вы все — рядом и я просто не могу их не чувствовать, — Саша указал пальцем на своего друга, — вот ты, Леонид — в смятении близком к отчаянию. Ты, Владимир, настроен решительно, но тебе тоже страшно, хоть ты и скрываешь. А тебе, священник, — терапевт снова оскалился, — не мешало бы брома хлебнуть, слишком много похоти в твоих мыслях.
— Да, с тобой не соскучишься, — ответил Отец Тихон.
У Владимира из кармана раздался звук входящего сообщения с мессенджера. Детектив достал смартфон и прочитал сообщение от контакта "КОНТОРА", он прочитал его про себя, потом решил рассказать всем:
— "Отдайте Кристине всё, что есть, безопасность гарантируем, и убирайтесь из Зарубина вон. Ваша работа здесь закончена, Вы нужны в Пензе".
— Я догадывался, что у тебя есть покровители, — сказал Леонид.
В этот момент Сашу будто пробрал холод, он поёжился, а потом приложил пальцы к вискам.
— Петя — здесь. За калиткой.
Все четверо вышли из избы, за калиткой стоял Пётр Чижевский.
— Я нашёл её логово, — сказал он.
Глава 23
Ближе к трём часам ночи Мария проснулась от того, что ей снился кошмар. Во сне она была в своём доме, отец спал в соседней комнате с громким храпом, ей пришлось встать с постели. Девушка поднялась, взяла со стула, брошенный туда тремя часами ранее, ночной халат и пошла на кухню, попить воды. Мария включила свет, открыла дверцу шкафчика, взяла свою кружку, которой пользовалась ещё с детства, и налила воды из крана.
Ей было тридцать два года, три года назад она потеряла свою мать и жила с пожилым отцом в старом доме, работала в библиотеке. У них было небольшое приусадебное хозяйство: огород, несколько кур и кот с собакой.
Мария весь вечер ждала звонок от Саши, но он так и не позвонил, через знакомых она нашла его номер и позвонила сама. Но батарейка в смартфоне терапевта на тот момент уже села. Сначала она немного обиделась, но позже решила, что у Саши могло что-то случиться.
Допив воду, Маша положила кружку в мойку. Краем глаза она заметила тень в темном коридоре, но, посмотрев туда, никого не увидела. Решив, что ей показалось, она выключила свет на кухне и пошла в коридор, направляясь к своей комнате. В комнате горел ночник, поэтому дверной проём был хорошо виден, как оранжевая рамка, окаймляющая чёрный прямоугольник.
— Машенька, — кто-то прошептал у неё за спиной скрипучим шёпотом.
Девушка оглянулась с испугом. С другой стороны коридор выходил на кухню, оттуда был виден холодильник, мойка и окно, за которым в лунном свете лёгкий ветерок колыхал ветви яблони. Только, когда Мария туда посмотрела, помимо привычной картины там была одна деталь. Не то, что необычная, а даже противоестественная. Мария увидела силуэт согбенной пожилой женщины, она сразу узнала свою мать. Ей не нужно было даже видеть её лицо, чтобы понять. Шок пронзил девушку, она стояла как вкопанная. Дверь в комнату отца была открыта, и свет уличного фонаря попадал в его окно, создавая в коридоре светлый прямоугольник. Мария не могла даже закричать. Тень медленно пошла к ней, девушка почувствовала, что во рту всё пересохло, а ладони вспотели. По телу побежали мурашки. Призрак подошёл к краю светлого прямоугольника.
— Не открывай, — проскрипела мёртвая мать.
Мария выдохнула со стоном. Призрак начал заходить в фонарный свет. Она увидела бордовую блузку и чёрную юбку, в которой похоронили ту женщину. Кожа на ладонях была словно прозрачной, тонкой плёнкой, и пожелтевшие ногти с забившейся в них могильной землёй.
— Не открывай, — повторила тень и зашла в светлый прямоугольник ещё ближе.
Библиотекарша почувствовала запах земли и грязи. Были видны опустившиеся губы, обнажившие крошащиеся зубы покойницы, ткани носа провалились, показывая тёмные дыры ноздрей. Глаза по-прежнему оставались в тени. Призрак полностью зашёл в свет, который озарил левую сторону того, что осталось от лица некогда самого любимого и родного человека в жизни этой напуганной до смерти девушки. Единственный видимый глаз покойницы был покрыт беленой. Мария начала интенсивно дышать, жадно забирая воздух.
— Не открывай ночью дверь, — сказал призрак, — за порогом стоит твоя смерть.
Мёртвая мать исчезла, что-то тяжёлое навалилось ей на грудь, и чья-то рука схватила её за плечо. Девушка закричала. Она кричала, пока не проснулась.
Проснувшись, она увидела два красных глаза, смотрящих прямо на неё. Мария лежала на кровати, а её отец лежал на ней, его ноги рефлекторно дёргались, а из разодранной шеи выливались остатки крови, отчего белый пододеяльник Марии превратился в красный. Поняв, что девушка пришла в себя, лысый красноглазый мужчина, взял за шиворот труп Ивана Богдановича и скинул с кровати.
— Стоит отдать старику должное: до последнего пытался тебя защитить, — произнёс лысый и улыбнулся клыкастой пастью.
Мария не сразу, но узнала его. Это был Вячеслав Александрович, заведующий терапевтическим отделением из районной больницы. У неё уже не было сил кричать, она положила ладони на уши, посмотрела на мёртвого отца и заплакала. Она очень хотела снова оказаться в кошмарном сне со своей матерью, где угодно, только не здесь.
— Собирайся, Маша, — сказал вампир, — нам предстоит длинная дорога. Не вынуждай меня заставлять тебя.
Девушка, дрожа всем телом и, закрыв глаза, встала с кровати, накинула халат и послушно пошла за Вячеславом.
Когда они вышли на улицу, вампир повёл Марию к фонарю.
— Видишь, как хорошо быть врачом? Все тебя пускают в любое время суток, — начал он.
— Зачем я вам? Хотите меня убить, как и отца? Что он вам сделал? Что МЫ вам сделали?
Бывший зав отделением тяжело выдохнул, с его окровавленного подбородка упала капля, он посмотрел библиотекарше в глаза.
— Ты и твой отец для меня — просто пища. Я не испытывал злобы, когда убивал его, я просто хотел утолить свой голод.
— А я, получается, нужна вам как про запас?
Вампир тихо засмеялся.
— Нет, милая моя, для тебя уготовано нечто большее. Безусловно, я угощусь твоей кровью, но не сейчас, а немного позже.
Они зашли под фонарь.
