— Бона! Сейчас! — тревожно шепнули под ухом. Четырехугольник превратился в тупой клин, направленный прямо в центр лучевских сотен. Послышался крик — слитный, густой. Клин уже не полз — сканды перешли на бег, чтобы со всей силой врубиться во вражеский строй. В ответ послышалось нестройное «Лучев! Лучев! Сурь!».
— Ярчук! Скажи «отож».
— Отож…
Громыхнул металл — строй ударился о строй. В первый миг показалось, что клин легко пробьет стальную стену. Ряды лучевцев поддались, отступили — на шаг, на два, на десять. Згур закусил губу, считая мгновения. Еще, еще немного! Первый натиск вот-вот ослабнет!..
Отсюда, издалека, он мог лишь представлять себе, что происходит внизу. Копья уже брошены, сканды взялись за мечи. За мечи — и за страшные боевые секиры, легко пробивающие венетский доспех. Такого рубаку не остановит и десяток храбрых неумех. Згур потому и не спешил посылать горожан в бой. Все думал — не доведется. Довелось… И теперь у тех, внизу, выход один — стоять густой толпой, отмахиваясь копьями да мечами и прикрываясь трупами погибших. Так было когда-то под Коростенем. Отец был на правом фланге, и его сотня тоже пыталась вот так, толпой, остановить закованных в железо сполотов…
— Хвала богам! Сдюжили!
Ярчук заметил первым — движение страшного клина остановилось. Лучевский строй начал медленно распрямляться. На миг небесно-голубой Стяг дрогнул, накренился — но тут же вновь взвился вверх.
— Лучев! Лучев! Сурь! Сурь!
Дружный крик ударил в уши. Згуру показалось, что он видит синий плащ кнесны. Скандский клин отступил, начал растекаться в стороны, превращаясь в бесформенную кучу…
— Боярин! Бона!
Згур быстро оглянулся. Засмотревшись на то, что происходило перед глазами, он забыл о флангах. А там все менялось. Оба отряда были уже в долине. Передовые подходили к подножию холма. Теперь сомнений не оставалось. Удар в центре — не главный. Скандов не обманули цветные плащи и красные перья. Четыре сотни «рогатых» взбирались на левый склон, еще столько же — на правый, чтобы сойтись на вершине, у наскоро сбитого табора.
— Лучники… — Ярчук озабоченно покрутил головой. — Може, вперед послать?
Згур с трудом разлепил сжатые от напряжения губы:
— Рано…
Полторы сотни лучников с легкой зброей да сотня Крюка — все, что оставалось у них тут, на вершине. Против восьми скандских сотен — пустяк. Но Лайв не должен так просто добраться до табора! Рука сорвала травинку, сжала, пальцы сами собой стали рвать зеленую беззащитную плоть. Глаза не отрывались от левого склона. Сканды уже начали подниматься. Теперь они спешили, ровный четырехугольник стал растекаться вширь. Згур считал мгновения. Еще немного, еще…
— Ферра! Ферра!
Знакомый клич ударил справа. Згур дернулся, быстро взглянул. Есть! Прямо перед скандами вырос ровный сверкающий четырехугольник. Сотня Гусака, лежавшая в густой траве, преградила «рогатым» путь.
— Ферра! Ферра!
Ответный крик донесся слева. Там строилась сотня Сажи. Згур бросил изорванную в клочья травинку, встал. Не ожидали?
На какое-то время сканды и в самом деле растерялись. Слева, у Сажи, они даже не успели остановиться. Нестройная толпа с ходу налетела на «катакитов» — и отпрянула, покатилась вниз…
— Ферра! Ферра!
Справа скандский вожак оказался поумнее. «Рогатые» начали отходить, перестраиваться. Згур затаил дыхание. Сейчас! Сейчас! Самое время — скандские отряды в долине, их вожаки сбиты с толку, они даже не успели сообразить, что фрактариев всего две сотни…
И тут вновь послышался крик — совсем близко, в центре. Сканды вновь обрушились на лучевцев. На этот раз били не клином, а всей массой, навалом. Удар был страшен — густой лучевский строй поддался, начал медленно пятиться. Небесно-голубой Стяг вновь пошатнулся, упал…
А на флангах «рогатые» уже пришли в себя. Быстро, уверенно они начали взбираться вверх. Згур знал — «ката-китам» не выдержать удара. Один против четырех — так побеждают только в сказках. Где же конница?!
Словно воочию он увидел усмехающееся лицо Асмута. Великий боярин тоже считает мгновения. Что он решит? Выполнить приказ — или промедлить, дать «рогатым» пройтись по трупам?
— Боярин! Поддаются! Поддаются!
В голосе венета слышалась тревога. Згур оглянулся — тут, в центре, сканды уже прошли половину пути. Лучевцы еще дрались, но их строй распадался, становился все тоньше, выгибаясь, как лук. Еще немного — и «рогатые» про-, рвутся. Згур почувствовал, как воздух начинает застревать в горле. Все вокруг внезапно показалось нереальным, происходящим не с ним. Вот и все… Он не смог победить Лайва. Перехитрить тоже не смог — сканд легко обошел все ловушки. Отступать поздно — стальные клещи вот-вот сомкнутся. Оставалось одно — защищать до последнего табор. Две с половиной сотни против тысячи с лишком. В лучшем случае на час боя…
Звук труб донесся словно с края света — далекий, негромкий. Еще не веря, без всякой надежды, Згур поглядел налево…
Конница мчалась по долине. Ярко сверкала сталь. Мерный конский топот сливался с криком сотен глоток. Згур обернулся — там тоже все изменилось. Всадники разворачивались лавой, обтекая скандский отряд. «Рогатые» разбегались, черный четырехугольник, уже изготовившийся к атаке, дрогнул…
Згур почувствовал, как отпускает сердце. Кажется, он успел поддаться страшным чарам демона Пана. Он быстро взглянул на Ярчука — не заметил ли тот? Но венет, не отрываясь, глядел на то, что творилось совсем рядом. Там лу-чевцы из последних сил держали удар…
— Ферра! Ферра!
«Катакиты» тоже увидели подмогу. Сотни Гусака и Сажи бросились вперед, врезались прямо в черную, шевелящуюся толпу. А всадники уже рубили тех, кто стоял в до-
лине. Згур усмехнулся: чернобородый рассчитал точно. На склон успело подняться не больше половины, остальные были внизу, беззащитные против удара латников. Сверху наступали фрактарии, тесня уцелевших под копья и мечи всадников Асмута…
— Никак отбились?
Теперь в голосе Ярчука слышалось облегчение. Згур поглядел на склон — и понял. Скандский отряд отходил. Похоже, появление конницы изрядно напугало тех, кто уже почти прорвал лучевский строй. Сканды ослабили натиск, затем стали пятиться. Небесно-голубой Стяг вновь взвился над стальными шлемами.
— Еще нет…
Згур перевел дух, пытаясь понять, что происходит у врага. Отряды на флангах отступают, бегут, те, что в центре, отходят вниз, к подножию. Неужели повернут назад, на холм? Но это безумие, конница вырубит тех, кто сзади, а там и пехота навалится… Нет, радоваться рано…
Да, радоваться было рано. Отступление замедлилось. На флангах сканды уже не бежали — пятились, пытаясь отбиться от наседавшей конницы. В центре отряд вновь перестраивался, превращаясь в уже знакомый клин. Тем временем латники продолжали теснить «рогатых», но те отступали не на холм…
— Ярчук! Лучников — вперед!
Венет взглянул удивленно, но спорить не стал. Махнув рукой — военное приветствие вышло на диво неуклюжим, он поспешил к табору, где собрались его лесовики. Кажется, он еще не понял. Згур устало повел плечами, вздохнул. Вот и для них нашлась работенка…
Внизу, в долине, уже рос огромный черный квадрат, Скандские отряды соединились. Теперь все, что оставалось от войска Лайва, собралось перед лучевским строем. Да, сканды умели воевать. Обход не получился, и «рогатые» сделали единственно возможное — собрали силы в кулак, чтобы ударить в лоб, рассекая вражеское войско пополам…
Лучники быстро спускались вниз, занимая заранее присмотренные места. А сканды уже шли вперед — молча, без крика. Они спешили оставить опасную долину. На холме конница бессильна, зато опытные рубаки легко проложат дорогу наверх.
Лучевцы тоже готовились. Первые ряды ощетинились длинными копьями, строй сгустился, утолщаясь там, куда был направлен удар. Згур только головой покачал — бесполезно. Скандов больше почти вдвое, а городские сотни и так поредели…
Все произошло так быстро, что Згур даже не успел заметить, когда началась атака. Черная масса одним рывком достигла склона. Клин заострился, глубоко вонзаясь в ряды лучевцев. Там еще дрались, но сканды уже обтекали отряд слева и справа. Сотни «катакитов» тоже вступили в бой, но смогли лишь ненадолго задержать удар. Там, где только что вился лучевский Стяг, теперь кипел страшный водоворот. Стало ясно — строй прорван. На миг Згур прикрыл глаза, представляя, что происходит внизу. «Рогатые» наконец-то смогли сойтись с врагами врукопашную. Страшные секиры крушат всех, кто пытается закрыть путь. А у половины горожан нет даже мечей…
Тишину разорвал рев — победный, торжествующий. Сканды прорвались, отбросив уцелевших с дороги. На флангах лучевцы и «катакиты» еще сдерживали врага, но в центре лавина уже катилась наверх. «Рогатые» приближались быстро, уже можно было различить бородатые рожи, солнце сверкало на поднятых к небу клинках. Згуру показалось, что на него мчится стадо — сотни разъяренных, взбесившихся от жары быков. Однажды в Буселе один такой целый день носился по поселку, пока чья-то меткая стрела не остановила чудовище…
