Власть преследовала самые радикальные проявления русского национализма, определенные звенья его ушли в диссидентское подполье, но в большей степени новый русский великодержавный национализм и русские неославянофильство стали респектабельными течениями в общественной жизни России. За менее смелые национальные проекты в нероссийских средах репрессии были немедленны и жестоки.
Новая националистическая идеология формировалась якобы в сотрудничестве официальных и неофициальных источников. В 1965 г. по доверенности МК комсомола аспирант-философ из университета Валерий Скурлатов подготовил «Устав нрава» – проект перестройки комсомола, где предлагал фашизацию молодежных организаций: «Ввести телесные наказания! Розга лучший учитель. Удар по телу – закал духа. Продумать комплекс военизации молодежи с начальной школы… Нет более подлого занятия, чем быть «мыслителем», «интеллигентом», премудрым пескарём, и нет более благородного дела, чем быть солдатом».[702] Идеи Скурлатова вызывали определенные симпатии и у комсомольского руководства, и в кругах «Университета молодого марксиста» (УММ) при ЦК ВЛКСМ. Это была пора, когда Шелепин и Семичастный опирались на настроения активизма, выраженные Скурлатовым наивно и простодушно. Кто знает, как бы закончилась эта история, если бы диссидент Александр Гинзбург не передал текст программы Скурлатова на запад. В конечном итоге, Скурлатов был исключен из партии, а УММ закрыт. Однако потом Скурлатов был восстановлен в партии (впоследствии опять исключен) и стал в 1970-х гг. одним из известных борцов против «сионизма» и пропагандистом славянофильського неоязычества.
В 1963 г. в Ленинграде возник тайный «Всероссийский социал-христианский союз освобождения народа» (ВСХСОН), который, согласно программе, имел полувоенный характер вроде ирландского «Шин фейн». В феврале 1967 г. ВСХСОН был раскрыт, участники получили большие сроки заключения.
Более респектабельным вначале было национал-патриотическое движение культурничества, которое, в частности, породило известную «Память».
В 1966 г. образовано «Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры» (ВООПИиК), под эгидой которого (в бывшем Петровском монастыре) собирался т. н. «Русский клуб». Возглавляли клуб писатель Дмитрий Жуков и литературовед Петр Палиевский, в клуб входили литературовед Вадим Кожинов, художник Илья Глазунов, диссиденты-националисты Владимир Осипов и Анатолий Иванов (Скуратов) и другие. Трибуну участникам клуба давали журнал «Наш современник», главный редактор которого поэт Сергей Викулов не скрывал своих национал-большевистских ориентаций, и комсомольский журнал «Молодая гвардия» (главный редактор его Алексей Никонов был снят в 1970 г. за публикацию романа Ефремова «Час быка», но его преемники Ф. Овчаренко и А. Иванов твердо продолжали национал-большевистскую линию журнала).
В 1965 г. в Москве под руководством архитектора Барановского образовался клуб «Семья». Клуб занялся опекой над памятниками русской культуры, а ученики Барановского внесли в дело новый элемент – поиск виновников разрушения культуры с еврейскими фамилиями.
В 1970 г. была написана либерально-диссидентская «Декларация демократического движения», и как ответ на нее появилось «Слово нации» – первый нелегальный программный документ нового русского национализма. Автором «Слова» был А. Иванов-Скуратов, поправки вносил В. Осипов. Оба имели стаж «зоны». В 1970–1971 гг. появляется русский националистический «самиздат», авторами которого были В. Осипов, А. Иванов-Скуратов, Г. Шиманов, Л. Бородин (осужденный в деле ВСХСОН, в настоящее время – главный редактор журнала «Москва»), Дмитрий Дудко (впоследствии священник), Валерий Емельянов и др. Осипов и Иванов-Скуратов издают в 1971–1974 гг. журнал «Вече».
Вызов агрессивного русского национализма стал настолько заметным явлением общественной жизни, что на него отреагировало партийное руководство. И. о. зав. отделом пропаганды ЦК КПСС А. Н. Яковлев, будущий архитектор Перестройки и социал-демократ, напечатал в 1972 г. статью, направленную против национал-патриотов,[703] и это дорого ему стоило: он был снят с партийных должностей и направлен послом в Канаду.
Национал-патриотическое брожение в конце 1970-х гг. продолжалось в разных кружках – «Витязи», Молодежном творческом объединении при Московском отделении ВООПИиК и в первую очередь в «Обществе книголюбов» Министерства авиационной промышленности. Последнее из них провозгласило своими духовными наставниками Николая Рубцова, Станислава Куняева, Юрия Кузнецова. Националистически настроенный писатель Владимир Чивилихин получил в 1982 г. Государственную премию за роман-эссе «Память», и в честь этого события «Общество книголюбов» после встречи с писателем было названо «Памятью». Общество устраивало встречи с писателями Владимиром Крупиным, Станиславом Куняевым, Феликсом Чуевым, историком Николаем Яковлевым (автором национал-патриотических и антисемитских книг «14 августа 1914 года» и «ЦРУ против СССР»), – словом, низовое и не полностью официозное русское национал-патриотическое движение вступало в контакт с респектабельной литературной и публицистической верхушкой русского национализма.
С 1981 г. начинаются публичные выступления академика медицины Ф. Углова против алкоголизма, который якобы стал следствием преступной деятельности сионистов, троцкистов и империалистов. Руководители Всесоюзного клуба «Трезвость» Борис Искаков и Степан Жданов открыто говорят о «сионистском алкогеноциде русского народа». В 1984 г. в «Памяти» начинает работать бывший секретарь и неформальный адъютант художника Глазунова, художник и актер-любитель, одаренный демагог Дмитрий Васильев, с появлением которого деятельность «Памяти» выразительно приобретает направление против «жидо-масонского заговора». Охранником Васильева был Баркашов, будущий вожак русских фашистов, из васильевской «Памяти» вышел Дугин, будущий идеолог «новых правых» и национал-большевистской партии Эдуарда Лимонова, русский имперский «геополитик».
В националистической среде конца 1970-х – начала 1980-х гг. усиливаются настроения воинственного антисемитизма, читаются и перечитываются «Протоколы сионских мудрецов», литература о сионизме и масонстве; приобретают популярность такие авторы-антисемиты, как Владимир Бегун, Юрий Иванов, Валерий Скурлатов, Евгений Евсеев, Николай Яковлев.
Симптоматической фигурой русского национализма стал в это время экономист-востоковед Валерий Емельянов. В 1973 г. он написал «Открытое письма Солженицыну», где обвинял писателя в русофобии, германофильстве и сионизме. В 1977–1978 гг. он распространял в «самиздате» свои произведения «Кто стоит за Джимми Картером» и «Десионизация». Вывезенная за границу Организацией освобождения Палестины, «Десионизация» была, по указанию президента Сирии Хафеза Асада, переведена на арабский язык и напечатана в газете «Аль Баас». Основная идея «Десионизации» заключалась в том, что евреи с помощью масонов стремятся к мировому господству, а христианство является «сионистским предбанником». Емельянов призывал создать «Всемирный антисионистский и антимасонский фронт» для сопротивления евреям. Через несколько лет, в новой России, он уже откровенно напишет: «Евреи, как я полагаю, – это профессиональные древние преступники, которые сложились в определенную расу… «Белое» человечество две тысячи лет поклоняется «жидовскому богу», поэтому актуален девиз “Смерть жидовским оккупантам!”».[704]
Знаменитая футболка с антисемитской надписью
В разговорах Емельянов говорил о Виктории Петровне Брежневой, что «страной правят через нее ее соплеменники-сионисты, а не ее муж-маразматик».[705] Емельянов был арестован по обвинению в убийстве и расчленении топором своей жены и посажен в психушку, где пробыл шесть лет. Один из его последователей ходил по Москве в футболке с надписью: «Куришь, пьешь вино и пиво – ты пособник Тель-Авива». После освобождения Емельянов создал Московскую языческую общину и в 1989 г. организовал первое массовое открытое богослужение богу Солнца Хоросу и «антикрещение». Неоязычество проповедовал и Иванов-Скуратов в книгах «Тайна двух начал» (1971) и «Христианская чума» (1978). В это время становятся популярными йога, индуизм, Шамбала, теософия Блаватской, поиски основ идеологии в древнем Тибете и откровенная мистика.
После интервенции в Афганистане в националистическом кругу усиливается идея имперского военного величия России. Ярче всего выразил эти настроения прозванный «соловьем Генштаба» писатель Александр Проханов (в 1981 г. – роман «Дерево в центре Кабула», в 1984 г. – публицистическая книга «Ядерный щит»). Военно-патриотические мотивы Отечественной войны (Юрий Бондарев) объединялись с модерным генштабовским патриотизмом в одной идейной системе, воодушевленные русским национализмом «Нашего современника», «Молодой гвардии», «Литературной России».
