Читаем без скачивания Броня Молчания - Владимир Осипцов
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
— Брат Ковай, дайте аптечку для людей! И — комната довольно большая, может здесь есть какая-нибудь ванная? Поищите, нужна вода, обязательно!
Агира тоже склонился над раненым, вопросительно глядя в глаза демонессе.
— Вы владеете медициной⁈
Гандархав отрицательно покачал головой.
— Тогда разбираетесь в их доспехах? Вот — она показала на окровавленные латы инженера: — Попробуйте вычистить и привести их в порядок.
— Ремонтная коробочка слева, на поясе! — подсказала Даршани, пока они вместе с принцессой — дьяволица только кончиками когтей, а человек уверенно, расчищали рану от ниток и остатков пены.
Афсане крепко держалась за руку Сакагучи.
— Что это было? — спросила у него дочь императора.
— Ледяная нагината. Она сломалась, там осторожнее с раной, может, осколки остались.
— Нет, уже растаяли… — простонал Аравинда.
Вернулся Ковай с горшком воды.
— Ванны нет, Ваше Высочество, но нужник нашли.
— Отлично. Вскипяти воду.
— Как⁈ И без того большие глаза монаха стали совсем круглыми.
— Подержи горшок в руках, она и вскипит. Только не пролей!
— Мы поможем ему, поможем, правда⁈ — накинулась на командиршу Даршани.
— Успокойся. Кость цела и крупные сосуды не задеты. Нам повезло, — ободряюще улыбнулась дочь белокожей императрицы. Да. Повезло ещё и в том, что у людей не так много сосудов, как у демонов, и что это оказалась именно нога, а не рука или, не дай боги, грудь — там принцесса совсем не была уверена, что разобралась бы с инопланетной анатомией.
Ковай, воду, конечно, перегрел — вышла сущая смерть. Маваши сразу предложил разбавить холодной, но Мацуко запретила, послав всех мужчин носить новые порции. Воду всё-таки пришлось остужать, но с нею они быстро промыли рану (суккубам пришлось забираться повыше — кипяток, разлитый инициативными лекарями по полу, был для них смертелен), принцесса быстро и точно накладывала магическую изоляцию на рану по мере того, как очищалась рана — точно так же, как когда-то делала на себе, давным-давно. Потом сняли жгут. Изоляция выдержала, магическое обезболивание, за которое принцесса боялась больше всего — тоже, хотя Даршани сказала, что доспехи при травме сами впрыскивают обезболивающее, так что начинающая лекарша, может, и зря радовалась.
Даршани жутко волновалась, оказавшись перед моментом, когда нужно было сшивать рану. Ведь она этого никогда не делала — а учиться надо было не на ком-нибудь, а на своём любимом! К счастью, сладив с нервами, девушка вспомнила, что по части медицины люди придумали множество устройств, облегчавших жизнь — и машинки для чистки раны и сами подбирающие лекарства, и даже машинки для зашивания ран — нет, машинки для шитья как раз не было, и пришлось зашивать вручную.
Азер помогала заплаканной невесте (в руках у Кадомацу нитки просто сгорали). Поддержанные самим Аравиндой, они сначала повторили всё на воздухе, а затем принялись за живую ткань. И вовсе зря боялись — привычные к тонкой работе руки инженера не подвели, выходило неплохо. Только в двух местах Азер по указанию своей госпожи слегка поправила — и то не сам шов, а в узлах.
Рану промыли водой, смазали заживляющей мазью и замотали бинтом.
— Ох-ох-ох… уже всё⁈ — удивился Аравинда, поднимаясь на локте руки. Даршани радостно вскрикнула и порывисто бросилась ему в объятия, сразу же заревев на крепкой груди жениха.
— Ну что ты, что… Всё со мной в порядке. Вот только голова кружится немного… — безо всяких объяснений девушка принялась его целовать.
— И будет кружиться, — ответила Метеа, но её, похоже, никто не слышал: — Ты потерял много крови, а заменить её нечем. Нам надо спешить — одевайтесь, и тебя кто-нибудь понесёт… Мы… — она ещё раз посмотрела на них, и, не в силах бороться с собой, разрешила:
— Ладно… у нас ещё есть время…
Планируй, пока можешь
…Месть — это настоящее искусство, и вдвойне тот неправ, кто считает, что её надо вершить на горячую голову, ничего не обдумав. Так, как неправ тот, кто считает, что у Революционной Армии не было своих гайцонских демонов…
Марчантар как раз вызвал к себе таких — по всей крепости нашлось где-то около десятка-двух. Наёмники, перебежчики, предатели, а может быть и шпионы — без совести и чести, не ужившиеся со своими, торговцы секретами, или решившие что обиды дороже присяги — вот таких, он решил собрать для реализации своего плана. А пока, в ожидании, сидел над планом Коцита, и размышляя о возможностях обороны.
На карте лежали два рисунка принцессы, сделанные ещё художниками её родины — тонкий металл с гравировкой, на одной из которых девушка была изображена в вульгарной позе на спине, среди разбросанных одежд, раздвинувшей колени, на другой — в позе на коленях, ягодицами к зрителю и с зазывным выражением лица смотрящая на Марчантара. Он передвигал их, тайком поглаживая и прикидывая варианты…
Хоть Умкы и сбежал, он, всё-таки оставил ему боеспособную Цитадель. Надо будет успеть до полного окружения отправить всех гражданских и ключевых специалистов на Шульген и Диззамаль, восточные и южные сектора уже не спасти, а вот с офицерами придётся повременить… Гайцонцы ведь из шкуры вон полезут, чтобы свою принцессу спасти — нужна будет и армия, и те, кто будут ею командовать… «кнут, например… или хорошую такую верёвку…» — он вспомнил, что у него где-то в ящике стола лежали снимки связанных девочек — вопрос был только в том, чтобы на гайцонке веревка не сгорала… «О, ты будешь просить, чтобы тобою командовали…»… Он уже приказал — укрыться в стенах, наружу не высовываться без нужды, без крайней нужды — это уже сократило потери, особенно на северном и южном участках, что были недоступны для ракетного обстрела из космоса… В принципе, можно сделать что-то вроде ракеты, дать ей наркотик, и