чай, моих сил уже не хватило. Упав в кресло, я откинулся на его спинку и прикрыл глаза. Кто ж знал, что получасовой бой на меня так подействует?! Даже руку поднять сейчас казалось невозможным. Шевелиться не хочется, ничего не хочется…
— Как ты? — Губы неслышно вошедшей в салон Алены нежно коснулись моей щеки.
— Устал почему-то, — пробормотал я, не открывая глаз, и почувствовал, как невеста присела на подлокотник моего кресла. Не удержался, кое-как переборол слабость в мышцах и, обняв подругу за талию, осторожно переместил ее к себе на колени.
— Ай! Подожди, а чай? — проговорила она, тем не менее устраиваясь поудобнее в кольце моих рук.
— Ну его. Не хочу, — буркнул я, теснее прижимая к себе Аленку.
Возражать она не стала и неожиданно принялась гладить меня по голове. Приятно-о.
Я таял, ощущая, как тонкие пальчики перебирают мои волосы, а тихий голос что-то напевающей невесты погружал меня в дрему все глубже и глубже…
Проснулся я в полной темноте и поначалу даже не понял, где нахожусь. Но уже через пару секунд глаза привыкли к едва рассеиваемой светом ночника темноте. Каюта… наша с Аленой каюта, и, судя по приятной тяжести, придавившей левую руку, я здесь не один. Повернувшись лицом к тихо посапывающей рядом невесте, я осторожно погладил ее по щеке и… смутился, когда увидел, как сверкнули ее моментально открывшиеся глаза.
— Проснулся? — шепотом спросила она.
— Угу. Долго я спал? — почему-то так же шепотом ответил я.
— Достаточно, чтобы я соскучилась.
В голосе Алены послышались игривые ноты, и я с удивлением понял, что от давешней слабости, разбившей меня после боя с «Палашами», не осталось и следа. И это, черт возьми, просто замечательно! В конце концов, как можно спать, когда рядом такое чудо?!
К моменту начала моей вахты я был свеж, бодр и весел, несмотря на то что поспать удалось не так уж и много. Правда, помимо этого я был еще и голоден, как десяток зимних волков, но это дело поправимое. Может быть, Алексей не умеет готовить так же вкусно, как Алена, но уж сытно было точно. Так что на мостик я пришел в приподнятом настроении, умиротворенный и довольный. А спустя час ко мне присоединилась выспавшаяся и такая же довольная невеста… и жизнь сразу стала еще приятнее.
Этого факта не смогли испортить даже объяснения с командой, необходимость которых до встречи с «Палашами» меня все-таки несколько напрягала. Правда, каюсь, разбалтывать им секрет накопителей я не стал. Сказал лишь, что это мой личный секрет, делиться которым я в ближайшее время ни с кем не намерен, и… Трефиловым этого хватило. Профессиональные тайны здесь уважают. Нет, если бы на их месте были мои коллеги, они бы наизнанку вывернулись, чтобы узнать секрет накопителей, но среди братьев Алены артефакторов нет, и соответственно нет и проблемы. Тайна? Тайна. Поняли, забыли. Красота. Главное, что болтать об особенностях яхты Трефиловы ни с кем не будут. Понимают, что такие козыри, как у нас, нужно беречь. Ну а мне большего и не нужно.
В Киль мы прибыли через двое с половиной суток после выхода из Нуука. Прибыли без приключений и неприятностей. Еще на подлете к официальным границам рейха «Мурена» приняла на борт сначала датскую, а потом и германскую досмотровую группу. Но поскольку документы на груз у нас были в порядке, а яхта была приписана не к Венду или Русской конфедерации, с которыми у Германского рейха весьма прохладные отношения, а к Шетландам, никаких сложностей досмотры нам не доставили. Ну смотрели на нас таможенники с легким пренебрежением, ну рыскали они по яхте излишне рьяно… так ведь ничего не нашли — ни контрабанды, ни запрещенных товаров или книг. В общем, как пришли, так и ушли. А мы спокойно сели в порту Киля и, продемонстрировав очередному таможенному наряду все необходимые документы и груз, со спокойно душой отправились в город. Братья — гулять, а мы с Аленкой — на поиски конторы Генриха Неера.
Поиск не затянулся надолго, благо сам Генрих снабдил нас и адресом своей фирмы, и довольно точным описанием маршрута, которым проще всего до нее добраться, так что уже через полчаса мы с Аленой вошли в небольшое трехэтажное здание, спрятавшееся за зеленью сквера, что расположился на углу Вайсенхофштрассе и Треппенштрассе.
В конторе Неера нас встретили хоть и без фанфар, но вполне уважительно и тут же проводили к управляющему, где угостили черным кофе с восх… кхм, с неплохими пирожными. Впрочем, ничего удивительного в таком гостеприимстве не было. Генрих Неер, отправляя груз, не преминул сообщить об этом факте своему кильскому управляющему, герру Дитцу. И, должно быть, неплохо накрутил ему хвост, поскольку одним кофе с пирожными дело не закончилось, и на яхту мы с Аленой вернулись на личном экипаже управляющего, в сопровождении трех его приказчиков, тут же занявшихся транспортировкой груза, в том числе и выкупленного у нас по обещанной Неером цене.
А уже на следующий день Алена депонировала в банковской конторе чек на весьма солидную сумму в сорок девять тысяч шестьсот германских марок, и вопреки точившему меня червячку, так и предвещавшему какие-то неприятности, все обошлось. И чек оказался настоящим, и деньги «упали» на наш счет без задержек…
Наконец-то этот сумасшедший рейс подошел к концу!
Глава 5
Отражения и преломления
М-да, рейс закончился, а до дома под Меллингом, что снял для нашей команды Клаус, мы добрались лишь через неделю. Пока отдохнули в Киле от похода, пока дали круг над Балтикой, чтобы доставить на Борнхольм почту, вот время и ушло. Но тем слаще было возвращение.
Нет, можно было бы, конечно, и в порт приписки рвануть, на Шетланды, но, честно говоря, хотелось отдохнуть по-человечески, без особых рисков и волнений, а в тамошней вольнице это было бы… затруднительно. Проходимцев на Шетландах, да и просто вспыльчивого народа сверх всякой меры, шагу не ступишь, чтобы в историю не вляпаться. Меллинг, конечно, тоже не подарок, но там все же куда спокойнее, чем на Шетландах. Опять же подходящие материалы для пополнения израсходованного почти в ноль боезапаса «Мурены» куда проще и дешевле будет найти через того же Клауса. Вот и решили мы всей командой на отдых отправиться в Меллинг и уже там, в спокойной обстановке, хорошенько отдохнув и приведя в порядок яхту, подвести итоги нашего затянувшегося путешествия.
Дом, арендованный для нас предупрежденным телеграммой Шульцем, оказался старой фермой, оставленной хозяевами еще до Меллингской
