Вернувшаяся девушка с болью в глазах развязала бинты. Твою мать! Как я без кистей еще не осталась. Тогда в ванной мне показалось, что я увидела белые кости, но нет. Связки основательно повреждены, но костей не видно. Не кровоточит, не покрывается заживающей пленкой, все так и осталось, разве что совсем обгоревшие участки просто срезали. Золотые браслеты закрывали рану в три пальца шириной защитным барьером. Заботятся о своей носительнице, артефакты демоновы! Я представила себе, как буду разрабатывать руки после излечения и слезы потекли по новой. Дроу кинулась ко мне. Вытирала слезы, пыталась как-то успокоить, гладила по волосам. Минут через десять силы кончились и я отключилась. Проснулась от криков Ридека. Кричал он на Нефру, типа почему не позвала, когда я очнулась. Его пытались успокоить брат и Зар. Я открыла глаза. Девушка в ту же секунду оказалась рядом. Опять помола сесть. Опять напоила водой, все это время стояла оглушительная тишина, я чувствовала сочувственные взгляды Эля и Зара, и злой Ридека. Собравшись с силами, подняла на мужа глаза. Он подошел ближе к кровати, я шарахнулась от него, и случайно облокотилась на руку. Боль. Как я и предполагала теперь сопровождает меня всегда. Нефра к моему удивлению, встала между моим мужем и моей кроватью. Молодая девушка выглядела хрупкой, но напряженная, спина видимая мне, четко дала понять близко не подпустит. Не знаю что было в лице дроу, но Ридек сделал два шага назад. Я расслабилась, и благодарно посмотрела на девушку, которая вновь хлопотала возле меня, помогая устроиться удобней.
— Может, ты мне объяснишь, с кем так хотела развлечься? — Он…идиот? Или прикидывается?
— Что? — мой хриплый голос был едва слышен. — Ты хочешь обвинить меня в этом? — я кивнула на свои руки. — Скорее я должна спросить, стоила ли та дрянь моих страданий! Может ты и не заметил, но Акрий провел полный обряд, однако кто-то очень добрый подсунул браслеты с обратной связью! Дальше объяснять? — злой шепот, похожий на шипение змеи. Слез обиды не было. Глаза были сухими, хватит, надоело, я может и слабая, но всему есть предел. Ридек его уже давно перешагнул. — Если больше нет вопросов, пошел вон! Все пошли вон! — мужчины вышли. Нефра, напоровшись на мой взгляд, вздрогнула, но упрямо вскинула подбородок. Я почувствовала укол совести. — Извини, пожалуйста. — слова дались с трудом.
Ночью, проснулась от чужого присутствия. Глаз не открыла, но почувствовала как меня гладят по волосам. Дар показал полное отсутствие живого существа. Понятно, либо Ридек, либо Эль. Либо еще кто, мне не известный.
— Прости. — все-таки Ридек. Я внутренне сжалась. — Я кажется совсем заигрался. Не хочу замечать очевидных вещей. Хуже ребенка. Надеюсь, когда-нибудь наберусь храбрости, попросить прощения, глядя тебе в глаза. А сейчас слишком горько осознавать собственную глупость и упрямство.
Что он говорил еще, я уже не разобрала. Заснула, успокоенная поглаживаниями, и довольная услышанным. Еще неделю я валялась в постели. Рана прикрытая щитами начала заживать. Медленно, принося много боли. На полное восстановление ушло еще две недели. После чего я смогла наконец-то встать самостоятельно. Пальцы плохо слушались, запястья двигались через силу. Очередной приступ жалости к себе, был подавлен. За все это время, за эти три недели, каждую ночь приходил Ридек. Больше он не говорил, просто сидел рядом на кровати. Иногда обнимал меня, просыпающуюся от очередного кошмара, и я спокойно спала дальше. И ведь не прекратил приходить по ночам. Даже когда я совсем поправилась и уже вполне нормально разработала обе руки. Интересно все девушки могут прощать вот за такое незначительное проявление заботы любую обиду. Я смогла. Сама того не осознавая я ждала. Ждала наступления темноты. Когда его, теперь заботливые, руки обнимут прикидывающуюся меня, когда я смогу не просыпаться до самого утра, забыв о кошмарах в его присутствии. Мне казалось я слышу отголоски его чувств, осторожности, вины и симпатии. В остальное время мы практически не виделись. Иногда на очередном балу, во время которого он больше не бросал меня одну. Я познакомилась с остальными советниками. Некоторые мне понравились своим желанием сделать что-то для страны, а не своего кармана. Некоторые вызвали резкое неприятие одним своим видом, напыщенные, наглые, самоуверенные. Таких я обходила стороной. Зарабатывать на ровном месте врагов не хотелось. А так определенно произошло бы, натура Лио все больше проявляла себя смешиваясь с моим нравом, который приобретал взрывоопасный характер.
В одну из ночей я опять поссорилась с Ридеком, хотя это не правильное определение, скорее расставила точки в наших отношениях. Это произошло через два месяца после первого бала. В ту ночь я как всегда не спала, ожидая, когда откроется дверь и бесшумно войдет муж. В тот день я решила прекратить притворство. Вся эта ситуация стала напоминать сюжет из третьесортного романа. Когда он привычно устроился на кровати, я повернулась и посмотрела прямо в глаза. Первое время просто смотрели, молчали, каждый думая о своем.
— Почему ты приходишь только по ночам? Почему в остальное время ты предельно вежлив и учтив? — я говорила шепотом боясь спугнуть момент, боясь, что он уйдет.
— Так будет лучше для тебя. — его глаза тухнут и из них пропадают все чувства. Отводит взгляд и смотрит на мои руки, вцепившиеся в рукава его рубашки.
— Я могу сама решить, что для меня лучше! И мне лучше с тобой, таким какой ты здесь по ночам. Искренний, я ведь слышала тогда твои слова, я, демоны тебя подери, простила. За твою заботу и ласку, но никак не за холодную вежливость. Я…я… — Ой! Вот то, что я сейчас хочу сказать, неужели это правда? Неужели я успела полюбить этого мужчину за прошедшие два месяца? Оказывается да. Блин, иногда так плохо разбираться в чувствах. Ведь даже иллюзию ошибки не сохранить. Раз так, значит будем ковать свое счастье своими руками!
Приподнимаюсь и целую дроу. Секунд пятнадцать не было никакой реакции, а потом меня все же поцеловали, да так, что звезды перед глазами заплясали от охвативших меня чувств. А потом все резко оборвалось. Часто дышащий Ридек, стоял в нескольких шагах от моей кровати и сжимал кулаки. Я сидела и в растерянности смотрела на него. Мне было не понятно почему он остановился. Но я поняла только одно, в этом плане я ему не интересна, а судя по злому выражению лица и вообще противна.
— Уходи. Уходи, не надо больше меня мучить. Оставим все как есть. — опять я его выгоняю. Только теперь хочется в голос реветь. А нельзя, учимся быть сильной и не поддаваться эмоциям. Каменное выражения лица, и многозначительный взгляд на дверь. Он ушел не сказав ни слова. Даже не посмотрев на меня. Больше он в моей спальне не появился, ни на следующий день, ни через неделю. Меня опять стали мучить кошмары.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
