туда не сунуться. Достоверную настолько, чтобы ни одна живая душа не усомнилась!
– Это какую? – вскинулся Джонни. – Ты везде окружён «дикими», близко не подобраться. Перед людьми речи говорить не любишь, разве что журналистами, но их обыскивают, даже ножа не пронести, не то что револьвера или пистолета.
– А вот ты подумай, куда джентльмену не резон соваться с большим числом сопровождающих? Ну же!
Секунд пять стояла тишина. А потом Степлтон, кривовато усмехаясь, произнёс:
– Настоящий джентльмен не будет брать охрану туда, где у него назначено свидание с дамой. Охрана останется у дверей дома, и её будет немного. Внутрь может зайти только один человек, да и тот останется в прихожей. Не больше!
– Я готова! – вскинулась Вайнона. – Только скажите, где и когда…
– Да сиди ты спокойно, – отмахнулся Смит. – Знающие люди поймут, что с тобой общаться Виктор и дома может, что и делает. Другая нужна, к которой выезжать надо. Тогда есть шансы их выманить.
– А-а…
Успокоилась, энтузиастка. Оставалось кивнуть, подтверждая правильность высказанной другом гипотезы. Ну, и внести кое-какие уточнения.
– Знающим людям известна моя любовь к прекрасному. Особенно к прекрасным женщинам. Это не вызовет удивления. И ты правильно сказал Вайноне, что кандидатура должна быть… не свободна. Более того, быть необычной, такого рода, чтобы общество даже не подумало усомниться, что у Виктора Станича вспыхнула к ней безумная и непреодолимая страсть. Ко всему прочему муж у неё человек известный в Ричмонде должен быть. Что тогда?
– Тогда шансы станут высокими. Но риск слишком велик!
– А кто сказал, что к любовнице буду ездить именно я, а не похожий на меня человек, которого при помощи парика, грима и прочих инструментов актёрского мастерства можно сделать совсем уж похожим?
Шах и мат! Тот самый довод, против которого и возразить толком нечего. Двойник. Старая по моим представлениям фишка, которой в это время ещё не уделялось достойного внимания. Да и от двойника вовсе не требовалось быть безукоризненным, по большому-то счёту. Он не должен был притворяться мной перед знающими меня людьми, вовсе нет. Требовались лишь прогулки поздним вечером или ночью по улицам Ричмонда и пребывание в доме, где должно происходить свидание с псевдолюбовницей из высшего общества. Для создания ловушки и этого более чем достаточно.
– Ложный Виктор, не настоящая любовница, якобы обманутый муж. В этом спектакле будет хоть что-то настоящее? – усмехнулся Степлтон.
– Да. Убийцы, которых требуется обмануть, – сверкнула глазами Мария. – Этого хватит?
– Вполне, – кивнул Смит в знак согласия. – Мы начнём искать любовницу с её мужем. И после согласия станем распускать слухи, что у вас есть любовная связь. Осторожно, чтобы никто ничего не заподозрил. Дом для свиданий найдём. А похожего на тебя, Виктор, человека нужно подобрать из своих. Из «диких».
– Опасно. По сути вся «Дикая стая» становится в той или иной степени тайной полицией и подчинена моему министерству. Часть «диких» остаются только солдатами, но работающими по приказу министра в моём лице. Лучше уж кого-то из Потомакской армии.
– Хорошо. Может, ты и прав. И когда вернёшься с Кубы, декорации для спектакля будут готовы.
В этом-то я ни разу не сомневался. Джонни и другие сделают всё от них зависящее. Мне же выпадет другая часть работы – во время конгресса довести раздражение своей персоной у представителей Британской империи до такой степени, чтобы вынудить их предпринять вторую попытку устранения столь вредного для них человека.
Возможности для этого имелись. Какие? О, довольно широкие. Например, можно было ещё до официального начала конгресса начать переговоры с Испанией и Францией о поставках не хлопка-сырца, а уже готовой продукции. Российской империи это уже вряд ли требуется по причине постепенного завоевания Средней Азии, где тоже выращивался хлопок, причём в больших количествах.
Болезненный удар по ткацким фабрикам Британии – как раз то, что требуется для повышения градуса ненависти к моей персоне. Плюс показательное внимание к программе перевооружения русской армии да кое-какие предложения, касающиеся флота. Как в ту сторону, так и в нашу. Очень меня интересуют специалисты по морскому минированию! Да и артиллерия опять же, тут явно есть о чём поговорить.
В случае с Испанией – окончательные похороны доктрины Монро под громкую траурную музыку! И обещание содействия в начавшейся Реконкисте прежних колониальных владений. Не за просто так, само собой разумеется, но один факт возвращения Испании туда, куда британцы уже стали просачиваться, многого стоит.
Лорды взбесятся! Не говоря уж о Сити, которое и так несёт немалые финансовые потери, а уж в перспективе недосчитается и вовсе монструозных сумм. И никакое возвращение на орбиту зависимости от бывшей метрополии США их сильно не утешит. Они ведь всегда хотят больше… и ещё больше.
Так что наверняка начнут серьёзно рассматривать вариант с устранением моей персоны. И, как я надеюсь, сунутся в заботливо приготовленную ловушку. Вот тогда и посмотрим, кто есть ху в этой истории!
Глава 9
Куба, Гавана, октябрь 1862 года
Куба – воистину райский остров! Только в прежней жизни делать там было нечего. Разве только отравлять себе настроение, глядя на то, как изгадили великолепный остров-курорт, превратив его в один из заповедников коммунизмо-социализма. Тот самый, с тотальным дефицитом всего и вся, запретом на выезд из социалистического рая, отсутствием нормальных машин, современной бытовой техники… да и почти всех благ цивилизации. Ах да, ещё и с присутствием огромного количестве негров всех мастей и оттенков, заставить работать которых толком не мог никто. Филонили и портили всё, к чему прикасались, по своему обыкновению! Правда, порой изображая бурную деятельность трудового народа.
Так что тогда мне на Кубе делать было нечего. Спасибо, не прельщало проводить там отпуск. Зато тут я смог по-настоящему оценить как райский климат, так и красоты испанской колониальной архитектуры. В Гаване было что посмотреть, ведь, по мнению многих, она была колониальной столицей Испании. Знаменитая крепость Ла-Реаль-Фуэрса, Гаванский университет, являющийся старейшим в Новом Свете, множество католических храмов, способных восхитить и поразить своей красотой, несмотря на моё довольно циничное отношение к этой религии. И это лишь малая часть достопримечательностей всего одного города Кубы, пусть и самого значимого. По городу, особенно в сопровождении гида, можно было ходить неделями и при этом каждый день находить много нового и интересного. Особенно если в хорошей компании.
Можно было, но вот времени на культурную программу категорически не хватало. Стоило ли этому удивляться? Вряд ли, особенно учитывая то, с какой скоростью понеслись события в окружающем нас мире. Уже когда я покидал Ричмонд
