много о вас рассказывал.
— Уверен, его рассказы были направлены на критику младшего брата-лодыря, — усмехается Костя, качая головой. И почти попадает в точку.
— Ну что вы, он отзывался о вас в исключительно положительном ключе. До негативного мы еще не дошли. Степень доверия пока что не та, — стреляю глазами в Рому.
Оказывается, знакомиться с родней мужчины очень нервная штука. Даже если все не по-настоящему. Я пытаюсь прочитать по их выражению лиц нравлюсь я им или нет. Почему-то очень хочется понравится.
— Неужели в нашей семье появится кто-то еще с чувством юмора? Клянусь, иногда брат совершенно не понимает шуток. И, Мира, предлагаю перейти на «ты». Мы ведь совсем скоро породнимся. Кстати, вы уже назначили дату свадьбы?
— Мы, в отличие от вас, никуда не спешим, — припечатывает ответом Роман, явно намекая на торопливость молодоженов. — И шутки я понимаю, просто кое-кто не умеет нормально шутить.
Он словно недоволен братом. Вот только непонятно: в данный момент или вообще по жизни?
Взгляд Романа строгий, на лице ни намека на улыбку. Кажется, он совершенно не способен расслабиться в непринужденной атмосфере.
— Я с-слышала ч-что ты организатор с-свадеб, — ситуацию между братьями разряжает Ляля, правда теперь напрягаюсь я. Боюсь, что меня поймаюь на лжи.
— Да.
К счастью, эта парочка уже жената, поэтому неожиданных сюрпризов в виде предложения сделать им свадьбу мечты не последует.
— Я сама ор-р-рганизовывала сегод-дняшний п-праздник. Тебе нравится? — спрашивает, затаив дыхание, но при этом то и дело косится на Романа, словно боится, что задаст неверный вопрос.
— Да, мы как раз с Ромой обсуждали как все гармонично смотрится.
Брови Кости взлетают вверх. Он явно не верит, что Роман способен на разговоры о праздничном декоре.
Между нами завязывается легкий разговор. Брат Романа и Лялечка на первый взгляд оказываются душевными людьми. От них в мою сторону не исходит никакого негатива, насмешек или высокомерия. Они словно прямо сейчас готовы принять меня в семью, при этом взгляд их отражает настороженность, потому что не знают чего ожидать от меня.
Глава 18. Мирослава
Разговариваем в основном мы с Костей. Лялечка бесконечно смущается, часто хихикает невпопад, а потом смешно подпрыгивает и тянется рукой ко рту. Это забавно, но чуточку нервирует даже меня. Я, конечно же, пытаюсь скрывать свое раздражение, а вот Роман наоборот: не считает нужным скрывать свою скуку.
Он блуждает взглядом по саду. Стоит рядом с нами, но в беседе совсем не участвует. Ему не интересно. Не держи он меня за руку, я вообще могла бы забыть, что не одна тут.
Это даже немного грустно, если честно. Получается, ему не интересно с людьми, которые считаются самыми близкими.
Я в детстве долго просила у родителей подарить мне братика или сестричку. И даже сейчас иногда думаю, что кого-то настолько родного мне чертовски не хватает. Всё же друзья — это немного другое.
Роман же, кажется, сознательно дистанцируется от своего брата и его жены. А ещё он кривится, услышав со спины громкое:
— Ромчик! Сынок!
Я оглядываюсь первой, безошибочно находя взглядом идущего к нам человека.
Ромин отец — довольно крупный мужчина. Он отпустил усы и явно не смущается своей седины. Выглядит живым, активным и пышущим здоровьем.
Направляется к нам, сначала недолго смотря на сына, а потом на меня…
И пусть в этом взгляде нет ни намека на холодность или уж тем более презрение, я сглатываю, чтобы побороть сухость во рту.
Это крайне волнительно. Очень хочется понравится Роминому отцу, но как это сделать?
Мы разворачиваемся. Рука Ромы перемещается — он кладет её на мой бок и прижимает к себе. Пожалуй, даже сильнее, чем стоило бы для нашей игры.
Удивившись, я вскидывая взгляд на него и непроизвольно улыбаюсь, приподнимая бровь.
— Боишься, что отец отобьет у тебя невесту? — в ответ на мою шпильку Рома фыркает, тоже смотрит, но в его взгляде нет ни намека на неуверенность в себе.
— Мне повезло. Моя невеста связана договором с драконовскими штрафами, — он склоняется и шепчет мне на ухо, а потом добавляет, задевая мочку губами: — Ну и еще чутьчуть моим очарованием.
Это правда. Я могла бы поспорить, но вместо этого на мгновение закусываю уголок губ, чувствуя, как щеки розовеют.
— Ну что, знакомь нас, Ром!
Успевший подойти отец Романа ведет себя как человек, который просто берет нужное ему, абсолютно ни о чем не заботясь.
Сейчас его безумно интересую я.
Мужские пальцы сжимаются на моих плечах. Я чувствую, как он тянет меня на себя, прижимая к груди. Это немного неожиданно.
— Девочка моя… Мирочка… — степень моего удивления сложно описать словами. Я ожидала всякого, но точно не подобной теплоты. Наверное, даже чрезмерной…
— Здравствуйте… И с Днем рождения вас, мы с Ромой…
Смущенная до невозможности, я поздравляю Мирона Багирова, когда он немного отстраняется от меня, но при этом не оставляет меня в покое. Продолжает держать за плечи и жадно рассматривает лицо.
— На Любашу так похожа… Сил нет как похожа…
Я не знаю, кто такая Любаша, но руки покрываются мурашками.
Резко вскидываю взгляд на Романа, услышав резковатое:
— Пап…
Мне даже обидно становится за такого внезапно искреннего и эмоционального Мирона. Кажется, всех Багировых вечно одергивает Рома, считающий, что эмоциональный диапазон как у зубочистки — это норма. Всё, что свыше — уже лишнее.
— Что «пап»? — Я еле сдерживаю улыбку, когда Роман получает достойный отпор отца. Это на меня он смотрел полным обожания взглядом, когда поднимает взгляд на сына — смотрит иначе. Строже и требовательней.
И, как ни странно, Роман ему уступает. Сбавляет тон и, склонив голову, произносит:
— С Днем рождения тебя.
Поздравление прямо говоря, скупое, но Мирона радует и оно. Он расцветает на глазах, отпускает меня и сжимает в объятьях уже сына, только сразу же все свое внимание возвращает мне.
Это совершенно устраивает Рому и заставляет грустить Лялечку. Я вижу, как она дует губки и постоянно склоняется к уху мужа, чтобы нашептать ему что-то.
Кажется, как бы мило мы ни общались пятью минутами ранее, конкуренции нам не избежать. Мне это не нужно, она заведомо меня победила. Хотя бы потому, что настоящая невестка в нашем кругу — она одна. Но, с другой стороны, радушие, которое проявили ко мне Багировы, сильно трогает.
Мы разговариваем о всяких мелочах. Больше всех — именинник. Над его редко удачными шутками Ляля смеется еще звонче, чем до этого. Роман продолжает стоять холодным особняком в нашей теплой компании, а я
