Арельсар резко обернулся.
— Когда я нашел тебя на пустоши, у тела Азара, я думал, ты сошла с ума, — печально произнес он. — Но изо дня в день ты возвращалась, становилась жестокой, бескомпромиссной. Тогда я боялся за тебя, теперь… ты внушаешь мне страх.
— Мне иногда кажется, что мы с тобой поменялись местами.
— Прости меня, Антея, я был плохим учителем, — Арельсар покачал головой и направился к выходу.
Мне хотелось броситься к нему, сказать, что он неправ, что я сама выбрала этот путь и пойду по нему до конца, что он вовсе не слаб, и та седина, что выбелила некогда темные виски — вовсе не признак того, что поля вот-вот бросят его в объятья старости. Но дверь за наставником захлопнулась, а я так и осталась стоять у кресла, скрестив руки на груди.
Пришло время менять рельсы, прежде чем состав свалится в канаву.
Заверещал телефон, и я, увидев на дисплее имя звонившего, хлопнула себя по лбу.
— Опять опаздываю!
Воздушного змея, я, к сожалению, так и не нашла, поэтому мы решили просто покататься на яхте вдоль берега. Гаттар обиделся — запускать змеев мой сын любил. Если ветер был недостаточно силен, мальчишка поднимал хвостатых летунов с помощью полей — смерчем и лассо он умел пользоваться в совершенстве. Большему я не хотела его учить — КПВ в столь юном возрасте был нестабильным, и те заклинания, что получались у него сейчас, годам к шестнадцати могли стать непосильными. А подростковых проблем у полукровки и без магии будет предостаточно.
Пока Алтаннат с племянником управляли яхтой, я и Кельвет стояли у правого борта и смотрели на Прэн. Кевт, ставший красивым молодым мужчиной, работал с Арельсаром, и тот прочил ему офицерскую должность, хотя преемник Моргана Кэрроу давно и настойчиво зазывал парня в разведку. Сообразительности и изворотливости Кельвета завидовали многие мои сверстники, за глаза называя парня "аборигеном". Несколько лет назад он перевез на Прэн всю семью, и Гаттар стал частым гостем в доме матери Кельвета.
— Твой сын не спрашивал тебя, не приемный ли он? — Кельвет курил, выпуская в воздух колечки табачного дыма.
Я взмахнула рукой.
— А тебе не говорили, что курить вредно?
Кевт ослепительно улыбнулся
— Серьезно. Он — вылитый папаша. Не претендует на звание ат харга?
— Мы решили этот вопрос. Гаттар знает, кто он и кем ему не стать.
— Керцез нечасто навещает внука?
— О, слава Свету, — я расправила плечи, глубоко вздохнув. — Хагоны особо не афишируют побочные связи.
— Это не побочная связь. Гаттар — отличный парень. Тот громила, что наследует клан после Керцеза, мне совсем не нравится.
— Потому что он хочет выгнать кевтов?
— И поэтому, — проворчал Кельвет. — Сначала спасают, потом вышвыривают. Ни дома, ни родины, пустые обещания.
— На Прэне твоим соплеменникам всегда рады. Да прекрати дымить на меня! Не боишься умереть раньше времени?
— Всё равно проживу больше, чем человек.
Я нахмурилась и покачала головой.
— Неудачная шутка.
— Прости, — Кельвет выкинул сигарету за борт. — Видишь? Всё, бросил, мамочка.
Усмехнувшись, я потянула на себя поля и, осторожно вклинившись в абстракцию кевта, запустила процесс.
— Теперь то… ГАТТАР!!! Отойди от перил!!! — швырнув вперед лассо, я схватила свесившегося через перила мальчишку за талию и потянула к себе. — Ты с ума сошел?! Алтаннат, почему ты за ним не следишь?
— Он что, не умеет плавать? — высунувшись из рубки, поинтересовалась орчанка.
— Умею, — фыркнул Гаттар. — И нечего на мне свои штуки использовать, мам.
Я рассеяла лассо и недовольно посмотрела на сына.
— Будешь себя плохо вести…
— Ага, демоны придут. Ты с отцом сама их заперла, все об это знают, — мальчишка постучал по голове. — Ахтаран гхарт!
Кельвет расхохотался, а я покраснела.
— Иди-ка сюда, — схватив Гаттара за локоть, я потащила его на другой борт. — Сколько раз тебе говорить — не повторяй всё, что говорит тетя!
— Это язык моего отца, — обиженно отозвался мальчик.
— Это ругательства твоего отца. Их нельзя вставлять в каждое предложение. Нехорошо.
— Вставлять свои мысли в чужие — тоже нехорошо, — Гаттар выпятил челюсть.
— В смысле? — недоуменно спросила я. — О чем ты?
— Ты меняешь поля других, не спрашивая их, — парень хитро прищурился. — Вот Кель теперь бросит курить, так?
— Будешь следить за мной, я… Я тебя больше не буду брать в море, бессовестный!
— А я подожду. Скоро ты научишь меня играть с полями, — гордо вскинув голову, Гаттар прошествовал мимо. — Хагоны умеют ждать.
Грустно улыбаясь, я смотрела сыну вслед. Мне не удастся избавить эту землю от войн, и когда-нибудь Гаттар встанет под знамена армии миротворцев, подхлестываемый славой отца. Но сейчас, пока он ребенок, я дам ему мир, чего бы мне это ни стоило.
КОНЕЦ
Самая правильная версия текста тут http://samlib.ru/c/cherkasowa_g_g/antiwar.shtml
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
