Ну, на всякий случай к себе прислушался. Хм, странно, раньше данный мне свыше дар немного по-другому работал. Где что произойдет, сразу меня трясти начинает, и направление чувствую, и расстояние. Специально напрягаться не приходилось... Сейчас же... Вот вроде все как обычно, нигде не свербит, шума в ушах нету, а стоило сосредоточиться - чуть не ослеп, по глазам будто вспышкой какой резануло. Перед скалой такие силы в узел закручивались... Я такого не то что не видел, ни слышать, ни читать не доводилось ранее.
И хоть слепила меня собранная здесь сила, но я смог почуять подбирающихся кровососов. Вот буквально в последний момент смог. Вот я пень старый, ну опасность же кругом, вот что мне мешало раньше к себе прислушаться, привык, что раньше все само получалось, а что теперь не так просто - вспоминаю от случая к случаю. Только рот открыл, наших предупредить, как вокруг охрана забегала. Закричала чего-то, засуетилась. Люди начали повозки полукругом перед скалой выставлять. Тифлинги же по сторонам порскнули, только хвосты пыль взбили...
Я, хоть и учил язык довольно старательно, но понимал что происходит еле-еле. Только "тсареш" и "много" и смог разобрать в криках. Боевики же видимо отлично во всем разобрались. Пока я крутил головой, пытаясь сориентироваться, они споро попадали на землю у колес как раз подогнанных повозок. Дракон что-то приказывал, я только обращенные ко мне слова и разобрал, мол "сиди за моей спиной и не лезь никуда". Покаюсь, совсем забыл рацию включить, так что в происходящем разобраться мне оказалось сложновато. Все вокруг бегали, кричали, в лесу что-то взрывалось и валились деревья, гарью потянуло откуда-то. Иногда начинал страх панический накатывать, я с трудом молитвой, но спасался. Вот только как-то странно он накатывал, то страшно, то нет, причем резко, без перехода. Ну... как будто кто-то фонарем посветил - страшно, выключил фонарь или в другую сторону повернул - уже нет.
И тут события понеслись вскачь. Дракон, сидевший прямо передо мной, внезапно дернулся, взмахнул автоматом, и на землю рухнуло тело, видимо сбитое им в прыжке. Во как, а я его и не видел даже, а майор не только заметил, но еще и среагировать успел. Сбитый завозился и начал подниматься, поворачиваясь к нам. И я увидел его лицо... Ну, нехай лицо будет, хотя, даже не знаю, как это можно назвать. Удар майора видимо сломал вампиру, а что это был вампир я ни секунды теперь уже не сомневался, челюсть и теперь последний пытался спешно восстановиться. Пользоваться клыками его возможности временно лишили, впрочем это не делало данное существо менее опасным.
И я, моментально забыв все наставления, шагнул вперед, протягивая руку и бормоча про себя слова прощения и сожаления. В конце то концов, в этом и есть моя служба и мой урок в этой жизни. Кровосос же сперва нацелился было прыгнуть на майора, благо он был ближе к нему и только прикладывался еще к автомату. Но, увидев меня, упырь моментально переменил решение и ухватился за мою руку, поднятую для благословения. Ну и получил...
Правда пошло все не совсем так, как я привык. Обычно вампиры просто упокаивались, оседая горстью праха и не проявляя никаких признаков страдания. Даже если мое прощение и причиняло им мучения, то, по крайней мере, это было быстро. Теперь же... Здешний вампир, тсареш, начал таять и стекать, будто кислотой плеснули. От серебра у них похожая реакция шла, только гораздо быстрее. И было видно, что данная смерть по-настоящему мучительна.
Я в шоке отшатнулся в сторону. Нет, я не хотел его мучить, просто простить...
- Господь всеблагой, спаси и защити меня, я не знал... - бормотал я, отползая обратно за спину майора. Ни одна молитва не приходила мне в голову, но слова складывались сами собой. - Прости меня, Господи, я не хотел причинять боль, это не должно было быть так мучительно...
- Ты о чем, шестой? - спросил Дракон, всаживая в уже умирающего вампира короткую очередь из автомата. Ну хоть так, прекратил его мучения... Грешно конечно, но все равно, к лучшему.
- Дома они просто погружались в свет, в благодать, и распадались прахом. Господь либо изгонял их из мира окончательно, либо останавливал, но тут, - попытался объяснить я, преодолевая непонятно откуда взявшуюся сухость в горле. - Так не должно быть, какие бы злодеяния они не совершили, как бы они не нарушали Его заповедей, но таких мук они точно не заслуживают.
Майор только покачал головой и опять начал вглядываться в лес из-за колеса повозки. Мне же из-за его спины было особо ничего и не видно, да я и не рвался смотреть, все еще переживая из-за мучений тсареш.
Внезапно стало тихо, точнее, стихли взрывы и стрельба, допрежь звучавшие беспрерывно.
- Antiqua dominus, voca vobis. Complete brevis semita et auxilio suis, servos, vetera. Древний повелитель, призываем тебя. Пройди кратким путем и помоги своим рабам, Старейший. (лат.) - прорезал тишину громкий мужской голос. Латынь, без сомнения, только фразы строятся несколько иначе, нежели меня учили. И кого они призывают, интересно.
И тут же грохнуло несколько взрывов, один за другим. А потом зашипело, как будто в раскаленную топку ледяной водой плеснули. И на меня свалился поскуливающий от ужаса маг. Приложился мне по спине, скатился на землю и, ослепший от страха, на четвереньках побежал куда-то в сторону, не разбирая дороги. Страх, да... Мне тоже стало жутко, очень жутко. Вот только чувство было знакомо, совсем недавно приходилось сталкиваться. Да, недавно, в пещерах, в Африке...
О, Боже, за что... Древний. И похоже, не тот, который был в Африке, ослабленный долгим сном и отсутствием крови, а здешний, в полной силе. Стрельба возобновилась, но ужас не отпускал, давил по-прежнему, так давил, что казался осязаемым.
Ну, если это мое испытание, то я должен пройти его, даже если это будет последняя моя служба. Я встал и пошел вперед, четко выговаривая слова чина отчитывания из требника, составленного Петром Могилой. В православной церкви экзорцизм особо не прижился, у нас всегда считали, что человек должен сам победить сидящего в нем беса, постом, молитвой или покаянием, но один чин все-таки был составлен.
Слова шли через силу, что-то давило на меня, казалось, что воздух сгущается и не дает звукам покидать мой рот. Но я не обращал на это внимания, продолжая проговаривать слова старой молитвы. Просто стоял и читал, надеясь, что не забыл текст, все-таки учил я его довольно давно и, ни разу в моей практике, мне не приходилось им пользоваться. И совсем не смотрел по сторонам.
И тут раздался вопль вой. И что-то ударило меня в бок, очень сильно ударило. Колени внезапно подогнулись и я, запнувшись посреди молитвы, упал на землю, рефлекторно зажимая рукой саднящий бок. Что-то острое кольнуло мне локоть, а рукав камуфляжной куртки тут же стал мокрым. Кровь? Как? На мне же бронежилет... Но я отбросил в сторону мысли о себе и продолжил молитву. До конца чина оставалось совсем немного, когда нечто ударило снова, на этот раз в землю, рядом со мной. Но легче от этого не пришлось, воздушная волна, поднятая ударом, окончательно сшибла меня навзничь, а просто саднивший до этого бок теперь взорвался болью. В глазах у меня потемнело...
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
