кончины А.С. Пушкина, без всякого сомнения, будут помещены в московских повременных изданиях статьи о нем. Желательно, чтобы при этом случае как с той, так и с другой стороны соблюдаема была надлежащая умеренность и тон приличия. Я прошу ваше сиятельство обратить внимание на это и приказать цензорам не дозволять печатания ни одной из вышеозначенных статей без вашего предварительного одобрения.
С.С. Уваров (мин. нар. просв.) – гр. С.Г. Строганову (попечителю Московского округа), 1 февр. 1837 г. – Щукинский Сборник, т. IV, с. 298.
Смирдин сказывал, что со дня кончины его продал он уже на 40 тыс. его сочинений. Толпа с утра до вечера у гроба.
А.И. Тургенев – Н.И. Тургеневу, 31 янв. 1837 г. – Пушкин и его совр-ки, вып. VI, с. 61.
Студенты желали в мундирах быть на отпевании; их не допустят, вероятно. Также и многие департаменты, напр. духовных дел иностранных исповеданий. Одна так называемая знать наша или высшая аристократия не отдала последней почести гению русскому; почти никто из высших чинов двора, из генерал-адъютантов и пр. не пришел ко гробу Пушкина… Жена в ужасном положении; но иногда плачет. С каким нежным попечением он о ней в последние два дня заботился, скрывая от нее свои страдания.
А.И. Тургенев – А.И. Нефедьевой, 1 февр. 1837 г. – Там же, с. 66.
Вынос тела почившего в церковь должен был состояться вчера днем, но чтобы избежать манифестации при выражении чувств, обнаружившихся уже в то время, как тело было выставлено в доме покойного, – чувств, которые подавить было бы невозможно, а поощрять их не хотели, – погребальная церемония была совершена в час пополуночи. По этой же причине участвующие были приглашены в церковь при Адмиралтействе, а отпевание происходило в Конюшенной церкви.
Бар. Л. Геккерен-старший – Бар. Верстолку, 14 февр. 1837 г. – П.Е. Щеголев. Дуэль, с. 299.
Вчера (30-го) народ так толпился, исключая аристократов, коих не было ни у гроба, ни во время страдания, что полиция не хотела, чтобы отпевали в Исакиевском соборе, а приказала вынести тело в полночь в Конюшенную церковь, что мы немногие и сделали, других не впускали. Публика ожесточена против Геккерена, и опасаются, что выбьют у него окна.
A.И. Тургенев – Н.И. Тургеневу, 31 янв. 1837 года. – Пушкин и его совр-ки, вып. VI, с. 62.
Назначенную для отпевания церковь переменили, тело перенесли в нее ночью, с какою-то тайною, всех поразившею, без факелов, почти без проводников; и в минуту выноса, на которую собралось не более десяти ближайших друзей Пушкина, жандармы наполнили ту горницу, где молились об умершем, нас оцепили, и мы, так сказать, под стражей проводили тело до церкви.
B.А. Жуковский – гр. А.Х. Бенкендорфу. – П.Е. Щеголев. Дуэль, с. 255.
В день, предшествовавший ночи, в которую назначен был вынос тела, в доме, где собралось человек десять друзей и близких Пушкина, чтобы отдать ему последний долг, в маленькой гостиной, где мы все находились, очутился целый корпус жандармов. Без преувеличения можно сказать, что у гроба собрались в большом количестве не друзья, а жандармы. Не говорю о солдатских пикетах, расставленных по улице, но против кого была эта военная сила, наполнившая собою дом покойника в те минуты, когда человек двенадцать друзей его и ближайших знакомых собрались туда, чтобы воздать ему последний долг? Против кого эти переодетые, но всеми узнаваемые шпионы? Они были там, чтобы не упускать нас из виду, подслушивать наши сетования, наши слова, быть свидетелями наших слез, нашего молчания.
Кн. П.П. Вяземский – вел. кн. Михаилу Павловичу, 14 февр. 1837 г. – Там же, с. 265.
На вынос тела из дому в церковь Наталья Николаевна Пушкина не явилась, от истомления и от того, что не хотела показываться жандармам.
Кн. В.Ф. Вяземская по записи П.И. Бартенева. – Рус. Арх., 1888, т. II, с. 305.
31 янв. На вынос в 12, т. е. полночь, явились жандармы, полиция, шпионы – всего 10 штук, а нас едва ли столько было! Публику уже не пускали. В первом часу мы вывезли гроб в церковь Конюшенную, пропели заупокой, и я возвратился тихо домой.
А.И. Тургенев. Из дневника. – П.Е. Щеголев. Дуэль, с. 271.
После смерти Пушкина я находился при гробе его почти постоянно до выноса тела в церковь, что в здании Конюшенного ведомства. Вынос тела был совершен ночью, в присутствии родных Н.Н. Пушкиной, графа Г.А. Строганова и его жены, Жуковского, Тургенева, графа Виельгорского, Аркадия Ос. Россети, офицера генерального штаба Скалона и семейств Карамзиной и князя Вяземского. Вне этого списка пробрался по льду в квартиру Пушкина отставной офицер путей сообщения Веревкин, имевший, по объяснению А.О. Россети, какие-то отношения к покойному. Никто из посторонних не допускался. На просьбы А.Н. Муравьева и старой приятельницы покойника, графини Бобринской (жены графа Павла Бобринского), переданные мною графу Строганову, мне поручено было сообщить им, что никаких исключений не допускается. Начальник штаба корпуса жандармов Дубельт, в сопровождении около двадцати штаб- и обер-офицеров, присутствовал при выносе. По соседним дворам были расставлены пикеты. Развернутые вооруженные силы вовсе не соответствовали малочисленным и крайне смирным друзьям Пушкина, собравшимся на вынос тела. Но дело в том, что назначенный день и место выноса были изменены; список лиц, допущенных к присутствованию в печальной процессии, был крайне ограничен, и самые энергические и вполне осязательные меры были приняты для недопущения лиц неприглашенных.
Кн. П.П. Вяземский. – П.И. Бартенев. Пушкин: сборник, кн. II, с. 69.
Наталья Николаевна Пушкина, с душевным прискорбием извещая о кончине супруга ее, Двора Е.И. В. Камер-Юнкера Александра Сергеевича Пушкина, последовавшей в 29 день сего января, покорнейше просит пожаловать к отпеванию тела в Исакиевский собор, состоящий в Адмиралтействе, 1-го числа февраля в 11 часов до полудня.
Приглашение на отпевание Пушкина. – Соч. Пушкина, изд. Брокг. – Ефр., т. VI, с. 317.
Нынешний Исакиевский собор тогда еще строился, а Исакиевским собором называлась церковь в здании Адмиралтейства, к которой Пушкин был прихожанином, живя на Мойке.
П.И. Бартенев. – Рус. Арх., 1879, т. I, с. 395.
Билеты приглашенным были разосланы без всякого выбора; Пушкин был знаком целому Петербургу; дипломатический корпус приглашен был потому, что Пушкин был знаком со всеми его членами; для назначения же тех, кому посылать билеты, сделали просто выписку из реестра, который взят был у графа Воронцова.
В.А. Жуковский – гр. А.Х. Бенкендорфу. – П.Е. Щеголев. Дуэль, с. 254.
Утром многие приглашенные на отпевание и желавшие отдать последний долг Пушкину являлись в Адмиралтейство, с удивлением находили двери запертыми и не могли найти никого для объяснения такого обстоятельства. В это время происходило отпевание в Конюшенной церкви, куда приезжавших пускали по билетам.
М.Н. Лонгинов. – Совр. летопись, 1863, № 18, с. 13.
Живы еще лица, помнящие, как С.С. Уваров явился бледный и сам не свой в
