— Звучит потрясающе, — улыбнулся ей юноша. — Я так рад за вас!
Гарри знал, что Молли пережила тяжелый период, когда осознала, что все ее дети (кроме Джинни, тоже живущей вне дома, в Хогвартсе) покинули Нору и больше не вернутся. Она даже подумывала завести еще ребенка — волшебницы сохраняют способность рожать гораздо дольше маггловских женщин. Узнав о планах матери, Рон пришел в ужас. Впрочем, тогда же забеременела Флер, жена Билла, и Молли словно очнулась от грез. Она решила, что не хочет иметь ребенка, который будет младше ее внука. К изумлению семьи, женщина занялась карьерой, и ее работа уже приносила свои первые плоды. Гарри знал, что она помогла Артуру оплатить предстоящий отпуск.
Молли написала книгу бытовых заклинаний. Книга была отнюдь не первой в этой области, но доступный текст, непринужденный стиль и своеобразный юмор, а также собственноручно выполненные иллюстрации обеспечили Молли рекордное количество продаж и еженедельную колонку в Магической беспроводной сети. Миссис Уизли по-прежнему курировала основанную по просьбе Гарри организацию, которая заботилась об осиротевших ведьмах и магах. Эта работа вкупе с приятной ролью бабушки позволяла Молли и проявлять материнские инстинкты, и одновременно утверждаться в мире бизнеса, постепенно обретая уверенность в себе и значимость в глазах других.
Подошли Альбус Дамблдор и Эмми Бьюкеннан, и Гарри, обнимая бывшего директора, на миг утонул в его мягкой бороде, а потом поцеловал Эмми в гладкую щечку.
Альбус ушел в отставку два года тому назад и отправился в Кент изучать живопись под руководством Эмми, известной портретистки. Несмотря на шестьдесят лет разницы в возрасте, они стали неразлучны. Гарри старался поменьше представлять себе, как эти двое занимаются любовью, и радовался тому, насколько счастливым выглядит необыкновенно помолодевший Альбус.
Невилл остался в Хогвартсе — сад, в котором шло празднество, был создан юным гербологом — и уже успел обрести славу ученого, находящего подход к самым капризным и хрупким растениям, а также заслужить у зельеваров всего света репутацию надежного поставщика.
Гермиона изучала зелья и магическую юриспруденцию в Кембридже. Разумеется, с партнерами, один из которых был гербологом, а второй — целителем, путь девушки к зельеварению, казалось, был предопределен, но Гермиону интересовало еще и право, позволяющее ей объединить рвение к исследовательской деятельности и любовь к справедливости.
Драко продолжил учиться под началом Энтвисла, а необыкновенное излечение Гарри Поттера принесло юному целителю мировую славу. Сейчас Драко беспокоился о долгосрочных последствиях болезни. Вскоре после выздоровления Гарри Малфой написал статью о предпринятых для спасения волхва мерах, еще одну — о донорах — двенадцать месяцев спустя и совсем недавно опубликовал третью, анализирующую состояние всех участников процесса по истечении двух лет со дня его завершения. К счастью, осложнений пока не наблюдалось, но Драко намеревался присматривать за Гарри и его донорами еще не один десяток лет.
Впрочем, знаменитости Малфою добавил и тот факт, что, ободренная успехом лечения Гарри, Гермиона подала партнеру еще одну идею, которая и привела к сегодняшнему празднованию…
…потому что сегодня отмечали двадцать пятую годовщину свадьбы Фрэнка и Алисы Лонгботтом, сидящих за столом в компании друзей, сына и миссис Лонгботтом-старшей, смеющихся и с наслаждением вдыхающих ароматы садовых цветов.
Невилл очень нервничал, впервые пригласив Драко и Гермиону к своим родителям. Девушка уже встречала его бабушку и видела мать, а потому знала, чего ожидать, но Драко… много лет назад он безжалостно насмехался над обезумевшей парой. Невилл знал, что Драко изменился, но все равно не мог забыть тех дней. Впрочем, Малфой держался почтительно и вел себя учтиво, хотя всем было ясно, что Алиса и Фрэнк живут в собственном мире, далеком от реального.
Позднее Драко попросил у Невилла разрешения осмотреть его родителей. От неожиданности тот замешкался с ответом. Что найдет целитель? Гермиона заметила, что, хотя Невилл и взрослый человек, такое решение нужно принимать вместе с бабушкой.
Об изменениях в своей личной жизни Невилл со старушкой пока не говорил, но перед этим визитом решил ввести ее в курс дел.
Аппарировав в Ланкашир, он нашел бабку в саду — очень удачно, поскольку Невилл принес ей в подарок цветок. Его великолепные бутоны распустились, и Нев предложил бабушке украсить головной убор цветами. Он знал, что старушка любит одеваться вызывающе — уже взрослым понял, насколько уникальной оказалась ее увенчанная стервятником шляпа. С годами Невилл воистину оценил, какая необычная женщина его бабуля. Все это время она неутомимо навещала сына и невестку, смирившись с нанесенными им увечьями, и продолжала любить несчастных слабоумных и гордиться ими. Августа самостоятельно вырастила Невилла, хотя тот регулярно общался с дедом по матери — еще нестарым волшебником, который вполне мог взять воспитание внука на себя, не сломи его печаль о судьбе дочери и чувство вины за то, что он одобрил решение Алисы стать аврором.
Впрочем, не чувствуя особой привязанности к внуку, дед вскоре уехал в Соединенные Штаты — как он выразился, подальше от темных делишек Волдеморта. Невилл иногда думал, что именно эти постоянные прыжки через континенты, совершенные с бабушкой, равно как и переданный ему дар старушки, взрастили его способности к аппарации.
Нев видел, как погиб его дедушка Альберт в Штатах — разбился, прыгая с канатом. Смерть деда показалась внуку чудовищно бессмысленной, но бабушка рассудительно заметила, что Альберт по крайней мере умер во время любимого занятия, и эта фраза надолго запомнилась Невиллу.
Рассказать бабуле, что своим счастьем он обязан сразу двум партнерам, один из которых — Малфой, оказалось непросто. Поджав губы, Августа велела Невиллу пригласить их на чай.
Драко был образцом учтивости. Миссис Лонгботтом разговаривала суховато, но вежливо. Трапеза выглядела до боли чопорной: звенящие фарфоровые чашечки, идеально нарезанные сэндвичи и фруктовый пирог.
Домой молодые люди отправились в отвратительном настроении.
Гермиона понимала, что сдаваться нельзя. Миссис Лонгботтом много значила для внука, а стало быть, и для его партнеров тоже. Миона предложила пригласить старушку к себе. Изумленные Невилл и Драко согласились.
Миссис Лонгботтом пригласили на воскресный обед в дом двенадцать на площади Гриммо. Дело было летом, после того как молодые люди окончили Хогвартс; они переехали сюда и теперь обустраивались. Невилл отказался от дома в Хогсмиде, несмотря на просьбы Гарри принять дар — юноша отговорился тем, что не смог бы зайти туда, не вспомнив, как Гарри и Снейп занимались «этим» на кухне. Отсмеявшись, Поттер согласился с другом, радуясь, что тот хотя бы не возражал против дома на площади Гриммо. С его способностями к аппарации жилище в Хогсмиде Невиллу не требовалось. Кроме того, Гарри и сам был неравнодушен к этому дому.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
