– Может, теперь ты мне сказать, кто ты и откуда прибыл? – повторил вопрос нацистский агент. Теперь стало ясно, что это за фрукт. – Говори, schweinhund? Отвечай мне. Как твой имя? Вильгельм?
– Билл. С двумя «л».
– Ja. Ты из полиции Времени?
– Нет, это мой напарник оттуда, Эллиот. А я простой солдат. Я вообще попал сюда по ошибке. Мое дело с чинджерами воевать, а не с нацистами. Так что не волнуйтесь.
Нацистский агент хохотнул.
– Хорошо, не буду. А теперь ты скажешь мне все о своем друге из полиции Времени и скажешь, как вы попасть сюда из будущего. А еще ты, может быть, скажешь мне биржевую информацию?
– Биржа… Нет, мистер наци. Вы не поняли. Я из далекого, очень далекого будущего. Я даже не знаю, что такое биржа. У нас вообще нет никаких бирж, потому что все принадлежит Императору.
– Очень интересно. Теперь… правду мне говорить! Зачем вы у нас шпионить? Что вы говорить с Макс Перкинс? Куда вы ехать… и когда Берлин Панцерблитцен побеждать в чемпионате мира по бейсболу?
– Я… я правда ничего не знаю! – лопотал Билл. – Значит, я… Эллиот и я… мы только пытались предотвратить изменение истории, и все. Понимаете, здесь не должно быть никаких наци. Произошла какая-то ужасная ошибка. Отдали бы вы мне свой пистолет и шли бы себе спокойно…
– Информация! – гаркнул нацист. – Я хотеть информация!
Билл понял, что влип крепко. Но разве он не солдат Императора? Разве его не учили драться? Так что же он медлит? Как там надо правильно выбивать пистолет из руки? Он медленно поднялся и стал отступать от грозного нациста, который угрожающе размахивал пистолетом.
Билл отступил еще на шаг – и попал в лужу крови. И поскользнулся. Нога сама вылетела вперед и выбила пистолет из руки противника. Билл грохнулся на пол.
Нацистский агент вскрикнул и отпрянул.
Билл, не мешкая, прыгнул на врага.
Они вместе рухнули и забились на полу, как две большие рыбы, пытаясь дотянуться до «люгера». Первым дотянулся до него агент.
– Schweinhund! – заорал нацист. – Ты умрешь! Слышишь? Умрешь!
Билл не отвечал, из последних сил стараясь отвести вражескую руку с пистолетом в сторону.
Нацист собрался с силами и неожиданным рывком отбросил Билла. Задыхаясь, он поднялся и навел пистолет на поверженного Билла.
– Мне наплевать, что скажет начальство! Тот, кто на меня напал, – умирай! Я тебя убивай!
Во время борьбы шляпа слетела с головы нациста, и теперь Билл ясно видел белобрысые волосы и правильное арийское лицо, изуродованное злобной усмешкой.
Злющие глаза сверкнули голубым пламенем, когда наци поднял свой «люгер».
– Хе! Хе! Хе! – проквакал он.
Билл собрался для последнего прыжка, в отчаянной надежде опередить выстрел.
И тут, когда наци уже собирался нажать на курок, откуда ни возьмись возник яркий свет и с шипением срезал вражескую голову с плеч долой.
Обезглавленное тело рухнуло рядом с Биллом, который тут же вскочил и оглянулся, пытаясь отыскать взглядом своего спасителя.
И никого не увидел.
Только он да два трупа в вагоне, несущемся во тьме подземелья.
Билл в изумлении раскрыл рот.
«Что все это значит?» – подумал он.
Но прежде чем он успел окунуться в дебри предположений, труп Эллиота вдруг пискнул тоненьким голоском:
– Привет, Билл! Похоже, ты чуть не влип в историю?
Глава 15
– Трудяга Бигер! – воскликнул Билл, немало пораженный.
– Ага, Билл! Это я! Но не мог бы ты звать меня просто Бгр? Это мое настоящее имя, и я, как и всякий чинджер, очень им горжусь!
Билл оглянулся.
– Ты где?
– Да тут, внизу!
Билл опустил глаза. Голос исходил из простреленного тела Эллиота Метадрина! Билл увидел, как его старый противник перепрыгнул с груди трупа на сиденье вагона. И гордо дунул в горло крохотного бластера, которым только что отделил голову и шляпу наци от плаща и, что самое важное, – от «люгера».
Билл познакомился с Бгр'ом еще в лагере имени Леона Троцкого, где тот под видом и именем Трудяги Бигера поражал всех блеском начищенных ботинок. Ростом Бгр был точнехонько двадцать сантиметров с хвостом; у него было четыре лапы и неприятная с виду мордочка. Держался он настороженно. Что было неудивительно, поскольку и сам Император, и его солдаты горели желанием стереть с лица Вселенной всех (очень, впрочем, миролюбивых) чинджеров, до последнего.
Билл удивился еще больше, когда увидел, что верх черепа Эллиота Метадрина откинут на шарнире, словно крышка, и вместо мозга внутри устроена кабинка. Там стояли миниатюрное кресло и даже маленький водяной радиатор.
– Отсек управления… робот, – пробормотал Билл. – А как же кровь?
– Ты, видно, совсем поглупел на военной службе, Билл. Ты что, кетчупа никогда не видел? Мне пришлось залить в этого робота целых три галлона. Очень эффектно выглядит при ранениях.
До Билла наконец дошло, что под личиной Эллиота Метадрина все это время скрывался Бгр! А Эллиот Метадрин был всего лишь киборгом, которым управляла вражеская рука. Вот бы удивился Дж. Эдгар Инсуфледор, если бы видел все это! Сам Билл не очень удивился. Он слишком хорошо знал повадки чинджеров.
Билл очень обрадовался при виде крохотного знакомца, несмотря на то, что это был враг.
– Рад тебя видеть, Бгр. Конечно, ты враг и все такое, но все равно – приятно видеть знакомое лицо. Не очень-то весело тащиться в одиночку на метро в какой-то там Квинс, на Всемирную ярмарку, чтобы разыскать там чертов Портал Времени.
– Знаю, знаю, – оборвал его Бгр. – Как ты думаешь, где я был все это время? Я был Эллиот Метадрин!
– Ах да. Конечно!
– Знаешь, Билл, раньше, когда я возносил молитву Великому Чинджеру, сидящему на небесах, я неустанно просил его о том, чтобы тебя назначили адмиралом Императорского флота. Хотя из последних донесений разведки стало ясно, что он еще более тупой, чем ты.
– Спасибо, Бгр! – посветлел лицом Билл. – Это самые теплые слова, которые я от тебя когда-либо слышал. Ну да ладно – что будем делать?
– Ага, Билл. Я полагаю, что нам лучше сойти на станции во Флашинге.
– Это ты правильно придумал.
– Приятно слышать, что ты со мной согласен. А потом мы пойдем на так называемый крикетный матч в так называемый Британский павильон и отыщем там сэра Дудли. И затем попытаемся выяснить, что же, черт возьми, произошло! Извините за выражение. Все идет наперекосяк! Я неплохо знаю вашу историю и тем не менее не могу себе представить, как могло случиться, что нацисты захватили в Америке власть. Я сильно подозреваю, что не последнюю роль здесь сыграло нарушение потока Времени, которое, кстати, привело к тому, что вся художественная литература превратилась в порнокомиксы.
– Точно, – громко согласился Билл, хотя ни слова не понял из рассуждений Бгр'а.
– Но важнее всего, – продолжал Бгр, – убедиться в том, что чинджерам не грозит никакая опасность. Пошли.
Билл сошел во Флашинге, а вагон с телом убитого наци, громыхая, унесся в дебри Квинса. Бгр сидел в нагрудном кармане рубашки, что причиняло Биллу огромные неудобства, поскольку чинджеры, несмотря на скромные размеры, как и все обитатели миров с высокой гравитацией, весили немало. Билл протопал вверх по ступенькам и оказался на Всемирной ярмарке 1939 года.
– Ага, – пискнул Бгр, выглянув из кармана, – не очень-то это похоже на то, что показывал счетчик Времени, но ведь это другой 1939 год – не так ли?
– Полагаю, что так.
Однако Биллу здесь нравилось. Куча павильонов, ларьков, киосков со всевозможными напитками и закусками.
– Интересно, а бары здесь есть? – задумчиво спросил он.
– Не смей даже думать о выпивке. Мы на задании.
Они прошли под аркой и оказались на территории выставки.
– А вот и свастики. – Бгр указал на крестообразные эмблемы, украшавшие все здания и киоски. – Их здесь не должно быть.
– Нет?
– Будем надеяться, что с сэром Дудли ничего не случилось… и что Британская империя все еще существует, и что здесь есть Британский павильон. Да, все это выглядит не очень хорошо, Билл. Правду сказать, очень плохо выглядит! Ох, не нравится мне это время!
Билл рассматривал ярмарочные витрины и бесчисленные бочки с пивом. Похоже, что в этом 1939 году недостатка в барах не было. Работник он неплохой и вполне смог бы тут пристроиться. Пусть Бгр'у здесь не нравится, зато ему все это по душе.
Однако он императорский солдат.
Он должен верой и правдой служить своему Императору.
Он обязан выполнить задание. Сдержать клятву. Сохранить верность.
Билл не очень-то верил всем этим заклинаниям, но все-таки продолжал выполнять долг. Потому что армейская промывка мозгов сделала свое дело – свободной воли у него осталась малая крупица.
Билл очень любил ярмарки и выставки. На Фигеринадоне-2 тоже бывали ярмарки, и однажды, когда ему было десять лет, мама взяла его на Всемирную ярмарку «Фигеринадон-2». Она, конечно, была поменьше этой, но десятилетнему малышу показалась огромным великолепным праздником.
