Читаем без скачивания Подводная агентура - Сергей Зверев

– Ушла! Из-под носа ушла. Пары минут не хватило, чтобы с блеском закончить операцию. А теперь она будет давить на железку, пока бензин в баке есть.

– Там что? – не понял Рыськин.

– Там щель в скале, природного происхождения. А с той стороны у нее машина стояла. И теперь она как сумасшедшая несется на ней. Я даже марку не успел увидеть, не говоря уже о номере. Что с машинами?

– С машинами хреново. Пробита резина передних колес, у одной еще и радиатор потек. Может, еще есть какие-нибудь повреждения, я не присматривался. А что? Будем преследовать? Так я…

– Глянь на всякий случай, – велел Андрей и протянул руку. Коля Рыськин понял и отдал спутниковый аппарат связи, который все это время был у него как передвигавшегося по суше.

Пришлось вызывать Ломашевского и объяснять ситуацию.

– Лом, это Внук. Мы на месте, но опоздали.

– Яхта там? – тут же спросил Ломашевский.

– Так точно! И яхта, и четверо аквалангистов, которые на наших глазах ползали по ней, и группа прикрытия, и пленная девушка при них. Только вот девица эта очень шустрая. Когда ее захватили на наших глазах, мы пошли на выручку…

– Почему вы решили, что это она?

– Не знаю, – недовольно ответил Андрей. – Но мне кажется, что больше некому тут быть. И еще мне показалось, что она сама пыталась достать контейнер с яхты, а тут подоспели местные ребята с аквалангами. Пока мы под водой с ними разбирались, девица перебила своих конвоиров и свалила на машине. Неплохо, да!

– Контейнер у нее, как ты думаешь?

– Я думаю, что эта девочка не из тех, кто любит шутить и останавливается перед трудностями. Раз свалила, значит, он у нее. К тому же тут валяется полиэтиленовый пакет, мокрый только снаружи и явно распорот ножом.

– Пленные есть? – безнадежно спросил Ломашевский.

– Откуда? – еще более мрачно ответил Андрей. – Пока мы там полоскались, пока один заходил с тыла, эта подруга всех порешила. Вообще-то предупреждать надо, с кем мы дело имеем. Она могла с таким же успехом и на нас кинуться… Не особенно разбираясь.

– Ладно, черт… Зачистите там все…

– Лом, есть предложение! – быстро заговорил Истомин, увидев, как Рыськин показывает большой палец, поднятый вверх. – У нас, кажется, есть колеса. Мы можем попытаться догнать ее. Преследуя посуху. У нее форы всего минут пятнадцать.

– Так! – На минуту в эфире воцарилась тишина, потом Ломашевский продолжил, видимо приняв нелегкое решение: – Преследование разрешаю. Считаю, что ваш объект будет уходить от побережья. Приказываю одного бойца с лишним снаряжением вернуть сюда на борт. Троим преследующим иметь при себе только пистолеты и ножи.

Никакого открыто носимого оружия и быть только в гражданской одежде. Связь по необходимости, но не реже одного раза в двенадцать часов. Через тринадцать часов вашего молчания я буду считать миссию проваленной и принимать решение о поисковой партии.

– Есть! – тоном довольного человека отозвался Андрей.

Вызвав Володю Орлова с лодками, Андрей позвал Рыськина.

– Что там с тачками?

– Нормально, надо задние колеса с одной машины перекинуть на другую. На ту, что с целым радиатором. А так… порядок там, и ключики на месте, и бензинчика больше половины бака.

– Займись! – приказал Андрей. – А мы с Мишкой трупики в воду спустим. Приказано все следы уничтожить. Мышь, пригони пару лодок от камней.

Когда бойцы отправились выполнять приказание, Андрей присел рядом с телом белого человека, вытянул у него из заднего кармана бумажник и увидел в нем доллары. Вытащив деньги, он порылся в содержимом и, не найдя ничего полезного, засунул бумажник назад. Точно так же он обшарил карманы убитых сомалийцев и одежду аквалангистов, оставленную на берегу. Набралось еще около двух тысяч сомалийских шиллингов, но Андрей здраво рассудил, что на эту сумму тут мало чего купишь.

Маштаков подтащил к берегу три надувные лодки. Первым он за ноги втащил в одну из них белого. В другие положил сомалийцев и побросал их оружие. Сев на весла, он отплыл за камни и ножом пробил баллоны лодок. Те медленно стали погружаться вместе с телами. Потом показался Володя Орлов.

– Как у вас, командир? – выпрыгивая на берег, поинтересовался он.

– Настрогали, только все без дела, – за Андрея ответил Маштаков, вытирая руки и доставая из контейнеров гражданскую одежду.

– Мы уходим в преследование, – тихо стал рассказывать Орлову Андрей. – Лом приказал все снаряжение вернуть к нему на базу. Двинемся налегке втроем, а ты вернешься.

– Блин, Андрюха, ты чего! – воровато оглянулся по сторонам и зашептал Орлов. – Как же я… а вы пойдете!

– Володя, кончай, – сморщился Истомин. – Во-первых, приказ Лома, и кому-то надо возвращаться. А, во-вторых, если с нами что-то случится, то кто пойдет на выручку? Один Лом? Не морпехов же в такие дела совать, а придется. А они штурмовики, разведчики, но никак не диверсанты. На тебя вся надежда и на Лома! Соображай!

– Ладно, извини, – хмуро ответил Орлов. – Это я так, не подумав. Жалко, что не берете. Но ты знай… если что, то мы тут это Сомали вместе со всей Африкой на уши поставим.

Орлов сразу ушел в море. На расстоянии мили от берега он остановился и затопил очередью из автомата одну из лодок, чтобы не мешала ему маневрировать в случае стычки с пиратами или береговой охраной. Потом одинокая лодка со снаряжением стала удаляться и исчезла из виду.

Трое спецназовцев, одетые по-летнему в тонкие штаны, легкие светлые ботинки и цветные льняные рубашки навыпуск, уселись в «Лендровер». Машина, буксуя и разбрасывая мелкие камни, развернулась и двинулась вверх по склону. Маштаков на заднем сиденье ворочался, устраиваясь поудобнее и поочередно проверяя фляжки с водой. Коля Рыськин, прикусив от усердия губу, выводил машину на плато, успевая поглядывать на сосредоточенного командира, который сидел рядом. Наконец он не выдержал и спросил:

– А шансы у нас есть, как по-твоему-то?

– Найти ее? – невесело ответил Андрей. – Есть, конечно. Только нулевые у нас шансы! Или в крайнем случае пара процентиков. Надо сообразить, куда она может отправиться, попытаться начать думать так же, как и она. А нам о ней ничего не известно, мы ее даже в лицо не знаем.

– А она наша или иностранка, которая на нас работает?

– Не знаю, – покачал головой Андрей. – Но, судя по тому, что нам никто фотографии не предоставил, агент она очень секретный.

– А вы ее не разглядели, когда она удирала с берега?

– Разглядели, – уверенно заявил Маштаков. – Баба. Молодая, судя по тому, как шустро бегает.

– Если на голове не парик, – серьезно стал рассуждать Андрей, – то волосы светлые, короткие. Прическа «каре». Рост примерно метр семьдесят, метр семьдесят пять. Стройная, я бы сказал, спортивная фигура. Правильное телосложение. Об одежде смысла говорить нет, потому что она обязательно переоденется, если не дура.

– А она не дура, – согласился Рыськин. – А про машину совсем ничего сказать не можешь?

– Могу, – пожал Андрей плечами. – Старая модель со стойками, на которые натягивается брезент. Исправная, потому что когда она притормаживала, то тормозные фонари загорались.

Глава 6

Выводы Андрею предстояло делать на пустом месте. Почти на пустом. Никаких установочных данных об «объекте», как принято было называть разыскиваемую девушку с некими ценными материалами, он не получил. Он не знал ее национальности, принадлежности к конкретным разведывательным органам, легенды, под которой она действовала. Вполне могло оказаться, что эта девушка никакая не разведчица, а обычная гражданка какой-нибудь европейской или американской страны. Просто к ней попали эти материалы, а, на ее взгляд, они имеют огромную ценность, скажем, для мира во всем мире. Мало ли людей за всю историю шпионажа соглашались работать на разведку чужой страны, именно исходя из этих идеалов.

Но был один очень важный момент в поведении беглянки. Она показала очень хорошую оперативную и боевую подготовку. Значит, все-таки сотрудница спецслужб? Чьих? Российских, других? Этого ему никто не скажет, но подсказка поведения незнакомки могла сработать. И Ломашевский это понял не хуже Андрея, разрешив преследование.

Итак, она опытный полевой агент (или оперативный сотрудник) некой разведки. Ей плотно сели на плечи враги, а она должна сохранить и передать российским спецслужбам важные материалы. Она понимает, что ее обложили очень плотно, раз задействована даже агентура многих стран, чтобы определить ее местонахождение и засечь появление в той или иной стране. Кстати, просчитали ее поведение ребята вполне грамотно и сумели подготовить нападение сомалийских пиратов. Теперь не ошибиться Андрею и попытаться просчитать ее действия.

Истомин понимал, что он не сотрудник внешней разведки, но кое-какое сходство специфики все же есть. И оно должно быть в мышлении. Его подготовка боевого пловца направлена не просто на диверсионную работу, она направлена в том числе и на решения задач в спецоперациях разведывательного характера. Есть, конечно, на флоте подразделения боевых пловцов, составленные из матросов, старшин срочной службы и контрактников. Но их новороссийский отряд составляют одни офицеры. Это иная подготовка, иной уровень информированности и ответственности. Иной уровень операций.