Государственный механизм призван образовать обратную связь между людьми, основанную на понимании неизменности правил, сохранности имущества, защиты деловой репутации и человеческого достоинства. Если такой механизм создан, возможна успешно действующая национальная экономика. Если же обратная связь разорвана, то гарантом благосостояния становится чиновник, принимающей произвольные решения и определяющий, кто пользуется государственным покровительством, а кто низводится до рабского состояния. Если же обратная связь пересекает границы государства, она порабощает нацию в целом, а местную бюрократию соединяет с мировой и лишает какой-либо связи с нацией.
Национальная экономика должна быть ориентирована на обычного человека, на гражданина, а не на чиновника. Экономическая свобода – это не догмат, рожденный либеральной мыслью. Это требование устранения из жизни бюрократического диктата и утверждения равенства возможностей в экономической деятельности. Либерализм, напротив, создает свободу только для избранных, подчиняя нацию «железному закону олигархии». Национализм требует постоянной деятельности государства по защите национального производителя от бюрократии, а национальной экономики – от мировой финансовой системы. Тем самым «железный закон» разбивается о «железную волю» нации. Либерализм же, проповедуя «открытость» экономики, позволяет международным спекулянтам и недобросовестным конкурентам насаждать олигархию и унижать национального предпринимателя.
В национальной экономике к производителям относят не только пролетариев и крестьян, как у марксистов, но и инженеров, художников, ученых, врачей, учителей. Все это элементы большого «производства» – производства нации. Могущество нации определяется не станками, а людьми. Богатство нации – не товары, а люди. Одни могут производить необходимое для жизни, другие – творить высокую культуру, третьи – воспитывать будущее поколение, четвертые – нести ратную службу, пятые – управлять государством. Экономика нации неотделима от нее самой и служит не целью, а средством существования нации и государства. Такое понимание экономики не вмещается ни в либеральные, ни в коммунистические доктрины.
Государственное устроение. Национальная экономика должна опираться на ведущий экономический уклад, который диктует также и устройство власти. Если в эпоху доминирования аграрных отношений государство строилось как большое поместье со всеми его функциональными элементами, перенесенными из отдельной дворянской вотчины на пространства страны, то в индустриальную эпоху появились еще два вида государств – одни ориентировались на торговлю, другие – на производство.
Государство-рынок было столь же пестрым и шумным, как рыночная площадь, и лишь внешне управлялось стихией спроса и предложения. Внимательному взгляду были видны и манипуляции товаром под прилавком, и цеховые группировки, и бдительный полицейский с дубинкой, и пронырливые воришки. Потом этот тип государства перерос в государство-супермаркет, расцвеченный рекламными вывесками и ярким оформлением витрин. В этом супермаркете уже мало что производили, но удачно торговали и отдыхали. Здесь государство обратилось в большой торгово-развлекательный центр.
Государство-предприятие выглядело как большой завод с множеством цехов. Здесь минимизировались затраты на управление, все было подчинено задачам выпуска продукции и согласованному действию всех элементов производства. На самом примитивном уровне эта модель была реализована во времена советской индустриализации, но в дальнейшем бюрократизированная управленческая система сковала формирование высокотехнологичного государства-предприятия. Тем не менее, концепция государства-предприятия сделала СССР ведущей экономической державой, способной победить в войне, создать ракетно-ядерный щит и приступить к освоению космического пространства.
Государство-вотчина, казалось бы, отступило в прошлое, но сегодня олигархия пытается восстановить рабство, а для него стремится к тому, чтобы нации согласились жить в государстве-плантации, где существует только три статуса: хозяева, надсмотрщики и рабы. Современным рабам предписано глазеть на витрины и телевизионные шоу. И потреблять подделки самых престижных и дорогих товаров. В большинстве случаев их труд уже никому не нужен. Нужно только их согласие признать власть олигархии легитимной, демократичной, гуманной и обязательной для всего мира.
По-настоящему современное национальное государство (государство-община, государство-корпорация) соответствует иному типу производственных отношений, которые могут использовать все научные и технические достижения, не превращая при этом человека в винтик большой индустриальной машины государства-предприятия, но также и не позволяя ему деградировать до примитивного потребителя государства-супермаркета. Развивающейся нации необходимо государство, где работа несет радость, где заботятся о детях, ценят честное слово, верят в любовь и дружбу, сопереживают общим утратам и обретениям, помогают соседям, а если придется, все вместе с оружием в руках защищают свой общий дом – родную страну. Все объединены общим проектом строительства своего государства–империи как высшей формы самоорганизации.
Налоги и национальный доход. Основными источниками поступления средств в бюджет страны является труд людей, которые ведут хозяйственную деятельность либо как частные предприниматели и владельцы предприятий, либо как наемные работники. Те и другие платят налоги. Бюджеты наполняются также налогами на имущество, денежными средствами, имитированными государством (инфляционная эмиссия), и таможенными сборами и т.д. И все-таки национальный доход формируется, прежде всего, трудом и творчеством. Поэтому для нормального функционирования экономики необходима свобода творчества и желание трудиться. Пока налоговая система угнетает труд и творчество, бюрократия торжествует, а олигархия беспредельно обогащается. Следовательно, в налоговой системе заложено либо рабство нации (к чему стремится бюрократия и олигархия), либо освобождение нации и уничтожение порабощающих ее факторов.
Для националистов чрезвычайно важно упростить систему налогообложения до нескольких простых в расчете и понятных налогов и сделать субъектом налогообложения не предприятия, а людей. В этом случае будет изжит конфликт между работником и работодателем. С работодателя будет снято подозрение, что он обогащается за счет работника. И каждый работник будет по ведомости видеть, сколько из его зарплаты уходит на содержание государственных систем: власти, армии, соцобеспечения и т.д.
Вся система бюрократического принуждения и порабощения построена на изъятии всего или почти всего дохода человека: не важно, наемный ли это рабочий или владелец фирмы. В бюрократической системе сбор средств на государственные нужды основан на двухуровневом перечислении налогов: сначала платит предприятие, а затем гражданин – часть своей зарплаты. Причем предприятие обязано еще оплатить и оборотные налоги с конечного потребителя (например, НДС – налог на добавленную стоимость). Так маскируется грабительская система максимального изъятия заработанных предприятием и работником средств. Что не удалось сразу получить с физического лица, собирается через косвенные налоги в виде всевозможных сборов при оформлении справок, лицензий, отчислений при вступлении во владение имуществом и т.д.
Олигархия всегда стремится удешевить рабочую силу и минимизировать затраты на развитие нации и воспитание полноценной личности. Поэтому она всегда будет душителем свободы, превращая человека в «рабочую силу». Националисты, наоборот, хотят раскрепостить человека, избавить от власти денег и сделать его гармонично развивающейся личностью – органичной частью единого национального организма. Если интересы нации возобладают, налоговая система должна быть кардинальным образом упрощена, налоговый пресс резко ослаблен, а огромные массы чиновников уволены из фискальных органов и направлены в производящие сектора экономики.
Если националисты намерены видеть каждого гражданина свободной и творчески развивающейся личностью, то и субъектом налогообложения должен быть только индивидуум, а не юридическое лицо, за которым необходимо сохранить только функцию агента по расчету налоговой базы. Если ежемесячно наемные работники уплачивают налог от реализованных товаров (оборотный) и своего заработка, а владелец предприятия еще и от своего дохода, то каждому будет ясна и воспроизведена в платежных ведомостях реальная картина налогового бремени.
Эта прозрачность выгодна гражданину (и работнику, и предпринимателю) и невыгодна бюрократии. Человек, осознавший себя полноценным субъектом экономической деятельности и оценивающий вклад, который он вносит в национально-государственное строительство через уплату налогов, становится естественным противником распространения бюрократии и глобализма.
