ящера или динозавра, нет. Он больше напоминает те каменные изваяния, что охраняют храмы и дворцы в Азии. Большая, прямоугольная, заостренная к носу. Вся в шипах и покрытая как чешуей рубиново-красными чешуйками. Надбровные дуги переходят в пару длинных изогнутых рогов острых, как и иглы. Их поддерживает шипастый лоб и шея. И у него как у азиатских сородичей длинные усы, которые парят в воздухе уходя мне за спину. Глаза дракона закрыты, но я знаю, он не спит, он выжидает и дает мне на себя посмотреть. И я смотрю. Отхожу на несколько шагов, чтобы рассмотреть. Но ничего кроме огромных когтистых лап, покрытых чешуйками не вижу, все тело покрывалом укрывают такие знакомые мне рубиновые крылья.
Меня так и тянет его потрогать. Провести пальцами по контуру чешуйки, поддеть ее. Тронуть ус, может дернуть за него. И все это он позволяет это сделать. Из огромных ноздрей вырывается поток воздуха, когда я касаюсь его вновь. Улыбаюсь.
— ты пыхтишь как паровоз, — смеюсь и дергаю шаловливо за ус.
Тут его огромные веки поднимаются, и он смотрит на меня, а я тону в голубизне его глаз. Глаза… он не поворачивает головы, не двигается. И на меня смотрит всего один глаз, что в диаметре как я сама. В нем вселенская мудрость и такая же вселенская тоска.
— вот ты, какая… рыба мечты… — почему-то выдаю я, касаясь чешуйки рядом с огромным оком.
Тут кажется, вся земля приходит в движение.
Он встает на ноги. Медленно, аккуратно, опутав усом мою талию, приподнимает над землей и отставляет подальше от себя. И я понимаю почему. Он невероятно огромен. Удлиненное тело и длинный хвост, увенчанный шипами, создают впечатление, что он змей. Но это не так. Мощные крылья раскрываются, демонстрируя всю свою мощь и стать. Золоченые шипы на протяжении всей длинны тела от головы до кончика хвоста, блестят. Под чешуйками перекатываются мышцы. Мощная шея изящно изогнута, так что голова нависает надо мной. Он втягивает воздух вокруг меня и блаженно прикрывает глаза, но не совсем. Не сводит взгляда.
Поняла!
Поняла чего ждет… Ну павлин! Сказала бы, что ничто человеческое не чуждо, но как такое применить к дракону?
— вау! — развела я руки в сторону и замахала кистями, — ты… просто…. Ты такой… Классный!!!
Огромный зверь фыркнул и издал что-то вроде смешка. Пару раз взмахнул крыльями, окатывая меня потоками воздуха, перебрал когтистыми лапами. Покрасовался еще. Н-да. Изображение, что красуется на моем теле не более чем просто картинка мультипликатора в сравнении с этим красивым и мощным существом. Существом, что заперто в человеческом теле…..
От одной этой мысли улыбка сошла на нет, а драконище свел свои рогатые брови в одну черту и на огромной морде возникло забавное выражение недоумения.
— я освобожу тебя! Только пока не знаю как, — сделала шаг к нему.
Дракоша в миг погрустнел. Припал к земле и очень аккуратно ткнулся кончиком морды мне в живот. От падения спас все тот же ус, что обвивал мою талию. С шумом втянув воздух ноздрями выпустил его из-под брыльев морды. Глаз его я не видела, но сердце разрывало от тоски. Уткнулась лбом в теплые чешуйки и закрыла глаза.
Что-то неуловимо изменилось вдруг. Тепло и твердость драконьей морды сменилось холодом так резко, что меня повело. Я стала оседать на землю. Открыла глаза. Впереди мрак, непроглядная тьма. Позади свет, кажется заходящего солнца. Такой яркий, оранжевый, угасающий. Подо мной каменный пол испещренный письменами, что мне было не понять. Ветер треплет тонкую рубаху, пробирает до костей. Тишина, которую можно назвать зловещей. Я сижу на полу, опустившись на колени. Волосы трепет потоками теплого воздуха. Он идет из тьмы, как и ощущение чьего-то взора. Страшно. Оборачиваюсь…. Слепну… Закрываю глаза, пытаясь защититься от него.
Открыв, долго не могла понять, почему я смотрю на серебристый мех и край расшитой красными нитями подушки.
Я проснулась. Одна.
Комнату заливает солнечный свет. Он падает на кровать, а мое лицо. Мне холодно. Зябко. Жутко. Сажусь в кровати, свешивая ноги к полу. Тру лицо ладонями.
— миледи, вы проснулись, — тихое.
Изольда сидит на стуле у окна, что-то шьет.
— сколько времени? — голос у меня сиплый.
— уже давно утро, — отзывается она внимательно меня рассматривая, — что-то случилось?
— сон, просто сон, Иза, — сама не узнаю свой голос, — как дела снаружи?
Она хмыкает и улыбается своим мыслям. Их много…
— предпочту услышать, а не пытаться разобраться в твоих мыслях, — бросаю на пути к средневековой уборной.
— гости отошли от шока и требуют вас.
— видеть? — умываясь, спрашиваю.
— нет. Требуют дракона отказаться от мирайи.
— разве такое возможно?
— оказывается да. Ваш союз не консумирован.
— с чего такая уверенность?
— милорд отказался предоставить в доказательство простыни и не дал разрешения на осмотр вашего тела на предмет появления метки.
Вот ведь средневековые извращенцы.
— это так важно? Увидеть метку, я имею ввиду, — вышла из-за ширмы и подошла к зеркалу.
Из него на меня смотрела очень бледная девушка с синяками под глазами и растрепанными во сне волосами. Зомби. Как пить дать, зомби.
— да. Они не верят, миледи.
— откуда узнала?
— слуги знают все, — улыбнулось ее отражение в зеркале.
— ясно. Логично, — отвернувшись от зеркала, прошлепала к стопке новой одежды, — ну тогда стоит дать им то, что они хотят увидеть. Иза, что из заказанного мной вчера могло бы подойти? Чтоб не пришлось одевать то жуууутко красивое платье? Только то и нужно, что шею и часть груди показать.
Девушка озадаченно на меня взглянула и надолго задумалась.
Уже будучи одетой в местный аналог белья, черные штанишки сапоги я решила иначе.
— миледи, вот, готово, — Иза протянула мне рубашку с широкой горловиной на шнурке, которую ослабила, чтобы та могла стечь по моему телу, романтично оголив мои плечи. Романтично по меркам моего мира и совершенно вульгарно по меркам этого как я поняла.
— скажи мне, а в этом прекрасном замке есть библиотека или какое иное место, где я могу отыскать книги? — а про себя добавила, — «гугла то я тут не найду….».
— есть. И библиотека и кабинет хозяина, там он тоже держит книги, — ответила Иза, потупив взгляд.
— тогда нам туда, — заправляя рубашку в штаны посмотрела на нее через зеркало.
— но, миледи, а как же…
— я тут подумала и решила, что нет смысла вмешиваться в эти пустые разговоры. Силы у них примерно равны. Иначе еще вчера сильнейший приватизировал бы мое бренное тело. Все равно они придут к тому, что им нужен будет мой голос. И скрипя зубами,
