— Я не мог по другому, — уговаривал он себя. — Не мог… не мог по-другому… Как ещё этим чёртовым честолюбцам объяснить, что они по головам идут к своим целям?! Пока самих в это не ткнёшь носом, пока лично их не коснётся… пока более удачливый не обойдёт…
«Такой как я»… Новый спазм тошноты согнул его и заставил тихонько застонать.
— Вам плохо, милорд? — над Володей навис какой-то солдат.
— Живот болит, — прохрипел он. — Помоги добраться до комнаты… там моя аптечка должна быть…
Солдат на миг замер, потом просто подхватил Володю на руки и чуть ли не бегом бросился по коридору. В комнате он аккуратно усадил князя на кровать.
— Вон ту сумку дай… открой… — Володя нагнулся и отыскал но-шпу, вскрыл и проглотил… — Да не пугайся… просто спазм обычный… скоро пройдёт…
На нервной почве… Похоже нервное напряжение последних дней дало о себе знать.
Боль постепенно затихала и вскоре исчезла совсем. Володя облегчённо вздохнул, но на всякий случай выпил ещё порошка и махнул солдату.
— Спасибо, но сейчас мне лучше… Можешь идти… И ещё раз спасибо, что помог. И вот что… не говори никому, что произошло. Договорились?
— Конечно-конечно, милорд, — поспешно закивал солдат. — Я понимаю…
— Вот и хорошо.
Когда за солдатам закрылась дверь, Володя откинулся на подушку и закрыл глаза. Действительно ли нужна была такая жестокость в разговоре с герцогиней? Или власть почувствовал и захотелось показать её? Психологи на Базе предупреждали, что может прийти такой момент, если всё дастся слишком быстро и потому советовали если и начинать восхождение, то делать это постепенно… Постепенно не получилось. Есть ли упоение властью?
Володя прислушался к себе и признал, что нет никакого упоения, а есть усталость. Такая, что хочется послать всех куда подальше, а самому завалиться спать. А потом вернуться к себе на остров и поселиться там вместе с Аливией.
— Только вот девочки имеют обыкновение взрослеть… — вспомнились слова герцога Алазорского, когда тот убеждал его принять титул. — И что её ждёт в будущем, если всё останется как есть?
Да уж. Ничего хорошего точно. А потому ныть, раз уж принял решение, смысла нет. А герцогиня… Ну может хоть сейчас до неё дойдёт, какую кашу заварил её муж. Может тогда и проблем с этой стороны станет меньше, если действительно поймёт и сумеет объяснить это детям. Не хотелось бы через несколько лет устраивать споры с Кортом по поводу законности титула. А споры в этом времени ведь не в судах, а на полях сражений. Его, конечно, не поддержат, но… кто знает. Вдруг королю придёт в голову приблизить его к себе как противовес некоему герцогу, если вдруг последний станет приобретать слишком большой вес. Артон, может и неплохой человек, но Артон-человек и Артон-король это очень разные люди. И сам бы он лично так бы и сделал. Блин… начитался Макиавелли… И ведь тот же Макиавелли посоветовал бы убить всю семью герцога и не париться. Дело даже не в личной безопасности, а в безопасности всего герцогства. Жалость сейчас может обернуться кровью тысяч действительно невинных людей в будущем.
Но это Макиавелли, а как поступить Вольдема… тьфу… Володьке Старинову… ещё точнее Шкету. А Шкета Гвоздь даже за мысли такие прибил бы. С другой стороны на Шкете не лежала ответственность за тысячи жизней и целое герцогство. Вот и думай.
Володя и думал. Старательно и усиленно. Макиавеллевский вариант ему не нравился категорично. Он сам тогда сказал Александру Петровичу, что это путь к одиночеству, а одиночество он уже испытал и больше не хотелось. Значит нужно искать другой вариант.
Минут через сорок размышлений Володя улыбнулся, кажется он нашёл выход. И родители, если действительно любят своих детей, помогут ему уговорить их, понимая, что это единственный шанс для тех просто выжить.
Однако валяться было некогда — и так задержался уже, хотя и обещал вскоре вернуться. Пришлось подниматься и идти к войскам. Граф Танзани с подозрением покосился на слегка бледноватого князя.
— С тобой всё в порядке? Плохо выглядишь.
— Уже всё в порядке, я принял лекарство. Немного живот схватило.
— Может лучше к врачу сходишь?
Володя побледнел ещё сильнее.
— К вашим?! Нет, спасибо, я жить хочу. Сам разберусь, ничего серьёзного, обычный спазм. Лучше скажи, как тут у вас?
— У нас нормально, я отправил приказ поварам, люди отдыхают, патрули вокруг усилены. В общем твоего присутствия даже не требуется, так что если к врачу идти не хочешь, лучше иди отдыхай, тебе это не помешает.
— Нет, спасибо, уже всё нормально…
— Милорд, вы плохо выглядите. С вами всё в порядке?
— А может и нет, — буркнул Володя. — Спасибо, Конрон, я тоже рад тебя видеть.
Конрон удивлённо моргнул и вопросительно глянул на Танзани. Тот пожал плечами и развёл руками.
— Вот что, князь, идите отдыхайте. До завтра вы тут нам точно не понадобитесь. — Граф решительно подтолкнул Володю в сторону замка. Тот некоторое время пытался сопротивляться, но потом. Обдумав всё, сдался, благоразумно решив, что сегодня он и в самом деле не нужен, а завтра ему понадобятся все силы и лучше в решающую минуту быть выспавшимся и здоровым.
Утром он спустился как раз к завтраку. Подсев к ближайшему солдатскому костру, он наложил себе кашу из котла, попробовал и кивнул.
— Всегда так вкусно?
— Спасибо, милорд, — заговорили вокруг. — Еда нормальная.
Один раз поставщик ещё в столице попытался мухлевать, попытавшись за взятку пропихнуть просроченный товар, который не то что есть, смотреть на него было невозможно. Володе донесли об этом… Багаж интенданта был перевернут сверху донизу, но золото нашли, после чего под присмотром солдат того заставили есть то, что он закупил для войск. Когда его откачали, отправили служить солдатом с конфискацией всего имущества, а несколько человек навестили хитрого купца, которому сунули под нос подписанный им договор. Поскольку стандартный договор составлял сам Володя, который и требовал от своих интендантов давать на подпись поставщикам, то в нём были пункты о том, что в случае некачественного товара тот обязуется заменить его за свой счёт с выплатой крупного штрафа. Купец попытался было возмутиться, доказывая, что его товар первоклассный.
Володя терпеливо выслушал, покивал и предложил провести экспертизу. Ещё не догадываясь о чём речь купец согласился. Володя отдал несколько приказов, а купца потащили за собой несмотря на его возмущённые вопли.
К такому обращению уважаемые столичные купцы не привыкли и вскоре уже уважаемые горожане требовали немедленно отпустить купца иначе они будут жаловаться самому королю. Володя вышел к ним и радостно объявил, что очень рад, что все здесь они собрались и он рад их видеть. Уважаемые граждане ошалели от такого приёма и потому не сопротивлялись, когда их всех пригласили в поле и выгрузили перед ними закупленное продовольствие.
— Раз вы самые уважаемые граждане города, — объявил Володя, — значит ваше слово что-то значит. Предлагаю вам выступить свидетелями и экспертами. Согласно заключённому договору купец Эродахан обязался поставить войскам сто сорок килограммов ржи, двести килограммов пшена, шестьдесят килограмм гречихи. Но если качество товара не будет соответствовать договорному, купец обязуется выплатить штраф и поменять всё поставленное за свой счёт.
— Я поставил качественное продовольствие! — завопил купец, который стоял тут же под охраной.
Володя махнул рукой и солдаты вынесли три мешка, которые и раскрыли. Не надо было быть экспертом, чтобы понять — зерно никуда не годится — прелое, если копнуть, может и плесень найдётся.
— Вот что поставил нам этот купец. Прошу вас выступить экспертами и сказать, качественное это зерно и я напрасно предъявляю претензии уважаемому купцу, или он должен будет соблюсти договор — заменить всё поставленное и выплатить штраф. — Володя достал договор и протянул его одному из невольных экспертов.
Тот прочитал, покачал головой. Подошёл к мешкам. Остальные замялись.
