Авторское послесловие
Иногда я думаю, что написал о книгах цикла «Темная Башня» больше чем о самой Темной Башне. Эти писания включают в себя растущий раз от разу синопсис (или «Краткое содержание») в начале пяти первых томов и послесловия (по большей части совершенно не нужные и, если смотреть на них по прошествии времени, раздражающие) в конце каждого. Майкл Уэлан, великолепный художник, который иллюстрировал как первый том, так и этот, последний, показал себя и первоклассным литературным критиком, когда после прочтения гранок «Темной Башни VII» высказался в том смысле, и с такой непривычной для слуха прямотой, что довольно-таки легкомысленное послесловие, которым я снабдил эту книгу, вносит диссонанс и неуместно. Я прочитал послесловие еще раз и понял, что он прав.
Первую половину этого написанного с добрыми намерениями, но действительно не вяжущегося с предыдущим текстом эссе можно найти в виде вступления в любом из четырех первых томов; она называется «О сути девятнадцати». Я уже подумал о том, чтобы оставить седьмой том безо всякого послесловия: пусть открытие Роланда на вершине Башни станет моим последним словом в этой истории. Но потом понял, что целесообразно затронуть еще один момент, более того, необходимо затронуть. Я говорю о моем присутствии в моей же книге.
У этого литературного приема есть умный научный термин «метареализм». Я его ненавижу. Я ненавижу его претенциозность. Я в этой истории только по одной причине: с какого-то времени я знал (сознательно — после написания «Бессонницы» в 1995 г., подсознательно — временно потеряв след отца Доналда Каллагэна ближе к концовке «Жребия»), что многие из моих произведений так или иначе соотносятся с миром Роланда и его историей. Поскольку написал их именно я, предположение о том, что я — часть ка Роланда, показалось мне логичным. Моя идея состояла в том, чтобы использовать цикл историй о Темной Башне как некое подведение итогов, объединение максимального количества из написанных ранее произведений под крылом одной uber[243] — истории. Опять же речь тут идет не о претенциозности (и надеюсь, цикл этот таковым не кажется), а только о способе показать, как жизнь влияет на искусство (и наоборот). Думаю, если вы прочитали последние три тома, то поймете, что в этом контексте они подводят основу под мои разговоры об уходе на отдых. В каком-то смысле мне теперь нечего сказать. После того, как Роланд достиг своей цели… и я надеюсь, читатель увидит, что, найдя Рог Эльда, стрелок, возможно, найдет путь к разрешению своих проблем. Может, даже к искуплению грехов. Все ведь подчинялось одной цели — дойти до Башни, вы понимаете (моей, точно так же, как и Роланда), и она наконец достигнута. Вам, возможно, не понравится то, что нашел Роланд на вершине, но это уже совершенно другой вопрос. И не пишите мне на сей предмет сердитые письма, потому что не стану я на них отвечать. Сказать мне об этом больше нечего. Меня самого такая концовка не сильно радует, если вы хотите знать правду, но это правильная концовка. Собственно, единственная концовка. Вы должны помнить: я все это не выдумываю; всего лишь записываю то, что вижу.
Читатели будут рассуждать о том, насколько «реален» Стивен Кинг, появившийся на этих страницах. Ответ: не так чтобы очень, хотя тот Стивен Кинг, которого встретили Роланд и Эдди в Бриджтоне («Песнь Сюзанны»), очень похож на Стивена Кинга, каким он, помнится, был в то время. Что же касается Стивена Кинга, который появляется в этом завершающем томе… давайте скажем так: моя жена попросила меня не давать фэнам этого цикла очень уж точной информации о том, где мы живем и какие мы на самом деле. Я с этим согласился. Не потому, что хотел (я думаю, один из приводных ремней — прорыв выдуманного мира в мир реальный). Дело в том, что мое писательство — часть не только моей жизни, но и ее, и она не должна нести какие-либо неудобства из-за того, что любит меня и живет со мной. Поэтому я сильно подправил географию западного Мэна, доверяя читателям в том, что они поймут, почему я это сделал. Так что если у вас возникнет желание заглянуть к нам и поздороваться, пожалуйста, еще раз подумайте, прежде чем выезжать из дома. У меня и моих близких гораздо меньше возможностей на уединение, чем нам бы хотелось, и у меня нет желания еще больше сужать эти рамки, уж не обессудьте. Я знакомлюсь с вами через мои книги. Позвольте им стать и вашим средством знакомства со мной. Этого достаточно. А от лица Роланда и его ка-тета (теперь распавшегося, увы) я благодарю вас за то, что пришли и разделили со мной их приключения. Ни на один проект в моей жизни я не положил столько сил, и я знаю (никто не знает этого лучше меня), что полностью успешным назвать его нельзя. Да и разве может быть таковым хоть одно произведение, созданное воображением? Тем не менее я не отдам назад ни одной минуты из того времени, что прожил в где и когда Роланда. Эти дни в Срединном и Крайнем мирах были удивительные. В эти дни мое воображение работало так четко, что я мог унюхать запах пыли и услышать треск кожи.
Стивен Кинг 21 августа 2003 г.Примечания
1
Перевод Наны Эристави.
2
«Бэд компани» — песня одноименной английской рок-группы, созданной в 1973 г.
3
Резнор Трент (р.1965) — американский поэт, композитор, певец.
4
Skoldpadda — черепаха (шв.).
5
«Лунный свет тебе к лицу» и «Я оставил сердце в Сан-Франциско» — популярные песни начала 1960-х годов, соответственно Уилли Нельсона (р. 1933) и Тони Беннетта (р. 1926).
6
Птичка Твити — кенарь Твити, герой мультфильмов, придуманный Бобом Клампеттом и появившийся на экране в 1942 г. Вместе с котом Сильвестром составил одну из самых знаменитых пар мультипликационного мира. В 1947 г. мультфильм «Пирог Твити» получил премию «Оскар».
7
«Лоси» — члены благотворительного покровительствующего ордена Лосей.
8
Gesundheit — Будьте здоровы! (нем.)
9
Эта история рассказана в романе С. Кинга «Жребий».
10
Magna Carta — Великая хартия вольностей в Англии, принятая в 1215 г.
11
Перевод Ксении Егоровой.
12
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
