«Я никто не существую меня здесь нет!»
Чудовище, уже тянувшее руки-крюки к добыче, удивлённо всхрапнуло, остановилось, совсем по-человечески почесало затылок.
Лиза трясущимися руками нащупала застёжку, рывком расстегнула молнию на спальнике. Раздался предательский «вжух».
— М? — вендиго дёрнулся, сделал шаг вперёд. Если бы Лиза не откатилась за мгновение до этого в сторону, он бы на неё наступил. Не мешкая, девушка вскочила, перелезла через кресло, чуть не навернувшись со спинки, и, увязая в снегу, побежала к спасительному камню телепортации.
Билась в голове одна-единственная мысль: «Безопасно, да? Безопасно⁈»
Петрович сейчас вообще не была способна думать о другом, например, о том, что плевок, чем-то обваривший лицо, не подействовал на неё так, как надо, то есть, не превратил в безвольную куклу. Или почему она увидела последний день жизни человека, ставшего вендиго, его же глазами. И где он, в конце концов, был всё то время, что Лиза, словно ротозей-турист, шастала по Советам?
Спасительные камни беспрепятственно её пропустили. Петрович обессиленно, хотя пробежала всего ничего, упала в снег и воткнула в него лицо. Жжение слегка притупилось.
«К чертям такие приключения. Домой. Пускай Каримыч собой вендиго кормит».
И только сейчас девушка сообразила, что рюкзак остался у чудовища. А значит, и кровь для открытия телепорта — тоже. Она перевернулась на спину, осторожно стёрла с лица снег.
«Здесь мне ничего не грозит. Но что толку, если нет ни шприца, ни ножа? Даже завалящей железяки какой-нибудь. Сидеть до весны, пока оно в спячку впадёт? Или до той поры, когда шеф через три года разродится новой поисковой экспедицией?»
Лицо уже не так сильно, но всё ещё горело. Девушка снова перевернулась, встала на четвереньки, подползла к самой чистой и большой куче снега, принялась «умываться». Она старалась не слишком тереть, чтобы не поцарапать и так повреждённое непонятно до какой степени лицо, а вот холод мужественно игнорировала. Жжение с каждой пригоршней снега ослабевало, и в конце концов уступило место слабому ощущению саднящей раны.
Лиза поднялась, машинально отряхнула колени и по-хозяйски посмотрела на окружающие её камни.
«Пористая поверхность при определённом упорстве может ободрать кожу. Но, чтобы пошла кровь, да ещё в таком количестве, чтобы телепорт сработал… Нет. Идиотская мысль. Хватит лица. Такое ощущение, что я им по асфальту проехалась».
Лиза нежно, осторожно притронулась к щеке подушечками пальцев. Боль в месте прикосновения на пару секунд усилилась, кожу защипало, но крови на руке не осталось. Девушка вдруг почувствовала что-то вроде сожаления, ведь если бы рана была глубокой, вопрос с пропуском в телепорт решился бы относительно легко.
«Так. Спокойно. Отвод глаз будет действовать ещё минут десять, а то и пятнадцать. Надо просто быстро-быстро вернуться в павильон, схватить рюкзак и сюда. Успею».
Решение не выглядело правильным и умным, но ничего другого в голову не приходило, а время поджимало. Поэтому Петрович храбро вышла из каменного круга.
Именно в этот момент из-за дальнего угла высотки показался вендиго. При дневном свете он выглядел не так страшно, как в темноте, но гораздо более омерзительно.
Голый, частично покрытый белой шерстью, впрочем, Лиза после ночного сновидения знала, что эти редкие неаккуратные пучки скорее паутина. Широкие, совершенно квадратные плечи, длинные руки — кисти не только достают до снега, но и волочатся по нему; укороченные ноги, у которых колени «смотрят» назад, а не вперёд; на голове всё та же шерсть-паутина, но только на макушке и за ушами, а остальное — лысый череп, покрытый какими-то отвратительными прыщами.
А главное, лицо. Вытянутая вниз, к подбородку, громадная челюсть, плоский нос, глаза щёлочки, лоб, переходящий в череп практически сразу над бровями — вряд ли кто-то смог бы узнать в вендиго бывшего человека.
Монстр неторопливо, даже как-то вяло добрёл до двери в подъезд и скрылся в нём.
«В логово полез, тварь».
Не теряя времени, Лиза рванула бегом по своим собственным следам за высотку, в свадебный салон. На её счастье, дверь в здание осталась открытой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Обогнув так и стоящее посреди дороги кресло, девушка хищно осмотрелась, увидела рюкзак, метнулась к нему, подхватила и, не замедляясь, выскочила наружу.
Лоб зачесался.
«Блин, не успела!»
В голове всплыли «кадры» того, как нечеловечески быстро перемещается вендиго, когда охотится. Лиза припустила так, как не бегала никогда в жизни.
— Помогите! А-а-а! — женский крик, полный боли и ужаса, хлестнул, будто плётка. Петрович даже подпрыгнула на ходу. Она очень мало знала о вендиго до сегодняшнего дня, по сути, только название слышала и то, что такое создание ест людей, но легко догадалась, что это какая-то «замануха», потому что на острове вряд ли есть ещё хоть кто-то живой.
Она не успела. Почти коснулась рукой камня, но её схватили за ноги, уронили и, перевернув лицом вверх, потащили в пасть, которая раскрывалась шире квадратных плеч прямо на глазах.
Лиза не стала тратить силы на крики и барахтанье. Да и времени на это не нашлось — всё действо заняло не больше секунды. Инстинктивно, не думая, девушка треснула кулаком прямо в острые зубы, едва они оказались в опасной близости.
Дралась она только в детстве, до того, как появилась невероятная выносливость. Поэтому очень удивилась, когда поняла, что в бою её силища — хороший козырь.
Хрустнуло. Вендиго взвыл, выпустил добычу и схватился руками за собственную морду. Жуткая пасть съёжилась, скукожилась до относительно нормальных размеров. Лиза, не тратя времени на подъём, поползла к спасительным камням, и только внутри позволила себе вскочить и обернуться. Сердце колошматило о рёбра, как сумасшедшее, дыхание всё время сбивалось.
— Ну? Иди, иди сюда! — крикнула она, видя, что чудовище вновь разевает пасть и делает шаг к путевым камням. — Давай же!
И её тут же захлестнуло разочарование. Вендиго оказался не таким глупым и импульсивным, как огненная птица в памятном американском городке. Девушка-то понадеялась, что в охотничьем азарте монстр окажется в опасной близости от камней и развеется в пыль, но вендиго остановился в шаге от наружного круга телепорта.
Между ними получилось всего метра полтора. Чудовище, если бы протянуло свою длиннющую руку, смогло бы дотронуться до девушки. Но оно всего лишь склонило голову набок, и громко, надрывно, крикнуло мужским голосом:
— Помогите-е-е! Спасите-е-е!
«Вот гад. Это он заманивает так. А потом харкает, чтобы добыча не сбежала. Скотина».
Сердце постепенно успокаивалось, дыхание тоже, но медленно. В голове всё ещё царила некоторая расхристанность, поэтому Лиза не стала торопиться — побоялась, что может кровь, например, мимо жертвенника выплеснуть или не слишком внятно назвать пункт назначения.
«Он мне всё равно ничего не сделает здесь, внутри».
Кажется, это понял и вендиго. Он ещё пару раз покричал то женским, то детским голосом, дважды обошёл круг из камней, а потом исчез из поля зрения. Стало подозрительно тихо.
Лиза прекрасно видела дверь подъезда, так что знала — тварь в логово не возвращалась.
«Может, на болота ушёл?»
Она тоже обошла камни, но, естественно, внутри. Внимательное выглядывание дало свои плоды — девушка увидела, что глубокие следы в снегу действительно ведут на болота.
«Пошёл другую добычу искать. Интересно, какую? И как он три года просуществовал без еды? Он что, кикимор из-под льда выковыривает и жрёт?»
Последняя идея тут же показалась глупой. Ворон ворону глаз не выклюет, а значит, одинокий остров посреди болота не такой уж и одинокий, и где-то относительно недалеко есть другое человеческое жильё с потенциальными жертвами, или в жизни вендиго есть нюансы, которые видение не показало.
Она потрогала щёки. Никакой повышенной чувствительности. Чем бы ни плюнул монстр, кожа уже справилась и перестала болеть. Лишь лоб всё ещё чесался, сигнализируя о том, что отвод глаз пока не работает.
