Анна не думала об этом. Для нее их секс был чем-то необыкновенным. Она ни разу не задумывалась о том, каким он будет. И этот секс оказался лучшим в жизни. В нем не осталось места для столь прозаичных вопросов. Может, это тоже показатель? Всю жизнь она маниакально боялась забеременеть. А с Егором ни разу не вспомнила об этом.
– И вы три дня провели в постели, – подытожила Вика.
– Нет. Я сбежала.
Поведала о своем побеге и о легендарной белке.
– Почему сбежала?
– Страхи. Включился страх быть отверженной, страх повторения предыдущего опыта и несоответствия.
Громкий вздох.
– Но какой он молодец, что поехал за тобой, – восхитилась Вика.
– Да. В этом его отличие от других. Егор не говорит – он делает. Знаешь, что я поняла?
Подруга молчала.
– Поняла, что страхи, заложенные травмами, не исчезнут полностью никогда и при стечении определенных обстоятельств способны повторно активироваться. Нужно отслеживать свое состояние, то, что движет тобой в момент принятия решения, – Анна сделала паузу, подбирая слова. – Знаешь, наша жизнь – как комната с колоннами, по которой нужно пройти от двери до светящегося окна. А этот путь и есть наш выбор. Комната – это психика. Колонны – страхи. Когда мы о них не знаем, бьемся лбом до крови и идем не туда. А когда мы эти страхи выявили, обнаружили, колонны становятся видимыми. Мы способны их обойти и дойти до окна.
Анна рассказала, как Егор выдержал ее истерику, и о коньках. На другом конце линии слышались всхлипы.
– Ты плачешь?
– Да. Я реву! – прозвучал взволнованный голос подруги. – Ань, ты понимаешь, что это судьба? Ты вообще понимаешь, что происходит?
– Ой, Вика, я столько всего поняла в ту ночь. – Она поделилась своим откровением. – Я использовала все оправдания, которые останавливали мужчин.
– А Егора – нет, – продолжила подруга. – Он лев, который знает, кто он и что делает. Самодостаточность, как ты любишь говорить.
– Вика, неужели он такой красивый и такой нормальный? Такое бывает?
– Но ты тоже красивая. И при этом нормальная, – всхлипнула собеседница.
Анна продолжила повествование. Когда она сделала паузу, подруга поинтересовалась:
– Ты очень спокойная. Нет истерических криков: «Принц!». Как думаешь почему?
– Не знаю.
– Может, потому что ты этого достойна?
– Может.
Анна рассказала о поездке в магазин и о том, как Егор не дал заплатить по счетам. И как помог разобрать покупки. О коробочке с вопросами и о том, как не хотел улетать. В телефоне опять послышались всхлипы. У Анны тоже выступили слезы.
– И что дальше? – спросила Вика.
– Дальше – жизнь, которая расставит все по своим местам.
– Не боишься?
– Нет. Я всегда буду благодарна судьбе за него и за время, проведенное вместе. Теперь нужно дописывать трилогию. Это самое важное.
* * *
Анна вышла из ванной в пижаме. Часы показывали почти двенадцать. Окинула взором свою шикарную спальню. Она всегда мечтала о такой, и здесь, в Нью-Йорке, мечта осуществилась.
Большая светлая комната, в центре которой красовалась высокая кровать с мягким бежевым изголовьем. Они купили в магазине комод с зеркальными фасадами – такая мебель всегда казалась Анне верхом современной классики. Она расположила его напротив кровати. Тяжелые бархатные шторы бежевого цвета придали комнате уюта, а кресло, обитое точно такой же тканью, идеально вписалось в угол между комодом и окном. Там же оказалась и напольная лампа с хрустальным абажуром, излучающая теплый свет. Ковры лаконично поддержали бежевый бархат дивана. Как же здесь красиво! Спальня достойна обложки журнала. И именно такая, какую она всегда хотела. Принесла цветы в вазе и поставила на зеркальный комод. Первые цветы от Егора. Анна сфотографировала свою новую спальню.
Даже усталость не могла помешать ее безмерному счастью. Направилась в гостиную и включила свет. Егор сказал бы, что ее берлога превратилась в шикарную и при этом уютную квартиру. Провела рукой по бархату бежевого дивана – еще одна интерьерная мечта, которую она осуществила.
Мечты даются нам для того, чтобы превращать их в реальность. В этой комнате ей захотелось сделать акцент на глубоком синем и молодом зеленом цвете. В этой цветовой гамме были подушки, ковры, шторы и посуда на кухне. Эти тона наполнили помещение стилем. Анна сделала снимок. Очень захотелось поделиться с Егором результатом их совместной работы. Через минуту раздался телефонный звонок.
– Привет. Думал, ты давно спишь, поэтому не звонил.
Анна ощутила тепло в его голосе.
– Не-а, я превращала берлогу в дом. Получилось?
– Очень красиво. Как ты сумела так быстро?
– Такой характер: все, что касается комфорта, нужно сделать немедленно. Но и отсутствие пятидесяти коробок с одеждой ускорило процесс, – она рассмеялась. – Услышала тебя и поняла, что скучаю.
– Я тоже это понял, – нежным тоном произнес он.
– Как перелет?
– Обычный. Уснул – самолет еще не успел взлететь. Только зашел в дом.
– Какая разница во времени с Нью-Йорком? Часа два?
– Три. У нас почти девять. Готова к завтрашней презентации?
– Да. Их было уже немало. Не думаю, что нью-йоркские читатели чем-то меня удивят. Или есть чего опасаться?
– Нет. Там будет Алиса и Дэн. Они сумеют за тебя постоять, – пошутил он.
Анна улыбнулась. Опять это спокойствие.
– Хотел спросить у тебя кое-что…
– Спрашивай.
– Поехали куда-нибудь отдохнем. Недели на две. Что думаешь?
– С удовольствием, но через неделю у меня презентация «Жить жизнь» в Москве.
– Перенесем. Книга поступит в продажу, а презентацию сделаем позже. Просто я подумал, что если лететь, то сейчас. Потом начнется редактирование книг, перелеты, твой проект закрутится, и мои перейдут в активную стадию. Сейчас лучшее время. Да и нам нужно побыть вместе.
– Как сказать об этом Алисе? – В его предложении Анну обеспокоило только это.
– Об этом не волнуйся. Я с ней поговорю, – успокоил Егор. – Так куда? Может, острова? Желательно необитаемые.
Анна рассмеялась:
– Вы рискуете, мистер Гор: такие путешествия раскрывают суть отношений.
– Именно этого я и хочу, – поддержал он ее мысль.
– Теперь бояться начала я, – пошутила Анна.
– Маврикий? Фиджи? Сейшелы? Бали?
Анна молчала. Он продолжил:
– Мальдивы?
– Долгий перелет из Нью-Йорка.
– Нам нужно уединенное место. А сколько лететь – неважно. Ты прилетишь ко мне. А в Москву отправишься отсюда прямым рейсом. Так все-таки куда?
– Мальдивские острова – мое любимое место на земле. Туда я готова возвращаться снова и снова.
– А еще куда?
– Венеция, Нью-Йорк, Лос-Анджелес.
– Обычно девочки мечтают о Париже.
– Я не люблю Париж и никогда не любила.
– Почему?
– Не знаю. С первой секунды такое отношение. Наверное, как-то связано с прошлыми жизнями, – отшутилась Анна.
– А где ты мечтаешь побывать?
– Сингапур. Говорят, фантастическое место. И Япония. И Новая Зеландия. И Австралия. Я там не была.
– Сингапур действительно необычное место. Тогда договорились: летим на Мальдивы в пятницу. Займусь этим завтра.
– Хорошо, – окончательно согласилась она.
– Но ты прилетишь ко мне во вторник, – безапелляционно заявил Егор.
– Как во вторник? У меня нет летней одежды. Мне нужно заняться шопингом.
– Займешься в Лос-Анджелесе: магазины везде одни и те же.
Она молчала.
– Аня, мне тебя не хватает, – признался он.
– А как же эта история? «Мы, альфа-самцы, никогда не показываем женщине свои чувства», – Анна улыбнулась.
– Эти правила для неуверенных в себе, – на выдохе ответил он. – Есть два вида мышления: стратегия и тактика. Так вот, с точки зрения короткой дистанции – тактики – такое поведение уместно, потому что ты не планируешь долгого пути. А с точки зрения стратегии, когда заглядываешь на десять лет вперед, это такая ерунда, – он вздохнул. – Прилетай.
