Гарри вспоминал, как рос в доме Дурслей, вспоминал, как пришли эти письма, потом Хагрид, школа магии, Волдеморт… Всё смешалось в тугой комок, стало тяжело идти и дышать, если он, вообще, дышал. Последние вспоминания были такими яркими, что юноша замер. Подземелья замка, Боль, Гермиона в дверях камеры, дом Снейпа, снова Гермиона, Боль и снова Гермиона… Она — прекрасная и завораживающая, но её грустные глаза и отчаянный шёпот, потом крик и тишина… Колени подкосились, и Гарри опустился на серую землю. И мир словно ожил…
Ветер взъерошил волосы, раздалось пение птиц, юноша ощутил запахи цветов и, в тоже время, услышал крик, стоны, почувствовал запах дыма и боль. Гарри поднял глаза и опешил… Он стоял на коленях на краю обрыва, а впереди простирался совершенно другой мир, полная противоположность этому. Здесь всё цвело и светилось жизнью: голубое небо, яркое солнце, радуга, сверкающая зелень, диковинные цветы и птицы. "Рай!" — сразу догадался Гарри и непроизвольно обернулся в надежде увидеть ад, но увидел свой мир… Реальность: Хогвартс, серый и потухший, грустные лица друзей, плачущая Гермиона…
— Я и не думал, что увижу тебя здесь так рано, сын! — за спиной раздался знакомый голос.
Гарри резко обернулся и открыл рот от изумления. На той стороне обрыва тоже стояли люди, и впереди… Да. Его отец и мать в белых одеяниях. Такие, какие они были в последних сценах Омута. А за ними… ещё люди и среди них узнавались двое: Эрик и Сильвия Поттер, бабушка и дедушка, другие, по аналогии, родственники.
— Отец?..
— Да, сын, — это я. Точнее сказать, моя душа, разум, который нашёл приют в этом мире…
— Мама?..
— Здравствуй, сын. Я всегда думала, каким же ты вырастешь. Ты стал ещё лучше, чем мы думали! — она улыбнулась.
— Но… — у Гарри перехватило дыхание, и он не знал, что ещё можно сказать. — Что это за место? Где я?
— Это чистилище! — глаза Джеймса были грустны.
— Я, правда, умер?
— Это ещё нужно выяснить, и у нас не очень много времени, — Джеймс шагнул ближе и стал у самого края обрыва. — Твоя душа покинула тот мир, но какая-то частичка там ещё осталась, и она пока сильна и зовёт тебя обратно.
— А если я не захочу возвращаться? — Гарри рассматривал родителей и никак не мог поверить в то, что это не сон. Он хотел так вечно стоять и смотреть на них, готов был с ними остаться здесь.
— Если ты пойдёшь с нами туда, твоя душа будет жить вечно, а тело останется на земле…
— И моя сила будет у Тёмного Лорда… — продолжил Гарри.
— Да, твоя сила — сила всей нашей семьи, веками хранившаяся для тебя… — кивнул Джеймс. — И мир погрузится во тьму, и тысячи людей погибнут, и земля покорёжится, и солнце не встанет на востоке… Оставайся здесь, сын… Какое тебе дело до оставшихся там…
— Я не могу больше… и не хочу видеть эту войну, и боль, и смерть… Я устал и пришёл отдохнуть… — проговорил Гарри и ещё приблизился к обрыву.
— Да… Выбор зависит от тебя. Ты согласен остаться здесь и бросить там всех друзей, свою любовь и силу?..
Гарри задумался. Он обернулся и увидел лицо Гермионы: слёзы катились из её глаз по щекам, и она что-то говорила… Да, она звала его. Рон, Кристина, Сириус… Снейп, его новоявленный дядюшка, смотрел на него потухшими глазами, длинные чёрные волосы падали на плечи: "Он мне дорог. Если я и его ещё потеряю, то мне жить незачем…" Слова врезались в сознание, и Гарри резко развернулся, плечи опустились. Там, впереди, рай и блаженство, его родители, но они хоть и реальны, но уже не могут влиять на НАШ мир, не могут ничего изменить и кого-то спасти, а он… он ещё может… и хочет… спасти и защитить! Он должен вернуться назад! Юноша сделал шаг назад, стало трудно двигаться, он остановился и посмотрел на отца.
— Я решил вернуться! — Джеймс только улыбнулся. — Но ответь на один вопрос, отец…
— Да, сын!
— Северус… ты любил брата?
— Мы очень уважали друг друга. Нет, пылкой любви между нами не было, но мы нужны были друг другу… — он замолчал и продолжил. — Северус любил тебя, ты был ему как сын, но он старался не показывать свои чувства, чтобы не злить Сириуса, но часто — наедине со мной — он рассказывал, что мечтает о сыне.
— Он потерял сына… — проговорил Гарри.
— Да, и ты заменил его вновь… — Джеймс улыбнулся.
— А Микки, он здесь? — вдруг спросил Гарри и попробовал поискать мальчика среди людей, смотрящих на него.
— Нет, Микки стал Альтаиром… — Лили встала рядом с Джеймсом. — Ты бы тоже стал им, но тебя что-то держит на земле, и очень сильно…
— Гермиона… — догадался Гарри.
— Эта девушка любит тебя очень сильно и хранит в своём сердце частичку тебя. Это древняя магия…
— Магия?..
— Да, Гарри, женщина, если любит, то способна забрать в себя частичку любимого, — Лили прислонила руку к груди. — Когда я умерла, то отдала её тебе назад. Гермиона не сможет там жить без тебя, и ты никогда не станешь свободным душой…
— Я должен вернуться! Мама, Папа!
— Мы любим тебя, малыш, и всегда в твоём сердце, и смотрим на тебя с небес. Пока ты жив, мы не станем Альтаирами. Прощай!
Гарри развернулся и пошёл назад, к теням земли. Идти было трудно и тяжело, каждый шаг давался с боем — мир не желал его пускать назад, но он вернуться очень хотел. Вскоре двигаться стало невозможно, и впереди будто выросла стена. Юноша замер и повернулся: оказалось, что он ушёл не так далеко от обрыва и родителей, а ведь словно прошла целая вечность. Он не понимающе смотрел вперёд.
— Меня что-то не пускает?!
— У тебя в голове есть одна мысль, откажись от неё… — крикнул Джеймс.
— Какая?
— Ты знаешь!
— Поверь, что мы умерли, и не пытайся вернуть нас! — крикнула Лили.
— Но ведь можно попытаться! — голос Гарри дрогнул.
— Пустые мечты, мы никогда не вернёмся. Откажись!!!
— Нет!!!
Гарри побежал им навстречу в надежде перепрыгнуть и попасть к ним. Он слышал крик отца и матери, но бежал сильнее, вот обрыв рядом… Прыжок… Полёт… Всё завертелось пред глазами, но он не перепрыгнул, а летел вниз, падал всё ниже и ниже. Впереди засветилось что-то красное… Огонь. "Ад!" — подумал юноша, но не успел упасть, пламя поглотило его и понесло вверх. Несколько головокружительных секунд и вокруг одна синева неба и яркое солнце… Гарри зажмурился от света, тепло разливалось по всему телу, а глаза смотрели вперёд… К нему навстречу летел огромный дракон, на груди которого покачивался изумруд… Такой знакомый… Он сам сделал его когда-то:
— Аврелеус! — вскрикнул Гарри и чуть не задохнулся: он начал дышать.
— Привет! — дракон завис рядом, изумрудные глаза внимательно изучают его. — А тебе идут эти крылья!
— Что?! — юноша посмотрел на руки, но не увидел их. — Как… это…
— У тебя душа дракона!
— Так значит, ты тоже душа?
— И ты тоже, но при этом мы оба живы…
— И что теперь?
— Я помогу тебе восстановить силы и отобрать у Тёмного Мага Магию Огня…
* * *
Снейп и Сириус, услышав крик Гермионы, прибежали практически сразу. Они ворвались в комнату и увидели девушку, её голова покоилась на груди Гарри. Сириус кинулся к ней и, подхватив на руки, прижал к груди. Он бросил быстрый взгляд на бывшего слизеринца и понёс мисс Грейнджер на диван, укутав в тёплый плед. Снейп тем временем склонился над юношей. Гарри был очень бледен, лицо даже приобрело чуть желтоватый оттенок, скелет обтянут кожей, впалые щёки, тёмные озера под глазами, худая рука поверх одеяла. Он больше напоминал умирающего старика, чем юношу шестнадцати лет. Сердце алхимика болезненно сжалось, он почувствовал, что вся Сила Огня ушла из этого тела, покинула его навсегда. А значит… Снейп старался отогнать эти мысли. Профессор никак не решался проверить пульс, боялся, что не обнаружит, и тогда и его жизнь закончится. Набрав в грудь воздуха, он протянул руку и прижал пальцы к сонной артерии на шее. Тишина… Холод, пронзающий душу, ноги ослабли, мир пошатнулся, но… сквозь пустоту к свету пробились несколько еле заметных ударов, таких тихих и едва ощутимых, однако означающих жизнь. Профессор положил руку на грудь юноше — чуть заметное и слабое дыхание…
— Господи! — вырвался приглушённый вскрик, на лбу выступили капельки пота. Снейп, не в силах больше стоять, сел на край постели.
— Что? — Сириус резко развернулся и посмотрел на алхимика совсем тёмными глазами. — Что с ним?
— Не знаю точно, но он жив, — слова проталкивались с трудом. — Хотя все Силы Огня он потерял!
— Ты уверен? — глаза Блэка раскрылись от ужаса. — Но тогда он же должен был умереть?
— Я не знаю, что случилось. Что вызвало крик мисс Грейнджер? Нужно дождаться, пока она очнётся, а мне необходимо связаться с Ральфом, — Северус заставил себя встать с кровати и, пошатываясь, направился к двери.
