тварями зовете, вообще много странностей, к примеру, есть свидетельства от долгожителей, что раньше развитых тварей вовсе не было, и источников таких данных несколько. Вон у них, — Тойл мотнул головой, указывая на Айю, которая совершенно не участвовала в разговоре, — имеется долгожитель, которого сюда закинуло в начале шестнадцатого века. — Не удержавшаяся Яся присвистнула, после чего, бросив взгляд на ящерку, спросила:
— Это что, выходит, кто-то четыре сотни лет прожил?
— Четыре? — удивился основной рассказчик, — с его слов, почти две тысячи, и он же сказал, что есть те, кто прожил в этом мире еще больше, мы таких ищем, вот только почему-то они крайне редко находятся.
— Да ладно, — выдала девушка, а после, призадумавшись над чем-то, замолчала, уйдя в себя, а Тойл продолжил:
— Со слов долгожителя, в те времена, когда он, — Тойл призадумался, — или она, ведь мы общались через такого же, как Айя, представителя, самого рассказчика не видели, так что пусть будет он.
— Это какого такого же, из их секты? — выйдя из задумчивости, тут же спросила девушка.
— Секты, нет, не секты, но да, через их представителя, он тоже умел ментально общаться с другими, как и Айя. — В этот момент Яся таким взглядом уставилась в ящерку, что даже я поёжился, но та не отреагировала. — Мы поначалу тоже удивились, но они нам быстро доказали возможность такого общения, это было давно, еще в самом начале нашего сотрудничества. Так вот, о тварях и развитии, отдел исследований из рассказа, так сказать, очевидца выяснил, что известно о нескольких волнах их развития. В тот период, когда сюда попал он, подавляющее большинство самых развитых тварей было представлено лотерейщиками, — от такого заявления Яся хмыкнула, что заметил Тойл. — Ну, это сейчас, когда у тебя оружие с магнитно-индукционным ускорителем, для тебя лотерейщик опасен лишь внезапным нападением, а в те времена, когда из огнестрельного имелись лишь дульно-зарядные представители оружия, лотерейщик был страшной угрозой. Ведь мало того, что у тебя один выстрел, второй тебе просто не дадут сделать, так еще нужно попасть так, чтобы либо убить, либо серьезно обездвижить. Из того оружия, что у них тогда было, это еще та задача, вот и считалось, что от лотерейщика одному не отбиться, если даров подходящих нет. Но при этом в тот период и самих тварей было значительно меньше, не было вот таких мест, — он повёл рукой, намекая на кусок мегаполиса с множеством высотных зданий, что прилетал в этот кластер. — Когда местные обитатели освоили огнестрельное оружие, начав применять его массово против тварей, они вначале получили преимущество, которое, по словам рассказчика, долго не продлилось. Где-то через десяток лет, помимо лотерейщиков, все чаще стали появляться кусачи, они и раньше были, но являлись редкостью и страшным бедствием. В то время, чтобы остановить такую тварь, приходилось жертвовать десятком людей, организовывать засаду с приманкой и использовать пушку. Обычным огнестрелом тут уже ничего не сделать, только шкуру попортить и всё. Этот период у нас принято считать за так называемую первую волну мутации, не факт, конечно, что он первая, но других данных нет. Кусачи продолжали появляться все чаще и вскоре стали бичом, вытеснив с этого пьедестала лотерейщиков, именно тогда, как рассказывал свидетель событий, были самые тяжёлые времена. Обжитые места вымирали, не выдерживая постоянного наплыва тварей, средств борьбы с которыми не было, именно тогда начали возводить вокруг стабов высокие стены, ворота и прочие фортификационные укрепления. Такое состояние длилось очень долго, до тех пор, пока не стало появляться оружие с классическим патроном, его у вас унитарным называют. Сначала его было мало, а боеприпасы редки, потом его становилось больше, и вследствие этого уже тот же лотерейщик перестал восприниматься как неотвратимая смерть при промахе, если у тебя нет развитого боевого дара.
— О дарах, — прервала его Ки, — ты все про оружие, а ведь еще есть дары, неужели при отсутствии жемчуга и гороха они не развивались?
— Развивались, но крайне медленно, а вот за то, что подметила момент, который я упустил, хвалю. Да, горох в те времена считался ценностью, точно так же, как сейчас жемчуг, поскольку добывать его можно было лишь с топтунов, охота на кусача была уже крайне рискованным предприятием. Ну, да не об этом, появившееся многозарядное огнестрельное оружие быстро изменило паритет сторон, и уже иммунные стали теснить тварей. Первые пулемёты стали непреодолимым препятствием даже для кусачей, об остальных вообще речи нет. Период, в ваших мирах называемый первой мировой войной, доставил в этот мир огромное количество оружия, но он же вызвал следующую волну развития тварей. В тот период началась тенденция к наращиванию брони. Если до этого они лишь наращивали толщину шкуры, которую у того же кусача ножом едва можно пробить, то появившиеся в тот период руберы, правда, тогда их называли рапанами, уже были покрыты костяной бронёй. Еще не полностью, частично прикрывая самые уязвимые места, но это уже позволяло выдерживать массированный огнестрельный натиск, если не применялся крупный калибр, да и не было его тогда, по сути. И вот тут-то началось то же самое, что и при появлении кусачей, иммунным было нечего противопоставить новым королям пищевой цепочки. Следующая волна развития тварей, как вы понимаете, случилась в период второй мировой войны, поскольку она принесла в этот мир новое оружие, которое было способно справиться с рапанами, и даже появившиеся элитники не стали таким уж бичом. Добравшись на верхушку эволюции, тварь получала полную защиту от легкого стрелкового оружия, и даже пулемёт с крупным калибром не представлял для неё ультимативного аргумента, разве что пушка танка или артиллерия. Основная проблема — это количество тех, кто смог достичь такого уровня развития, ведь кормовая база ограничена, и присутствует соперничество за обладание ей.
— Подожди, — прервала его Яся, — ты хочешь сказать, что когда-то нападение на стаб кусача было эквивалентно нападению элиты? Не верю, вот как Станиславский, не верю, — сделав странную жестикуляцию, повторила девушка, — от элиты никакой забор и бетонная стена не спасет, рано или поздно все развалит, только огонь из крупного калибра, да из гранатомётов может помочь завалить такую тварь, ну, или оружие, хотя бы такое, как это. — У неё в руке возник автомат серых, которым она потрясла в подтверждение своих слов.
— Да, но теперь представь, что к твоему стабу пришла не одна тварь, а два или три десятка, как думаешь, вы бы сейчас от такого отбились? — поинтересовался Тойл, отчего Яся призадумалась.
— Но элита не ходит толпами, — удивилась девушка.
— Ходит, — добавил уже я, — я тебе уже говорил,
