Читаем без скачивания Ликвидаторы - Дональд Гамильтон

Я указал на кресло. Она замерла в нерешительности, а затем все же взяла себя в руки, быстро подошла и села. Взяла со столика чашку с блюдцем и стала пить кофе маленькими глотками.

— Они были друзьями Герцога, ведь так? — поинтересовался я.

Бет сидела потупившись и даже не взглянула в мою сторону.

— Называй его Ларри, — попросила она. — Он… он старается забыть о том, другом имени, и вобо всем, что с ним было связано. Да, они были его друзьями, или, по крайней мере, знакомыми с тех самых пор, когда… — Она замолчала.

— Когда он состоял в банде, — подсказал я.

— Да. — В комнате на какое-то время воцарилась мертвая тишина. А затем Бет резко вскинула голову. — Ты должен понять. Это все из-за детей. Он угрожал…

— Кто угрожал?

— Ее отец. Фредерикс.

— И что это были за угрозы?

Она сосредоточенно разглядывала кофейную чашку.

— Это было ужасно. Он использовал детей — моих детей — для давления на Ларри, чтобы заставить его…

— Чтобы заставить его что? — спросил я, когда она снова запнулась.

Она упрямо замотала головой.

— Этого я не могу тебе сказать.

Спорить и допытываться я не стал, и вслух лишь заметил:

— У Логана есть собственный ребенок, и он у него появился не вчера. А значит, он был узявим для угроз такого рода на протяжении многих лет. И если он настоящий мужик, в чем я, собственно, ни минуты не сомневаюсь, то он должен знать, как действовать в подобных ситуациях.

Она снова отрицательно покачала головой.

— Но тогда у него не было меня. Фредерикс думал, что я… уступлю и воздействую на… — Она снова замолчала, а затем тихо добавила: — Он был прав! Так и получилось! Я не могла этого вынести. С ними могло случиться, что угодно, в любой момент… Ты же сам видел, что там творится. Я сходила с ума от страха!

— И Герцог решил ослабить давление?

Бет смутилась, взглянула на Мойру, а затем вдруг выпалила:

— А почему она должна оставаться в сторону? Значит, ему можно угрожать моим детям…

— Но план не сработал, — заключил я. — Обидно. Хотя, конечно, двое придурков — не слишком большая потеря для общества, а вот собаку жалко. Славный был пес.

Бет сова вскинула голову и испуганно взглянула на меня. Еще бы, ведь я позволил себе так пренебрежительно отозваться о ценности человеческой жизни. Что ж, ей уже давно пора бы к этому привыкнуть. И тогда я сказал:

— Похоже, вы все предусмотрели, упустив при этом из виду лишь один момент. — Наводящего вопроса ни с той, ни с другой стороны не последовало, и внезапно я почувствовал себя древним стариком, уставшим от жизни, и мне стало очень грустно. — Между прочим, это также и мои дети. И если Герцог Логан не может обеспечить им надлежащую безопасность, то, полагаю, это должен сделать я. — Опять никакой реакции. Я напоследок прошелся полотенцем по волосам Мойры и выпустил его из рук. — Все, готово. Теперь иди и причешись, а то ты похожа на Медузу Горгону, у которой вместо волос на голове во все стороны извивались змеи.

— А ты что будешь делать, малыш?

— А мне нужно позвонить. Дело очень деликатное, так что я был бы очень признателен, если бы вы обе перешли в другую комнату и закрыли за собой дверь.

Мойра встала с пола и пытливо уставилась на меня.

— Я же сразу сказала, что ты работаешь на правительство. Держу пари, ты собираешься звонить в Вашингтон.

Разумеется, и на этот раз она была совершенно права. Как, впрочем, и всегда.

— Иди, расчеши свои золотые локоны и будь хорошей девочкой, напутствовал её я.

Она ещё какое-то время разглядывала меня, а затем легкомысленно передернула плечиками, словно отгоняя от себя одолевавшие её навязчивые мысли. Вот бы мне научиться с такой же легкостью отрешаться от своих проблем.

— Телефон вон там, — сказала она. — И не волнуйся, параллельных аппаратов в доме нет. Идемте, миссис Логан, ему нужно побыть одному.

Я дождался, пока они выйдут из комнаты. Бет была стройнее, женственнее и на полголовы выше. Мойра на её фоне казалась низенькой толстушкой. Затем я подошел к телефону, набрал обычный номер в Вашингтоне и прошел через обычные в таких случаях формальности. После этого меня соединили с Маком. Конечно, особым приятством сотрудничество с этим старым лисом не отличалось, однако следует отдать ему должное, что когда это нужно, он всегда оказывается на месте, а не играет где-нибудь в гольф.

— Это Эрик, — сказал я. — Сэр, я тут подумал, что вам будет интересно узнать, как я тут провожу свой отпуск.

— Эрик, ну так как там у тебя дела? — сухо поинтересовался Мак. Надеюсь, ты в полной мере наслаждаешься жизнью и жалеешь лишь о том, что меня нет рядом, и ты не можешь набить мне морду, так?

— Вообще-то, могли бы и предупредить, что в деле замешана моя семья.

— Мне показалось, что будет лучше, если ты сам узнаешь об этом на месте, — ответил он. — Тебе было бы неловко наведываться к ним в качестве агента, занятого выполнением официального задания; к тому же ты, не дай Бог, мог бы решить, будто я хочу, чтобы ты шпионил за ними.

— А вы этого не хотите?

Он рассмеялся и проигнорировал последний вопрос. Затем его тон стал по-деловому сдержанным.

— Я знаком с последним отчетом Пола. У меня также имеется медицинское заключение о результатах вскрытия, в котором, в частности, сказано, что его ранения имеют отнюдь не случайный характер, и на обычное избиение это не похоже. Надеюсь, ты понимаешь, что имеется в виду. Побои, конечно, были нанесены с особой жестокостью, но в целом складывается такое впечатление, что убийца Пола делал это со знанием дела и целенаправленно. — Мак откашлялся. — Он раскололся?

— Пол-то? — переспросил я. — Похоже на то.

— И у тебя есть доказательства?

— Мартель знает обо мне все, даже мой оперативный псевдоним. Разумеется, он мог получить эту информацию и из других источников, но, принимая во внимание тот факт, что на оперативную работу я возвратился совсем недавно, такой вариант представляется маловероятным. — И мгновение спустя, смутно догадываясь, о чем, должно быть, в тот момент подумал Мак, добавил: — Тем более, что под пытками у любого развяжестся язык.

— Да, за редким исключением. И поэтому к Полу претензий у меня нет. Я ругаю себя за то, что поставил его в такую ситуацию. Мне не следовало отправлять его туда одного. Ведь я знал, что он ещё не готов действовать самостоятельно, во всяком случае, против такого профессионала, как Мартель. Я… — В трубке снова воцарилось молчание, и я почувствовал себя несколько неловко. Любому станет не по себе, если человек типа Мака вдруг даст понять, что и ему не чужды человеческие чувства. Это способно подорвать вашу веру в такие незыблемые явления, как жизнь и смерть, и заставить вас усомниться в том, что Земля вращается вокруг Солнца. Я слышал, как он снова откашлялся, а затем натянуто сказал: — Получив такую информацию, Мартель должен был предпринять некие действия, а инаяе ты никогда не узнал бы о том, что он ею располагает.

— Да, сэр. Он попытался заставить своего босса, Фредерикса, вывести меня из игры, по крайней мере, на какое-то время. Полагаю, что инициатива исходила от Мартеля. Его положение до некоторой степени осложняет тот факт, что ему необходимо действовать в рамках своего прикрытия, то есть в качестве бандита, исполняющего указания своего шефа. Фредерикс наверняка стал бы задавать слишком много вопросов, если бы вдруг засек своего наемника на том, действующим по своей собственной инициативе. — И немного помолчав, я добавил: — Сэр, у меня есть вопрос.

— Да?

— Похоже, мы предполагаем, что Мартель находится в стране с некоей секретной миссией, и выполнением её он занимался последние семь лет или даже больше. А никто не рассматривал такую возможность, что он мог просто «завязать»?

— Что ты имеешь в виду, Эрик?

— Ну, он мог просто завести себе продолжительный роман с какой-нибудь дамочкой. И за это его могли просто-напросто выкинуть со службы. Какая досада! Не помирать же бедняге с голоду. И тогда он перебрался сюда и нанялся в охранники к главарю американской банды, ибо именно работа данного профиля была ему по душе и подходила больше всего. Когда же Риззи отправился за решетку, то Мартель просто изучил рынок труда и прибился к тому работодателю, который пообещал ему платить больше, чем другие, и по чистой случайности этим нанимателем оказался Фредерикс.

— И как тогда ты объяснишь то, что случилось с Полом?

— Запросто, сэр. Естественно, Мартель не хочет, чтобы вокруг него увивались ищейки типа Пола и меня — и вовсе не потому, что он проворачивает какую-либо секретную операцию, действуя по заданию наших оппонентов, а просто потому, что мы можем разоблачить его, как лже-Джека Фенна. Потому как бывший преступник, став законопослушным гражданином, не обрадуется встрече с детективом из своей прошлой жизни, ибо это могло бы нанести урон его вновь обретенной репутации честного человека.