Второе. Позволю себе выразить удивление твоей позицией относительно восстановления порядка и законности в Осере. Полагаю, что скорейшее прекращение всяческого социалистического мятежа и разгром отрядов инсургентов является нашей общей главной задачей в сложившихся обстоятельствах. Мои войска оказывали и будут оказывать поддержку любым усилиям, направленным на это.
Третье. Еще раз хотел бы выразить свою убежденность в том, что только генерал Петен может восстановить законность и спокойствие во Франции, а потому нет смысла искать другую, так сказать, более компромиссную фигуру. Мнение же болтунов в Руане меня волнует в данной ситуации меньше всего, поскольку никакой реальной силы они собой не представляют и держатся исключительно на британских штыках, а значит, могут быть выведены за скобки переговорного процесса.
Четвертое. Понимаю твои сомнения относительно устойчивости итальянского участка фронта, но позволю себе отметить, что в нынешнем своем положении Австро-Венгрия решительно не способна начать наступление даже против ослабленного итальянского фронта, тем более что Италии вовсе нет необходимости снимать с линии фронта дополнительные силы, поскольку восстановление порядка во Франции – это скорее полицейская операция, и с ней вполне справятся части тыловых гарнизонов и военной полиции. Кроме того, Италия единственная держава, которая может предоставить достаточно сил в этом регионе, поскольку британские войска сосредоточены на севере, а русская армия представлена лишь ограниченным контингентом.
В таких условиях мы можем вполне справедливо утверждать, что помощь Италии в деле скорейшего восстановления порядка во Франции будет чрезвычайно важна, а значит, должна быть соответствующим образом оценена.
Прими и проч.
Твой кузен Майкл
Марфино, 29 мая 1917 года
ИТАЛИЯ. РИМ. КВИРИНАЛЬСКИЙ ДВОРЕЦ.
19 мая (1 июня) 1917 года
И грянул бал. И вновь ахнула высокородная публика, когда на свой первый танец принцесса Иоланда вышла в идеально подогнанной по ее точеной фигурке форме полковника Русской Императорской армии, шефа 6-го Особого пехотного полка принцессы Иоланды Савойской.
Нужно ли говорить, что чести первого танца был удостоен князь Волконский, личный представитель государя императора Всероссийского Михаила Александровича?
Глава VII
За кулисами Европы
ИТАЛИЯ. РИМ. КВИРИНАЛЬСКИЙ ДВОРЕЦ.
20 мая (2 июня) 1917 года
Иоланда механически перебирала подарки. Что ж, любая сказка имеет свойство заканчиваться. И словно в сказке, с двенадцатым ударом часов сменился листок на календаре и ушел в прошлое тот волшебный день, в котором она была так невозможно, так безрассудно счастлива. Но увы, часы на башне отбили полночь, и все закончилось.
Нет, в отличие от сказочных девушек, она не перестала быть принцессой, не превратилась в какую-нибудь сиротку-служанку, но…
Но в реальности нет места сказкам.
Сегодняшний разговор с матерью не сулил ничего хорошего с самого начала. «Ваше высочество, извольте мне пояснить…» – вряд ли можно считать прологом разговора по душам между матерью и любимой дочерью. Обычно ее величество начинала титуловать своих детей в минуты, когда собиралась сделать им очередное внушение за какие-то глупости и проказы. Вот и сейчас королева изволила быть недовольной безрассудным поведением своей дочери на приеме и на балу.
По мнению королевы, принцесса вела себя крайне легкомысленно. Разве может она позволить вот так вести себя, да еще и в такой день, когда все взоры обращены на нее? Ни в коем случае! Выдержка, ответственность и безупречные манеры – вот что должно быть ее визитной карточкой. Ясность ума, внимание к мелочам и готовность в любой ситуации сделать правильный ход в дворцовой игре должны сопутствовать любой ее фразе или поступку. Если она собирается добиться своих целей, то нельзя позволять окружающим делать верные выводы из ее поведения, слов, жестов. Наоборот! Все это призвано вводить в заблуждение даже самых искушенных интриганов, заставляя их делать неверные выводы и принимать ошибочные решения. Она же была на приеме и на балу словно открытая книга даже для самой последней горничной или лакея во дворце!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Королева все это облекла буквально в несколько холодных фраз и сопроводила их парой ледяных взглядов. Все остальное Иоланда поняла, что называется, между строк. Да, дворцовая жизнь учит принцесс взрослеть куда быстрее, чем…
А впрочем, будь она какой-нибудь юной графиней, разве было бы ей легче? Отнюдь! Ей сейчас хотя бы не приходится изощренно сражаться с сотнями таких же юных особ за право быть допущенной ко двору, за право оказаться ближе к королеве или хотя бы к одной из принцесс. Да, для многих молодых дворянских дочерей роль фрейлины принцессы является пределом мечтаний, так что ей тут точно грех жаловаться на судьбу. А уж про жизнь юных девиц где-нибудь в трущобах Сицилии и говорить не приходится. Уж что-что, а о куске хлеба на ужин ей думать как-то не доводилось.
Иоланда покосилась на блюдо с пирожными и вздохнула. Есть не хотелось совершенно. Настроение было испорчено. Стоило ей лишь немного побыть в мечте, как ее тут же одернули, напомнив, что она не в сказке живет. Раз уж родилась принцессой, так будь ей. И не веди себя как маленькая, полная романтических мечтаний дурочка.
Самым обидным в этой ситуации было то, что мать права. Возможно, кому-то несведущему кажется, что жизнь старшей дочери короля полна удовольствий и праздников, но уж она-то точно знает, что дворцовая жизнь совершенно не напоминает сказочное представление. Тем более что возраст уже не позволяет делать вид, что у нее есть право на беззаботные детские игры. Впрочем, на игры у нее теперь не право, а долг. На суровые дворцовые игры, полные интриг, коварства и предательства.
Да она и сама получила возможность убедиться в этом совсем недавно. Принцесса невольно поежилась, вспоминая тот грандиозный скандал, который разразился с письмом и фотографией русскому императору. То, что было просто шалостью, обыкновенным дурачеством, вдруг обернулось настоящей катастрофой, повлекшей за собой множество последствий, в том числе и на межгосударственном уровне. А ведь она и посылать ничего не собиралась! Но кого сейчас в этом убедишь? Да и зачем, если все в итоге складывается вполне удачно?
И благодарить в том она должна русского царя Михаила, который приложил много усилий для того, чтобы не только вывести ее из-под удара общественного мнения, но и укрепить ее позиции.
Иоланда покосилась на привезенный из России ларец. Да, жизнь иной раз полна сюрпризов. Разве думала она в тот вечер, находясь под впечатлением от того письма из далекой Москвы и сочиняя свое шуточное «ответное» послание, что все так обернется? Ведь писала она тогда сугубо для себя и собиралась просто вложить эту записку в свой личный дневник! И что она там нацарапала на обратной стороне своей фотографии? «Цезарю нашей эпохи»? Да уж, вскружило голову сообщение, что русский император о ней расспрашивал! А еще и намеки от тетки ее матери о том, что партия вполне имеет шансы. Да и отец вроде заинтересовался. Как она тогда бежала к себе! Словно на крыльях летела! Сидела-сидела, мечтала-мечтала о возможном счастливом будущем, и сделала ужасную глупость с этим письмом, написав и оставив его на столе.
Принцесса вздохнула и задумчиво погладила пальцами крышку ларца. Вот, в сущности, тоже ведь глупость с ее стороны! Вместо того чтобы отправить драгоценности в хранилище, она снова держит их на столе. Мало было предательства одной фрейлины, похитившей письмо и фотографию? А ведь тут соблазн неимоверно больший, учитывая стоимость этих сапфиров на диадеме!
Фыркнув своим мыслям, Иоланда аккуратным движением открыла ларец, и тут же вся комната озарилась отблесками драгоценных камней, на гранях которых преломлялся свет ламп. Легкими прикосновениями она ощутила пальцами остроту граней. Да, такова цена. Если собираешься занять свое место в этом мире, пора становиться взрослой. И мать тут совершенно права.
