Читаем без скачивания Принуждение к контакту - Денис Бурмистров

Громов схватил облитую руку возле запястья. С ужасом вытаращился на скрюченные пальцы, не желающие слушаться.

В голове пронеслись десятки бессвязных мыслей, перемешанные с болью и страхом. Душа ушла в пятки, а на лбу выступил липкий пот.

Но вот дернулся мизинец, потом удалось согнуть указательный. Когда Руслан смог сжать пальцы в кулак, его радости не было предела.

Спустя несколько секунд боль окончательно затухла и исчезла. Пальцы приобрели чувствительность, кожа порозовела.

– Вот же зараза! – Громов бросил настороженный взгляд на открытый зев колодца. Боком подошел, топором на вытянутой руке захлопнул дверцу.

Ведро так и осталось валяться на траве, которая, хоть и выпрямилась, но так и осталась бледной.

Однако сокрушаться о том, что не получилось утолить жажду, было некогда – солнце опускалось за забор острых елок у горизонта, небо над качающимися зубцами приобретало малиновый цвет.

Следовало спешить, если он хочет вернуться в лагерь к ночи.

Заткнув топор за пояс, пилот поскреб начавшую чесаться щетину, примериваясь, как лучше идти по полю. Трава высокая, черт его знает что внизу. Тут и там над ней вздымались невысокие холмики, почти лишенные растительности. Если переходить с одного на другой, то будет проще держать направление и оценивать обстановку.

– «Там, за холмами, солнце запело. // Сделаешь шаг – за тобою весна», – фальшиво пропел под нос пилот. Он сошел со вздувшегося асфальта, привычно посмотрел на часы, запоздало вспоминая, что они врут. Раздвигая высокую траву с длинными и жесткими листьями, направился к первому холму.

Растения, похожие на камыш, росли плотной стеной, сквозь них буквально приходилось продираться. Руслан даже пробовал рубить мясистые стебли топором, но быстро устал махать тяжелым и неудобным для такой работы инструментом.

Взобрался на холмик, поднявшись над шумящим на ветру травяным морем. Наметил следующий отрезок и двинулся ко второму ориентиру.

Снова холмик – и опять – примерился, пошел.

С каждым новым восхождением и спуском Громова все чаще посещало дежавю – холмы были настолько одинаковыми, словно насыпанные по единому стандарту. В голову пришла мысль о языческих захоронениях в курганах.

А вон уже и лесополоса, рукой подать!

Возле первых деревьев, на краю луга, высилась ржавая цистерна, зажатая с двух сторон рамой из уголков. Над ней, на тонком древке, лениво покачивался треугольный флажок непонятного цвета. Чуть левее цистерны виднелся просвет – скорее всего, дорога в поселок.

Зашелестела трава где-то рядом. Заскрипели листья, недовольно покачиваясь, и все стихло.

Пилот вытянул шею, стараясь определить источник звука. Вон головки растений вибрируют не в унисон с соседними стеблями. И вон еще, чуть в сторонне. Ветер? Или нет?

Он стоял, напряженно вслушиваясь и всматриваясь. Сделал шаг.

Трава в нескольких метрах левее шевельнулась. Потом еще раз, уже ближе. И вновь ничего.

Громов нервно сглотнул, боясь выпустить из виду место движения, скосил глаза и прикинул расстояние до ближайшего холма. Глубоко вдохнул.

И рванул с места, сшибая ногами венчики цветов и ломая листья. Влетел на холм, развернулся, занеся над головой топор.

У подножия растекалась среди травы изумрудного цвета жидкость, похожая на густой бульон. Целая лужа этой «зеленки» подтягивалась к холму, охватывая его полукольцом. Толчками передвинулась влево, потом вправо, ища способы подняться наверх.

Руслан не смел дышать, во все глаза наблюдая за явлением.

По поверхности субстанции запрыгали солнечные блики, она отхлынула и скрылась в траве, обтекая стебли. Громов какое-то время мог наблюдать за движением «зеленки» по покачиванию растений, но потом и те прекратились.

Пилот устало покачал головой, посмотрел в сторону лесополосы.

Сколько еще он сможет вот так избегать ловушек? И это ему еще чертовски, вселенски везло – никто не бегает по Зоне. Как никто не бегает по минному полю. Убегая от одного, можно влететь во что-то другое. И даже того не заметить, лишь умереть позже от кровоизлияния в мозг или остановки сердца. И это в лучшем случае. А будь на лугу яма с тем же «студнем» – ухнул и мяукнуть бы не успел.

С другой стороны, а что еще делать? Что еще остается делать, когда ты один, а из всей поддержки и снаряжения лишь небольшой топор? Когда страх такой, что ноги сами собой несут вперед?

И все же нужно быть осторожнее. Нужно смотреть, подмечать и делать выводы. Ведь третий день в Зоне – это уже немало. Уже есть некоторый опыт. Есть знания.

Руслан невесело усмехнулся.

Одним из таких знаний было то, что по Зоне нельзя бегать. Только вот применять его не всегда получалось.

Вернувшись к началу логических размышлений, Громов сказал себе: «Хватит!»

Между ним и подлеском пара сотен метров и цистерна. Есть шанс добраться до деревьев прежде, чем эта зеленая дрянь нагонит его. Неизвестно опасна она или нет, но проверять на собственной шкуре пилот не хотел. Если до деревьев не успеть, то можно забраться на цистерну – судя по всему, «зеленка» не может течь вверх.

С другой стороны, не факт, что в лесу она отстанет. Да и ломиться с ходу в неизведанный район было бы глупо.

– Значит, так и так на цистерну, – сделал вывод Громов. – А там посмотрим.

Убедившись, что ничего подозрительного не видно, Руслан осторожно спустился вниз и вошел в траву, после каждого шага замирая и прислушиваясь. Так, шаг за шагом, двинулся вперед. Старался ставить ноги как можно тише, голова крутилась как у совы.

Почти дошел до цистерны, когда сзади зашуршала трава, закачались стебли. Но Громов уже был рядом с железным каркасом, внутри которого черным валом лежал объемный металлический бак с флажком. С торца виднелись скобы лестницы, покосившиеся в разные стороны.

Руслан победно хохотнул, бросаясь к цистерне. Но тут же отпрянул, испуганно оглянулся, заорал и побежал к лесу. Перед глазами еще стояла картинка, которую невозможно было разглядеть издалека, – всю цистерну, все железные части вместе с каркасом из массивного уголка покрывала тоненькая, похожая на паутину сеть.

Вот только пауки в Зоне не обитают.

Пилот бежал, боясь ощутить рывок за ногу или удар. Или как там еще нападает эта изумрудная зараза. Он боялся даже оглянуться, словно тварь только этого и ждала.

Руслан пронесся мимо дерева, ломая сухие ветки. Выхватил из общей массы коричневых стволов один, к которому подбежал, подпрыгнул, ухватился и подтянулся. Ветка под ладонями треснула, но вес тела выдержала. И, уже устроившись в двух метрах над землей, обхватив дерево как родное, Руслан окинул взглядом свой путь.

Светлый подлесок, луг со скучными холмиками, черная с рыжими пятнами ржавчины цистерна. Все спокойно, буднично.

Как сыр в мышеловке.

Дальнейший путь через редкий лес прошел без сюрпризов. Пилот нашел узкую, сдавленную по сторонам свисающими ветками канаву, по ней вышел к опушке.

Солнце больше не слепило, оно скрылось за деревьями. Гудели ноги, ломило в пояснице. Хорошо еще, что голод отступил, но очень донимала сухость во рту. Пилот сломал молодую веточку и грыз ее, рассасывая и сглатывая слюну. Помогало не очень хорошо, от горького сока щипало язык, а в горле першило.

Деревья разошлись в стороны, и Руслан вышел из леса. Перед ним, с невысокой возвышенности, открывался вид на поселок Маяк. Напоминающий вытянутую с юга на север рыбу, состоящий из пары крупных улиц с прижатыми к дорогам деревенскими домами, он до сих пор казался обитаемым.

Почти не видно разрушенных временем домов. В некоторых дворах, за невысокими палисадниками, колышется на ветру белье на бечевках. Возле здания сельсовета застыла легковушка с открытой дверью, словно водитель очень спешил забежать в приземистое здание с выцветшим советским гербом над входом.

По правую руку от поселка, по другую сторону заросшего совхозного поля, на невысоком пригорке виднелись кладбищенские кресты. Многие могилы были разрыты, земля провалилась вниз.

Громов поморщился – не хотелось бы встретиться с «ожившими мертвецами», пусть они даже и относительно безобидные.

С левой стороны поселка, закрытый высокими деревьями, виднелся край похожей на гигантскую металлическую решетку конструкции. Там торчала антенна дальней связи, высотой с десятиэтажный дом, окруженная закопанными в землю бункерами. Заброшенная войсковая часть, в которую обожали наведываться ученые. Говорили, что там под землей много чего интересного.

Как раз туда и направлялась группа Сидоренко, в которую входила жена Ильи Полина. По-хорошему, стоило бы наведаться.

Громов посмотрел на клонящееся к закату солнце, на играющие солнечными зайчиками крыши поселка, на черную на фоне темнеющего неба антенну. Бросил взгляд на бесполезные часы.

До темноты вернуться в лагерь он не успеет, а идти ночью вдвойне безрассудно. Ничего не оставалось, как заночевать на месте. Вопрос только где.