Что они делили и на что соглашались, Данавар не понимал, он открыл глаза и увидел, что лежит недалеко от высокой насыпи, полностью перегородившей ущелье и реку. Неподвижно стоял голем, не отвечая на его команды. Он поднялся и прихрамывая пошел обратно в крепость, подальше от груды камней и земли, ставшей общей могилой для полусотни простых гномов. Гленд был равнодушен к их судьбе, гномов много, женщины еще нарожают. Его беспокоила только собственная судьба. А она могла стать незавидной. В поясной сумке не оказалось рун, взятых на складе, вокруг него они тоже не валялись, если бы выпали из кожаных футляров на поясе. Их могли захватить чужаки, но почему не тронули его? Маг терялся в догадках. Он шел всю ночь и под утро встретил отряд разведчиков из крепости. Весь вид хиртрага говорил, что ему сильно досталось. Лицо разбито, всклоченная борода в засохшей крови, нос и губы распухли. Он хромал и еле передвигал ноги. Ему оказали помощь и сопроводили в крепость.
— Гленд Данавар, напишите отчет о походе, мы сравним его с показаниями полухиртмана. Этот гленд подозревается в неисполнении долга и трусости. Отряд погиб, а он и вы выжили. Вашу судьбу будет решать ваше начальство, — сухо сказал магу комендант. Но взгляд его выражал глубокую степень неприязни, которую он питал к нему. — Вас будут содержать отдельно в вашей комнате, выход из нее до особого распоряжения запрещен. Ступайте! — закончил комендант и уткнулся в бумаги.
У хиртрага сердце ушло в пятки, его сажали под домашний арест, и он не знал, что написал командир отряда, но он выжил и первым добрался до крепости. Данавар шел к себе под охраной двух воинов и обдумывал, как ему быть. Надо все свалить на хиртмана, пришла ему в голову мысль. Он приказал сесть своим бойцам и бросил их, когда начался обвал. Он, Данавар, пытался спасти солдат, но не смог. Чужаки применили мощную магию и засыпали солдат землей, при этом от применения их магии исчезли руны и перестал слушаться голем. Да, так и надо написать. Командир отряда струсил и бежал, а он вступил в сражение с чужаками, пытаясь противостоять их колдовству, но силы были неравные. Колдуны применили чудовищной моши заклятия, такие, что тряслась сама земля. Его засыпало, но он смог выбраться из-под завала. В бою руны исчезли. Пусть попробуют доказать, что это не так. Проверку на стуле правды он пройдет. Потому что это все, что он помнит. Он даже сможет стать героем, в одиночку сражавшимся с великими колдунами. Только все надо правильно описать, повторил он сам себе.
— Глендар, к вам пришел гильдмастер Орунгар. — В кабинет главы клана Пятых ворот мышкой проскользнул щуплый гном и низко поклонился. К высшим глендам всегда добавлялась приставка "дар", что значило "сиятельный". И не дай горы и их недра обратиться к высокородным по-другому. Тут же закончишь свой путь на гиблых уровнях.
— Пусть войдет, — приказал всесильный глава и отложил свиток в сторону.
В кабинет с легким поклоном вошел толстый, просто необъятный гильдмастер. Он тяжело дышал, видно было, что подъем на башню ему дался нелегко. Заплывшие глазки ничего не выражали, и весь его вид говорил, что того уже ничто не интересует в этой жизни. Но глава знал, как обманчиво это впечатление, за жирным брюхом и пятью подбородками, видными даже из-под бороды, скрывался живой и изощренный ум. Орунгар был мастер интриг, сложных, запутанных комбинаций и всегда добивался того, чего хотел. Он возглавлял тайный сыск клана, и глендар даже не знал, кого гномы больше боятся — его или этого тяжело дышавшего толстяка.
— Мог бы письмо прислать — усмехнулся в бороду глава, — и не тащиться сюда наверх.
Это было частью их ритуала перед началом серьезного разговора. Коли гильдмастер поднялся сам, значит, беседа будет важной.
— А ты мог бы пожалеть старика и выбрать кабинет внизу, — пыхтя, ответил пришедший. — Там и воздух чище, и жизнь лучше видно. А то отсюда, с небес, трудно управлять кланом. Сюда и птица не долетит, не то что важные вести. — Он уселся в большое кресло и сложил руки на животе. Все, ритуал соблюден и можно приступать к главному. — Ты уже знаешь, что в ущелье на нейтральной полосе появились чужаки? — Он одними глазами, не поворачивая головы, посмотрел на главу. Тот кивнул, ожидая продолжения. — Туда был отправлен отряд в полсотни воинов, и все они погибли, кроме командира, хиртрага и застрельщика.
— Да, я читал твои отчеты, что-то новое? — поинтересовался глава. — Насколько я понял, командир действовал непрофессионально и проявил трусость, а маг потерял руны и старается все свалить на могучих волшебников и хиртмана. Ты нашел чужаков? — В глазах главы появился огонек интереса.
— Чужаки так и стоят за плотиной, а перед ними два хирта клана Четвертых ворот.
— Ну стоят и пусть стоят. Нам-то о чем беспокоиться? — не понимая, куда клонит гильдмастер, спросил глава.
— Мы можем разыграть карту чужаков, Рандавар, — по имени обратился толстяк к всесильному главе.
Но тот и бровью не повел. Их давно связывали тесные отношения, и именно Орунгар сыграл главную роль в борьбе за место главы, и вот он сидит на этом троне уже тридцать шесть лет.
— Поясни, дружище, что опять придумал твой изворотливый ум? — Глава клана с любопытством уставился на гостя.
— Надо поддержать хиртрага, признать могущество пришельцев и принять их с честью. Но пусть это сделает глава Четвертых ворот Грендар, он глуп и тщеславен, но тебя послушает. Внуши ему, что это важные союзники и их можно использовать с пользой. Убеди его в том, что их мощь нужна королевству. Он не преминет сообщить о своей находке королю.
— Я не понял, какая выгода нам от всего этого? — Глава удивленно смотрел на толстяка, который то и дело вытирал вспотевшее лицо платком.
— Выгода прямая. Все знают, что Грендар туп как камень и Четвертые ворота ему достались незаслуженно. Он обязательно попадет в глупую ситуацию с чужаками. Пусть будет много слухов о их могуществе. Чтобы проверить, насколько они сильны, мы предложим дать им возможность спуститься на гиблые тропы, там сейчас выброс и развелось много тварей. Добыча рунных камней упала, и это беспокоит его величество. Пусть там покажут свою силу. Они сгинут в тех местах. Его величество будет сильно разочарован. А на совете ты и остальные выскажетесь за то, что Грендар не соответствует Четвертым воротам.
— Я понял, хитрая голова, я стану четвертым у трона, и все стоящие за мной тоже передвинутся. Первые три клана не смогут помешать. Отлично придумано, Орунгар! — Глава радостно стал потирать руки. — Отправляюсь немедленно к Грендару. Он считает меня своим другом. А ты пригласи этого хиртрага и дай ему должность.
Толстяк прикрыл глаза и согласно кивнул.
Я стоял наверху плотины и смотрел вслед уходящему человечку. Подо мной уже образовалось озеро, которое скоро начнет выплескиваться чрез край в том месте, где было русло реки. Но перед этим утопит быков. Слава богу, что здесь, у стены ущелья, было еще сухо. Орки, пораженные "моим могуществом", сидели тихо, как мышки. Но что-то надо было делать. Иначе придется плавать или уходить с такой удобной позиции. А уходить не хотелось. Я находился на вершине проявления своего могущества как потрясатель земли и уходить с этого места не хотел. Сюда все равно придут гномики, как я обозвал маленьких человечков. Вот и пусть увидят, что я натворил, а также надумают себе, что я еще смогу.
Надо было как-то спустить эту воду, но как? Я не переставая чесал затылок, но почему-то не помогало. Так, надо думать конструктивно. Что я могу сделать? Кинуть гранаты — не пойдет, результат невелик. "Торнадо"? А что оно даст? Погладит верхушку насыпи. Нет, не годится. "Воздушные кулаки"? Я скептически посмотрел на рукотворную плотину. Не пробьет. Элементаль? Точно, как я раньше не подумал! Мне нужен элементаль земли.
Все это время орки своими рожами сопровождали мои думки. Я задумался, и они закатили глаза — тоже типа думают. Я чешу затылок, и они чешут. Я обрадовался, и они ощерились своими клыками — помогают, значит.
