первую очередь тем, что было значительно ниже и стройнее. Когда последний каменный кусок соединился в новом образе, статуя, словно бы ожив, открыла каменные глаза.
Перед собравшимися предстала девушка в черном одеянии ниндзя. Лицо ее ниже глаз было закрыто вуалью. Несмотря на то что девушка была собрана из обломков камня, выглядела совсем как живая, и даже вуаль на ее лице колыхалась, точно соткана из пряжи.
Ее каменные зрачки прошлись по всем присутствующим и остановились на ближайшем к ней человеке, Леди Меченой.
-Как посмели вы, ничтожные люди, уничтожить великий алтарь моего отца?!- разъяренным голосом прокричала демонесса.- Вы забыли свое место? Вам дорого обойдется ваше неуважение!
-Не болтай попусту, Хеллбрайд,- нисколько не испугавшись визита непрошеной гостьи, проговорила Мацумото.- Отныне тебе здесь не рады.
Будучи одной из сильнейших убийц клана и подчиненной лорда Хироши, у Маки был доступ к тайной библиотеке организации. Там она вычитала много полезной информации, в том числе и о девушке, говорящей с ней через каменную статую.
Это была Хеллбрайд, демоническая дочь Зверя, проживающая, как и ее отец, в глубинах Ада. Маки и подумать не могла, что в самый последний миг, когда она наконец избавилась от проклятого идола, с ней заговорит его дочь.
-Кто ты такая и как ты смеешь так со мной разговаривать?!- зло воскликнула Хеллбрайд.
-Я темная жрица «Тени»,- спокойно ответила Маки.- Клан больше не приветствует Зверя. У нас теперь новый властитель, которому мы поклялись в верности.
-Ха-ха-ха, неужели вы думаете, что это вы решаете, кому вам поклоняться?! Вы все принадлежите Зверю. И за своеволие понесете заслуженное наказание.
-Мы просто выбрали более могущественного покровителя,- усмехнулась Мацумото, не уступая своей оппонентке.- Твой отец просто стал ненужным. Нет, не так. Он потерял свое место из-за своей никчемности.
-Закрой свой грязный рот, поганая смертная!
Ожившая статуя выплеснула сильную демоническую энергию, и пещера наполнилась угнетающей тяжестью. Многим стало трудно дышать. Однако та, которая находилась к Хеллбрайд ближе всех, не выказала никакого дискомфорта, словно на нее подул лишь легкий ветерок, а не обрушилась ужасающая аура создания Ада.
-Слушайте мой приказ,- воскликнула Хеллбрайд.- Вы должны немедленно принести эту изменщицу в жертву демону Зверю. Только если покажете мне свою лояльность, сможете остаться в живых.
Глава 301. «Демон Джек».
Демонесса хотела убить Маки чужими руками, но никто из присутствующих не откликнулся на ее зов. Имя ее отца больше не вызывало должного трепета. Члены клана были не намерены исполнять ее приказ. Хеллбрайд рассвирепела бы проявлению такой наглости, если бы не была столь удивлена.
Она никак не могла понять, почему эти жалкие смертные осмелились восстать против могущественного покровителя. Им же должно было быть известно, что без поддержки Зверя они не смогут продолжить свое существование. У «Руки» было много врагов, которых сдерживало от уничтожения лишь закулисный владелец клана, против которого мало кто осмеливался выступить открыто.
Но теперь эти жалкие смертные не только не нуждались в великом демоне, но и гнева его не боялись, и, кажется, даже презирали. Демонесса уловила в глазах нескольких людей следы неприкрытого злорадства.
Мацумото довольно оскалила клыки.
-Не утруждай себя напрасными речами,- фыркнула она, и глаза ее вновь вспыхнули красным.- «Руки», которая когда-то поклонялась твоему отцу, больше нет. Теперь мы «Тень» и подчиняемся только Джеку из Тени.
-Кто это?- с яростью спросила демонесса.- И как он посмел взять себе то, что принадлежит моему отцу?
Гнев ожившей статуи нарастал, но она не спешила нападать. И многие предположили, что, скорее всего, Хеллбрайд просто не может этого сделать.
-Он вампир?- острый глаз демонессы подметил на лице Меченой отличительные черты порождений ночи.- Жалкий кровосос решил протянуть свои клыки на властителя Ада?
Последние слова демонессы были явным преувеличением, но она и не думала себя поправлять. Дочь Зверя снова оглядела пещеру и поймала взглядом еще четверых вурдалаков. Она почувствовала, что от всех этих вампиров исходит хоть и вампирская, но все же несколько иная, отличительная аура. Однако заострять на этом внимание не стала.
Для нее вампиры были низшей кастой, потому она не воспринимала их всерьез и искренне не могла понять, как обычный предводитель ночных кровопийц осмелился объявить войну высшему демону Ада.
Леди Меченая не спешила отвечать на вопросы Хеллбрайд, и не потому, что не хотела, а потому, что просто не знала, как именно следует отвечать.
Маки, несмотря на то что упорно отмахивалась от написанного Алексом для сегодняшнего мероприятия сценария, все-таки прочитала его. Просто не призналась в этом Риту, объясняя это себе тем, что следовать какому-то сценарию несерьезно. Однако ответственность взяла вверх, и девушка ознакомилась с содержимым, чтоб знать чего именно от нее ждет Алекс.
И до разрушения скульптуры Зверя все шло как по сценарию. Появление Хеллбрайд заявлено, разумеется, не было. Поэтому Мацумото ничего не оставалось, кроме как на самом деле импровизировать.
Она не боялась демонессу. Заявись сюда сам Зверь, и то бы бровью не повела. Просто Маки очень не хотелось напортачить, сказав что-то, что Рит бы не одобрил и что не соответствовало бы общему замыслу. Не выйти за рамки обыгрываемой роли было для Маки тяжким испытанием, хоть она и была готова справиться с этим.
И когда Мацумото наконец решилась дать демонессе исчерпывающий ответ, створки двери — откуда несколько минут назад Маки сама вошла в тронный зал — резко распахнулись, и в подземелье, клубясь и извиваясь, ворвалась зыбкая мгла. В открывшемся проеме, в дымке серого тумана, стояло существо в красном бурнусе.
Он окинул взором кроваво-красных глаз толпу перед собой и переступил порог. Шаг его был тяжелый, а вид — грозный. И смотрел он так, словно готов был одним только взглядом испепелить посмевшего его так некстати разозлить.
Повинную в своем гневе он определил сразу и смерил Хеллбрайд пронзительным, яростным взглядом.
Толпа оцепенела. Доселе невиданное охватило сердца воинов. То был страх, но страх, порожденный благоговением, каким-то истинно-священным трепетом. Для людей привыкших испытывать перед Зверем ужас только вкупе с невольным отвращением, это новое, незнакомое чувство было равносильно мистическому откровению.
Демон в красном еще ничего не сказал и ровным счетом ничего не сделал, но воины по его идеальной выправке и по выверенным движениям сразу определили, что перед ними существо, знающее толк в сражениях, что это не демон, набивающий свое
