ее неожиданно возродившейся магии. Тот энтузиазм, с которым маг бросился изучать ее энергетические потоки и чего-то там искать в своих записях.
Да и не только к ее магии. Дора зарумянилась, вспомнив его взгляд в кабинете.
— Дерганый он какой-то. И это боевой маг? — задумалась девушка. Нет. Они все очень спокойные и сдержанные.
— Ладно. Вот сделаю чай, и займусь домом, — решительно подумала Дора. В конце концов, это моя работа. А его странности — это его странности.
Дора взяла чайник в руки и наполнила его чистейшей водой, которая здесь текла прямо из крана.
Поставила его на огонь и приготовила баночку с морозной ягодой. Открыла ее и с удовольствием вдохнула терпкий пряный аромат сосновых почек и снега.
— Добавлю щепотку мелиссы. Не помешает, — подумала Дора и достала баночку из прозрачного стекла с притертой стеклянной же крышечкой.
Не прошло и пары минут, как чай был готов. Напиток настоялся и благоухание наполнило кухню. Дора сглотнула.
Пить хотелось страшно. Она подошла ко второму шкафчику и достала большую белую кружку с ярким подсолнухом на боку.
Налила чаю себе и тут задумалась.
Нести горячий напиток наверх магу Доре совсем не хотелось.
— Такие крутые ступеньки, увольте.
Не ровен час, споткнусь, — подумала Дора, вспоминая винтовую лестницу.
И мало того, что не донесу, так и еще и обожгусь.
— Ладно, сейчас выпью чашечку и поднимусь к нему. Скажу, что чай готов. И все. Надо будет, сам спустится, — решила девушка и с удовольствием глядя на сияющую кухню, принялась глоток за глотком пить вкуснейший напиток.
Чай немного горчил, но мелисса охлаждала эту едва заметную горечь, придавая напитку изысканность и даря немалую пользу.
Допив до конца, Дора отставила чашку и пристально взглянула. Мгновение — и та опять стала чистой и сухой.
Девушка улыбнулась и не раздумывая больше ни о чем, отправилась наверх.
В этот раз подъем по винтовой лестнице прошел куда быстрее. Ну так в руках-то у нее не было блюда с ветчиной и хлебом.
Дора поднялась и даже почти не запыхалась.
Но вот подошла к кабинету мага она уже медленней. Сова на дверной ручке взглянула на нее одним глазом с немалым удивлением.
Мол, что это вы, милочка, повадились к моему хозяину?
Девушка вдруг показала сове язык и, предварительно постучав, повернула ручку. Сова сделала вид, что ничего не заметила. И вообще, спит.
Дора усмехнулась и, приоткрыв дверь, доложила хозяину:
— Леон, чай настоялся. Ждет вас в кухне, — смело добавила она.
— Благодарю, милочка, — сухо ответил маг и зашуршал очередной книгой.
— Ну, если так и дальше пойдет, то мы с ним вполне уживемся, — удовлетворенно подумала Дора, на сердце у которой все-таки было неспокойно.
А уж неделю-то я точно выдержу!
Глава 25
Когда за Дорой закрылась дверь, Леон выдохнул и отбросил в сторону раскрытый манускрипт. Мужчина с удивлением заметил, что все это время он глядел в книгу, а видел… ровным счетом ничего не видел.
Строчки сливались, а перед его глазами так и стояло ее лицо. Испуганное, с широко раскрытыми глазами. Тогда, на лестнице, когда она вдруг ни с того, ни с сего задрожала и попятилась от него.
В тот момент Леон тоже вдруг что-то почувствовал. Это воспоминание, о котором девушка не захотела говорить, будто что-то затронуло в нем самом. Отголосок страха и…гнева. Беспомощности и потери.
Леон хотелось вскочить и броситься к двери. Догнать Дору и обнять, крепко-крепко прижав к себе.
Он даже поднялся, сделал несколько быстрых шагов, но остановился.
— Что со мной, лавиновы кости?! — мужчина рухнул в старое кресло и даже не обратил внимание на то, что приземлился на одну из своих рукописей.
Он вдруг почувствовал в девушке родственную душу. Душу человека, прошедшего через травмирующие события. И понял, что он не столько хотел прижать ее к себе, сколько прижаться сам.
Прижаться и ощутить тепло женского тела, которого не чувствовал давно.
Леон опять запустил руки в волосы и замер.
— Вот я дурак. Полный. Она же сейчас нестабильна. Шарахнет, мокрого места не останется. Мне ли не знать, — вздохнув, прошептал мужчина.
— Ну что же. Значит, магистра Клари можно поздравить, — с грустью подумал Леон и откинулся на спинку кресла.
Воспоминания нахлынули волной.
Его, тогда совсем молодого боевого мага первого уровня, отец Доры, магистр Иватан Клари, взял в первый рейд.
Боевые маги императорского резерва раз в квартал выходили в рейд по злачным местам Милева. Злачным не с точки зрения простого горожанина, а с точки зрения мага.
Среди магов, зарегистрированных в государственном реестре, попадались весьма одиозные личности.
Которые не гнушались подработкой на стороне. И использовали совершенно запрещенные ритуалы. Работа с кровью и проклятиями были одной из них.
Ритуалы эти требовали недюжинной магической силы, а оплачивались так, что и в императорском резерве не платили.
И находились желающие, даже несмотря на последствия.
А последствия те бывали весьма тяжелы, вплоть до потери магии. Зачастую — принудительной.
Первый рейд для Леона был событием!
Сердце стучало, когда он надевал выданную форму — простые темные брюки и темный же камзол с длинными рукавами. Простой форма была только внешне. На самом деле в ней было целых пять слоев антипроклятийной пропитки.
— Мы как вороны, — ткнул его в бок Нокк, напарник в этом рейде.
Леон только кивнул головой и натянул черные лаковые сапоги.
Рейд уже подходил к концу.
— И ни одного нарушителя! — молча сокрушался Леон, представляя себе, как он одним только взглядом пригвождает мага-нарушителя к месту. А потом из его рук взлетают и оплетают того огненные ленты.
Спеленутый как младенец маг только сверкает зло глазами. Леон усиливает напор, и маг уже и
