Это в точности совпадало с тем, о чем подумал Кадфаэль, увидев Розвиту. Он промолчал.
- Я не боюсь ее, - произнесла Айсуда примирительно. - Я слишком хорошо ее знаю. Он вообразил, что влюблен, только потому, что она принадлежит Найджелу. Ему нужно все, что есть у Найджела, а у него нет. Но можешь мне поверить, он никого так не любит, как Найджела. Никого! Пока - нет!
- Кажется, ты знаешь об этом мальчике, гораздо больше, чем я. Он и беспокоит меня, и одновременно нравится мне. Расскажи то, что сам он, может, и не расскажет, - о его доме, о том, как он рос в нем. Мэриет нуждается в нашей помощи, твоей и моей, и если ты желаешь ему добра, я стану в этом деле блюстителем твоих интересов, потому что и я желаю ему добра.
Айсуда подтянула колени повыше, обхватила их своими тонкими руками и стала рассказывать.
- Я хозяйка манора и рано осталась сиротой, мой опекун - сосед моего отца, дядя Леорик, хотя он мне не дядя. Это честный человек, и я знаю, что моим манором он управляет хорошо, лучше, чем кто-либо другой сделает это в Англии, и дядя не берет себе ничего. Ты должен понять - он человек старого склада, непреклонно прямой. Жить с ним нелегко, если ты член его семьи, к тому же мальчик; но я девочка, и он всегда был терпелив и добр ко мне. Мадам Эйвота, которая умерла два года назад, - так вот, для нее на первом месте был муж и только потом сын, Мэриет. Ты видел Найджела - какого еще наследника может желать человек? Мэриет им не был нужен, они и не интересовались им. Они выполняли родительский долг, но не могли отвести глаз от Найджела и не замечали второго. А он был совсем другим.
Она помолчала, думая о двух братьях, а может, мысленно и сама участвуя в делах, к которым она и родители Мэриета подходили по-разному.
- Как ты думаешь, - спросила Айсуда с сомнением, - понимают ли дети, когда к ним относятся как к второсортным? Мне кажется, Мэриет понял это очень рано. Он даже внешне отличался от них, но не это главное. Он всегда выбирал путь, противоположный тому, что от него ждали. Если отец говорил "белое", Мэриет говорил "черное"; когда его хотели заставить, он упирался изо всех сил - и ни с места. Он не мог не научиться грамоте, потому что у него острый и любознательный ум, но, когда он узнал, что его хотят определить на королевскую службу, он начал водить компанию с разными неотесанными людьми и всячески издевался над своим отцам. Он всегда ревновал к Найджелу, - добавила девушка задумчиво, уткнувшись подбородком в колени, - и при этом всегда боготворил его. Он сознательно насмехался над отцом, зная, что тот любит его меньше, чем старшего, и очень горько переживал это, но не мог ненавидеть Найджела за то, что того любят больше. Как он мог ненавидеть, если сам любил его?
- А Найджел отвечал ему любовью? - Кадфаэль вспомнил обеспокоенное лицо старшего брата.
- О да, Найджел привязан к Мэриету. Он всегда защищал его и много раз спасал от наказания. И когда они все вместе играли, Найджел старался, чтобы Мэриет всегда был рядом.
- "Они" играли? - переспросил Кадфаэль. - Не "мы"?
Айсуда выплюнула изжеванную травинку, повернула к нему удивленное лицо и улыбнулась:
- Я - самая младшая, даже на три года моложе Мэриета, я была ребенком и с трудом поспевала за ними. По крайней мере какое-то время. Но замечала я многое. Ты нас всех знаешь? Два брата, с разницей в шесть лет, и двое Линде посредине. И я, появившаяся в доме поздновато и слишком маленькая. Розвиту ты видел. Не знаю, видел ли ты Джейнина?
- Видел, - сказал Кадфаэль. - На пути сюда. Он показал мне дорогу.
- Они близнецы. Ты не заметил? Хотя, по-моему, ему достался весь ум, предназначавшийся двоим. У сестры способность только к одному привораживать мужчин и удерживать их при себе, - проговорила Айсуда наставительно. - Хитрюга ждала, что ты обернешься и посмотришь на нее, а она вознаградит тебя быстрым взглядом. Ну теперь ты думаешь: вот глупая девчонка, которая ревнует к более хорошенькой, - произнесла она смущенно и засмеялась, заметив возмущение монаха. - Я бы хотела быть красивой, почему нет? Но я не завидую Розвите. И несмотря на частые ссоры, мы все здесь были очень близкими людьми. Очень близкими! Эти годы чего-то да стоят.
- Сдается мне, что ты лучше других знаешь этого молодого человека, сказал Кадфаэль. - Тогда, если можешь, объясни мне, чего это ему взбрело на ум уйти в монастырь? Я вижу, как теперь он изо всех сил стремится к этому, но, клянусь жизнью, не могу понять почему. Может, тебе это известно?
Яростно помотав головой, она ответила:
- Не знаю. Это так на него не похоже!
- Тогда расскажи мне о тех днях, когда он принял это решение. И начни с визита в Аспли епископского посла, этого Питера Клеменса. Ты ведь все равно узнаешь - да и все узнают, - что он так и не доехал до места своего следующего ночлега, и больше с той поры его никто не видел.
Резко повернувшись, девушка посмотрела на Кадфаэля.
- А лошадь его нашли, так я слышала. Нашли у границы с Чеширом. Ты что, думаешь, причуда Мэриета как-то с этим связана? Почему? И все же...
Айсуда соображала быстро, ее решительный ум заработал, и она стала тревожно сопоставлять одно с другим:
- Он провел в Аспли ночь на восьмое сентября. Не случилось ничего необычного, ничего, что бы запомнилось. Он приехал один, ранним вечером. Дядя Леорик вышел его встретить, я внесла в дом его плаш, и велела служанкам приготовить ему постель, а Мэриет возился с лошадьми. Мы приготовили хорошее угощение для гостя. После ужина все сидели в зале и слушали игру музыкантов, а я пошла спать. Утром следующего дня гость сразу уехал, и дядя Леорик, Фремунд и два конюха поехали немного проводить его.
- Как он выглядел, этот Питер Клеменс?
Айсуда улыбнулась полуснисходительно, полупрезрительно:
- Он очень красив, и знает это. Наверное, чуть-чуть старше Найджела, но уже много повидал и очень самоуверенный. Он мил, любезен и остроумен, совсем не похож на секретаря епископа. На вкус Найджела, слишком любезен! Ты видел Розвиту, видел, какая она. А этот молодой человек убежден, что всех женщин влечет к нему. Они под стать друг другу, и Найджелу это было не очень приятно. Но он помалкивал и вел себя прилично, по крайней мере пока я была там. Мэриету тоже не нравилось их перемигивание, он рано поднялся и ушел в конюшню, конь ему нравился больше, чем его хозяин.
- Розвита тоже осталась ночевать?
- О нет, когда стало темнеть, Найджел проводил ее домой. Я видела, как они ушли.
- Значит, ее брата не было с вами в тот вечер?
- Джейнина? Нет, не было. Джейнину неинтересно с влюбленными. Он смеется над ними. Нет, он оставался дома.
- А на следующий день... Найджел не поехал провожать гостя? И Мэриет тоже? Что они собирались делать в то утро?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
