водяными папоротниками, а с этой стороны, от плато, — такой узкий безжизненный клин на десять метров от берега… от того места, где воды становится больше, чем земли, — Хольгер повёл пальцами на ногах и слегка поморщился — видимо, вспомнил холодную зловонную грязь побережья. — Его засняли с воздуха и сразу же приказали надеть тяжёлую защиту. Мы с Амосом первыми взяли там пробы — он на берегу, а мне пришлось туда залезть. Как меня отмывали от органики…
Его передёрнуло.
— И что? — нетерпеливо спросил Гедимин.
— Гидрокарбонат ирренция. Всего-то доли промилле, а какой эффект… — Хольгер покачал головой и снова оглянулся на главный шлюз.
Транспорт для экспедиции в кратер Кей уже стоял там — и с ним прицеп с двумя «Ицмитлями» и готовый к погрузке миниспрингер. Где-то рядом бродил Исгельт — Гедимин периодически слышал в наушниках его указания, предназначенные грузчикам и пилотам. Рано или поздно исследователей должны были позвать на борт, но пока их оставили у кислородной заправки. Гедимину было не по себе, и он слушал Хольгера вполуха.
— Проследили, откуда примеси? — спросил он.
— Обугленные горы, — ответил Хольгер, оглянувшись на грузовик. — Небольшой ручей впадал в озеро. По цепочке грунтовых вод проследили до предгорий.
— Ты сам там был? Видел рудники? — спросил Гедимин. Хольгер покачал головой.
— Нам было приказано не приближаться к горам. Мы даже на плато лишний раз не поднимались. Сидели на побережье с биологами. Там, кроме Биоблока и геологов, никого не было. Я уже рассказывал, как мы искали мегафауну?
Над шлюзом зажглась цепочка светодиодов, ворота медленно приоткрылись. Грузовой глайдер замигал бортовыми огнями. Исгельт, спрыгнув с боковой платформы, нетерпеливо махал Гедимину и Хольгеру, — второй глайдер, поменьше, уже собрал груз и готов был принять последних пассажиров.
Глайдер остановился, мягко проскользив несколько метров на «подушке» защитного поля, и лёг на каменистый грунт. Гедимин вышел, оглянулся через плечо на Хольгера — и забыл, что хотел сказать. Его взгляд остановился на самоходной тележке чуть в стороне от реакторного купола. С неё свисали, уходя в грунт, шланги передвижной кислородной станции.
— Кто здесь? — крикнул Гедимин. Хольгер схватился за наушники и сердито ткнул его в плечо.
— Тебя не слышат. Кто-то зашёл под купол, там ипрон…
— Уран и торий, — прошептал Гедимин, оглядываясь по сторонам. Исгельт стоял у грузового глайдера, давая указания пилотам, остальные сарматы оставались на борту; Айзек застенчиво выглянул из шлюза и тут же скрылся. Больше чужаков вокруг не было — только кислородная станция работала, беспрерывно наполняя баки, и люк реакторного корпуса был закрыт немного не так, как обычно делал это Гедимин, — чуть менее плотно.
Он не стал дожидаться, пока второй люк откроется полностью, — отодвинул его и втиснулся в проём. На скрежет оглянулся тот, кто стоял у щита управления. И он, и Гедимин замерли на месте, изумлённо мигая.
— Кумала⁈
Конструктор развёл руками и, спохватившись, повернулся к реактору. Установка была прикрыта ипроновыми пластинами, но между ними оставили небольшой проём, — и сделал это не Гедимин.
— Белиг, Айемар, выбирайтесь, — позвал Кумала, глядя на проём в корпусе реактора. — Хватит на сегодня, ребята. Сворачиваемся.
За спиной Гедимина снова приоткрылся люк, выпустив из шлюза очень недовольного Хольгера.
— Ладно — без охраны, но меня-то мог подождать? — сердито прошептал он, пытаясь отодвинуть сармата от проёма. — Что тут… Кумала⁈
Из реактора один за другим, стараясь не дотрагиваться до раздвижных пластин, выбрались двое филков в чёрных скафандрах — почти таких же, как у Гедимина, но с немного отличающимся расположением щитков. Увидев пришельцев, они замерли на месте — и тут же шарахнулись в разные стороны. Гедимин хотел отшвырнуть их от реактора, но они уже стояли у стены. Сармат развернулся к ним, выдыхая сквозь стиснутые зубы, но их испуганные взгляды остановили его, и он, мотнув головой и вполголоса выругавшись, залез в реактор.
Установка застопорилась не более часа назад — твэлы ещё были горячими; роторы вращались — энергии аккумуляторов хватало, чтобы крутить их все двенадцать часов вынужденного простоя — но ничего не вырабатывали — излучение ослабло и не пробивало насквозь толстый слой ферка. Гедимин обошёл каждую сборку, пристально вглядываясь в подвижные детали. Реактор выглядел нетронутым — что бы ни делали тут двое филков, ни одна часть конструкции не исчезла, и никакой грязи не добавилось. Гедимин двумя руками толкнул управляющие стержни кверху — это был простейший способ «запуска изнутри», сигнал, по которому срабатывал электромагнит над реактором — дождался, пока всплески излучения выровняются, и выбрался наружу.
Двое филков успели уйти, но Кумала остался и обсуждал сейчас вполголоса что-то с Исгельтом, догнавшим двух сарматов под куполом. С Исгельтом пришёл один из его охранников; больше экзоскелетчиков в помещении не было.
— Гедимин, — Кумала жестом попросил собеседника подождать и шагнул к появившемуся ремонтнику, виновато щурясь и опуская взгляд. — Мы с ребятами проводили тут испытания спецодежды. Я подготовил комплекты для будущих кочегаров-реакторщиков, но проверить их в деле…
Он развёл руками.
— Предупредил бы, — Гедимин сердито фыркнул, но злость уже угасла — в конце концов, реактор был цел, и у филков хватило мозгов к нему не прикасаться. — Они хоть знают, что это за штука? Ты объяснил им?
— Разумеется, я провёл краткий инструктаж. Они вполне разумны, хоть и малы ростом, — судя по голосу, Кумала слегка обиделся. — Ваш реактор не пострадал от наших действий? Мне хотелось бы зарезервировать этот полигон для дальнейших испытаний — одного теста мало, а таких открытых реакторов на базе больше нет…
Гедимин с сомнением посмотрел на него. «Филки — ладно, пусть бы ходили, а этот… Хотя — сколько времени прошло, а он ко мне не лезет. Может, успокоился и нашёл себе самку?»
— Приходи, ладно, — нехотя кивнул он. — Только по одному-двое, а не десятками. И сам их вытаскивай, если заденут ротор.
Исгельт хмыкнул.
— А если стержень?
— Тогда вытаскивать будет нечего,
