребовались, чтобы покинуть таверну, блаженное состояние Фрея сменилось гнетущим страхом. Рыцарская Центурия! Началась охота! Чем он заслужил такую участь?
— Возвращаемся на «Кэтти Джей»? — осведомился Малвери на улице.
— Именно, — буркнул капитан. — Очередной запретный город.
— Почему бы нам не эмигрировать и не покончить со всем этим раз и навсегда?
— Неплохая мысль, — бросил Дариан через плечо, быстро шагая по направлению к порту.
Посадочная площадка находилась в середине одного из гористых мысов, охватывавших бухту, словно огромные руки. Дома здесь встречались реже. Вскоре многочисленные улочки слились в одну широкую дорогу. Она так и виляла вверх и вниз вместе с уровнем почвы. По обеим сторонам размещались складские навесы, редкие таверны и таможня. Громко, отчетливо слышалось дыхание моря. Волны разбивались об окутанные белым кружевом скалы.
Фрей, возглавляющий процессию, плотнее завернулся в пальто. Доброжелательный городок превратился в ночной кошмар. Он оглянулся — нет ли погони, — но позади их компании не было ни души. Возможно, им удалось ускользнуть от рыцарей?
«Виновный в убийствах! Да еще и пиратство. Действительно, такое за ним числится, нельзя не признаться (самому себе, во всяком случае). Но будь он проклят, если скажет это на суде! Но убийства? Нет! Кстати, он не виновен в трагедии, которая случилась с „Тузом Черепов“!»
Увы, за разбой и лишение жизни полагается одна кара — веревка на шею. Поэтому с юридической точки зрения совершенно безразлично, сколько раз он преступил закон. Конец будет только один. Но Фрей оказался принципиален. И как же катастрофически несправедливо складываются обстоятельства!
Он замер, разглядев в темноте троих. Навстречу, со стороны порта, шел патруль. Так и есть — герцогская стража. Разумеется, все в коричневой форме герцогства Оленфай: строгие мундиры и плоские фуражки. И как назло, поблизости нет никакого укрытия. Теперь главное — не вызвать подозрений.
— Кэп… — шепотом предупредил Малвери.
— Да, — отозвался Фрей. — Двигаемся спокойно. Они могут узнать только меня.
Дариан поднял воротник и сунул руки в карманы, изображая продрогшего до костей путника. Одновременно он чуть замедлил шаг, чтобы Малвери своей тушей закрыл его от стражников.
А те неумолимо приближались. Гравий громко скрипел под тяжелыми ботинками. Фрей и остальные подались в сторону, уступая стражникам дорогу. Они окинули встречных привычными испытующими взглядами.
— Как зайдет солнце, сразу жуть как холодно делается, верно? — со своей обычной шутливой интонацией пробасил доктор.
Один из стражников что-то буркнул в ответ, и обе группы мирно разошлись.
На посадочной площадке, забитой кораблями, суетились люди. Все торопились загрузить дневной улов и поскорее отправиться в полет, чтобы к утру попасть к месту назначения. В воздух, сияя прожекторами, медленно поднимался небольшой грузовоз. Было слышно, как пульсировали его аэрумные насосы. Они загоняли в цистерны сверхлегкий газ, который под действием электромагнитов превращался в очищенный аэрум.
Дариан планировал без излишней спешки отбыть завтра утром, поскольку с его грузом ничего случиться не могло (рыба-то копченая). Теперь он искренне обрадовался привычному хаосу. Под шумок они могут отбыть и убраться отсюда навсегда.
Они миновали обозначенную газовыми лампами границу площадки и направились прямиком к «Кэтти Джей». Другие команды работали под слепящим светом фар громадных кораблей. Длинные тени метались по асфальту. Над головой взревели моторы — это поднявшийся грузовоз включил пропановые двигатели и двинулся прочь от побережья. Резкий рыбный запах почти полностью перебивал соленую свежесть моря.
— Харкинс, Пинн. Быстро по кабинам, — приказал Фрей. — Харкинс, я знаю, ты пьян… Но не забывай, что «Файеркроу» мой. Если ты его разобьешь, я тебя швырну в море. Понял?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
