в ней желание, которое разрушило бы ее жизнь, если бы она последовала своим инстинктам. Словно прочитав ее мысли, мужчина двинулся вперед, ближе, опасно близко…
— Постой, — пробормотал он, приблизив губы к основанию ее горла и медленно целуя ее. Боже, как же ей хотелось слушать его дальше!
— Я сказала тебе, чего хочу, — ответила она, стараясь быть стойкой. — Я хотела бы улететь прямо сейчас.
— Это мне не подходит.
Она посмотрела на него.
— Почему нет?
— Потому что у нас была сделка.
— О, это все, что ты можешь сказать? Это лишь подкрепляет мое желание уехать!
Его глаза скользнули по ее лицу, и Алисия поняла, что сказала слишком много. Она показала, как ей было больно, хотя она собиралась держать эту боль внутри себя.
— Ты злишься, что я уехал сегодня.
Не было смысла спорить с ним.
— Я злюсь, что позволила тебе использовать меня. Я злюсь, что не видела тебя насквозь. И да, я злюсь, что ты уехал, но я полагаю, что не было смысла оставаться. Ты получил то, что хотел. Так что теперь просто отпусти меня.
Он тихо выругался, затем схватил ее за локоть и развернул в сторону дома.
— Я не использовал тебя, Алисия. Мы оба хотели этого. Не надо оскорблять наши чувства.
— Я не вернусь с тобой, — повысила она голос, чувствуя приближающуюся истерику. Она уже мысленно попрощалась с этим прекрасным местом. Она не могла вернуться. — Я хочу домой.
— Я не буду вести этот разговор здесь, — сказал он, указывая на пилота. — Зайди внутрь, и мы поговорим.
— Нет смысла. — Она вырвала руку. — Ничего из того, что ты можешь сказать, не изменит моего мнения. Я хочу уехать. Я должна.
— Почему?
«Потому что я в шаге от того, чтобы влюбиться в тебя, и я не могу этого допустить! Потому что у нас есть дочь, и мне нужно рассказать тебе о ней, но я не могу понять, как и когда, когда я на твоем острове и в твоей постели! Но я сделаю это, когда наконец наберусь смелости и слов!»
Она едва не произнесла эти слова вслух, настолько она была переполнена чувствами.
— Разве это не очевидно?
— Чего ты ожидала от меня на следующее утро? Как ты хотела, чтобы я поступил?
Его вопросы ранили ее.
— Как порядочный человек, — пробормотала она, прежде чем успела обдумать свой ответ.
Его лицо заметно побледнело, и она слишком поздно вспомнила, как отец бросил ему тогда те же слова. Но теперь обвинение было заслуженным. Он обращался с ней как с грязью.
— Ты хотела цветов? Может быть, струнный квартет под моим окном?
— Не говори со мной так, — выдавила она. — Ты начал отталкивать меня, как только проснулся. Дело не в том, что ты был в Барселоне и тебе нужно было работать. Дело в том, как ты говорил со мной. То, как ты молчал, пока тебя не было. А то, что произошло между нами…
Но теперь она находилась на опасной территории, поскольку мысли, в которых она боялась признаться самой себе, казалось, рвались вперед, требуя, чтобы их произнесли вслух.
— Да, у нас был секс. Такой же неизбежный, как и тогда. Мы оба согласились на это, — закончил он ее фразу.
Слезы застилали ее глаза, и она яростно моргала, пытаясь остановить их.
— Если это так, почему ты злишься из-за того, что я уезжаю? Почему ты хочешь держать меня здесь?
Мускул на его челюсти дернулся.
— Я человек слова, — сказал он после паузы. — Я полагал, что у тебя также есть личный кодекс чести. Согласившись остаться на пять дней…
— Это ерунда, — решительно возразила она. — Ты лучше всех знаешь, что обстоятельства меняются. Я не останусь здесь после того, что между нами произошло. Я не могу. И я знаю, что ты слишком порядочный человек, чтобы заставить меня. Так что прекрати спорить и скажи своему пилоту, чтобы он отвез меня в Валенсию.
Он провел рукой по волосам. Она ждала, ее нервы были на пределе. Она надеялась, что он скажет что-то такое, что излечит боль в ее сердце и ее душе.
В ее жизни было так много боли, и большая ее часть была связана с этим мужчиной.
Вопрос об Энни больше не мог оставаться без ответа. Алисии нужно было решить, как действовать дальше. Она знала, что не сможет жить так же, как жила испуганная одинокая шестнадцатилетняя девочка. Все было слишком сложно.
— Почему ты хочешь, чтобы я осталась? — спросила она, отчаявшись ждать, когда он заговорит. — И не надо снова ссылаться на наши договоренности. Наша сделка заключалась в том, чтобы я организовала твое мероприятие, и подготовка к нему идет полным ходом.
— Я хочу, чтобы ты осталась по той же причине, по которой мы спали вместе.
Она затаила дыхание.
— Между нами осталось незаконченное дело.
— Думаю, теперь все кончено.
— Ты так думаешь? — Он поднял одну бровь и усмехнулся. — Значит, ты улетишь и больше никогда не вспомнишь обо мне?
Алисия опустила глаза. Она думала о нем каждый день последние десять лет. Она знала, что это не изменится.
— Мы так никогда не закончим, — сказала Алисия после паузы. — С того момента, как мой отец отреагировал так, как он это сделал, с того момента, когда он прокричал свои угрозы, он направил наши жизни по двум курсам, которые никогда не пересекутся снова. Это обсуждение ничего не даст.
Грасиано снова придвинулся ближе, так близко, что она уловила намек на его мужественный, пряный аромат и ее пульс участился, желание захлестнуло ее.
— Я хочу выкинуть тебя из головы, — сказал он наконец.
Алисия закрыла глаза от нахлынувшего горя, потому что понимала, что он чувствует. Каждый из них был мучением для другого.
— Настолько, что ты готов оставить меня здесь, даже когда я готова уйти? — прошептала она, зная ответ, зная, что она была в нескольких шагах от его согласия.
Они оба попали в ловушку прошлого, но один из них должен был быть достаточно сильным, чтобы вырваться на свободу. Алисии нужно было вернуться к своей реальной жизни. Ей нужно было пространство, чтобы дышать и думать, чего она не могла сделать здесь, где Грасиано заполнял все ее чувства, даже когда отсутствовал.
— Нет, — ответил он. — Я хочу, чтобы ты осталась, но выбор за тобой.
Он сделал шаг назад, скрестил руки на груди и бесстрастно посмотрел на нее, на его красивом лице не было видно никаких эмоций.
— Выбор за мной, — повторила она.
В конце концов, все оказалось так просто.
Только тогда
