Но теперь он понимал, что Нирати была права. Она с самого начала видела все в истинном свете: после свадьбы ничего бы не изменилось. Некоторые люди способны меняться, большинство — нет. Маджиата не собиралась меняться, ведь Келес выполнял все ее требования. И родные всегда твердили ей, что она ведет себя единственно верным образом.
Келес поежился. В некотором смысле было бы проще, если бы люди были устроены так же, как Соты. У Сотов каждый этап жизни заканчивался спячкой. Так гусеница становится куколкой, из которой вылетает бабочка. Хотя Соты и не менялись настолько сильно — от безобразного к прекрасному, — нечто подобное происходило и с ними. Как гласили легенды, чувствуя, что наступила пора изменить свою жизнь, они подыскивали место для спячки и уходили из мира на месяцы или годы. За это время полностью менялось их мышление, а затем и внешний облик. В мир возвращались новые, более мудрые существа.
Говорят, что Соты высшей ступени способны заглядывать в будущее, но это приводит к печальным последствиям для тех, за чьими жизнями они наблюдают. Келес усмехнулся. Должно быть, один из них видел мою первую встречу с Маджиатой.
Хотел бы он вот так, запросто, выкинуть ее из головы. Но пока не удавалось. Он словно наяву видел ее улыбку, слышал воркующий голосок. Впрочем, она была не слишком внимательна к нему. Келесу хотелось, чтобы кто-то смотрел на него с подлинной страстью, ему не хватало уверенности в завтрашнем дне. Он не хотел снова чувствовать, как внутри все сжимается от ужаса.
Келес покачал головой, наблюдая, как Джорим подходит то к одной, то к другой стайке хихикающих молодых женщин. В искусстве обольщения брат Келеса был настоящим джейкаи. Прическа, синяк под глазом, многочисленные истории, в которых упоминалось его имя… Джорим производил необычное, загадочное впечатление. Он был дерзким, вызывал ощущение опасности; женщинам в столице не хватало именно этого.
А вот я совершенно безопасен.
Келес вздохнул. Он никогда не пользовался таким успехом у женщин, как его брат. Отчасти поэтому он так промахнулся с Маджиатой. Она ловко обманывала его, изображая страстную любовь. Келес мечтал встретить девушку, с которой захочет разделить свою жизнь, но теперь он боялся, что вновь не сможет отличить истинные чувства от подделки.
Послышались глухие удары копий Керу об пол — прибыл кто-то из высокопоставленных гостей. Келес посмотрел на двери, ожидая, что увидит Правителя Кирона со свитой. Но вместо этого в дверях показался высокий человек в темно-синем одеянии. Левый рукав обвивала золотая лента. Правитель Пируст ждал, когда Керу снова поднимут скрещенные копья, чтобы он мог пройти в зал, не склоняя головы. Он ждал долго — не меньше, чем длился бы поклон в честь особы королевской крови, и только после этого Керу пропустили его.
Вошедший в зал помедлил у входа, предоставив стражам возможность лицезреть его незащищенную спину. Затем поднял левую руку и погладил маленькую аккуратную бородку. В темно-русых волосах пробивалась седина, но старым гость не выглядел. Келес даже издалека разглядел, что у Правителя не хватает двух пальцев на левой руке. Внушительных размеров перстень сверкал на обрубке среднего пальца.
Даже Келесу была известна история этого кольца. Гелосунд был завоеван задолго до того, как Пируст занял трон Дезейриона, но бывший гелосундский правитель не оставил замыслов возвратить отнятое, и собранное им войско внезапно вторглось на когда-то принадлежавшие ему земли. Пируст лично возглавил армию и повел ее на противника. Он со своим отрядом попал в засаду, был ранен, потерял два пальца на руке и вместе с ними — королевский перстень Дезейриона. Тем не менее, Пируст выжил и впоследствии разбил сопротивление гелосундцев, убив Верховного Правителя. Новый королевский перстень был отлит из золота короны, снятой Пирустом с убитого.
Келес двинулся к Правителю, чтобы поприветствовать его. Пируст заметил молодого человека и направился ему навстречу. Жестом он попросил Келеса оставаться на месте и остановился в десяти футах от него. Подождал, пока Келес поклонится, и почтительно ответил тем же.
Оглядев Келеса, Пируст заметил:
— Ты явно один из Антураси. Келес, полагаю?
— Это честь для меня, Ваше Высочество.
— Для меня — не меньшая. Я мечтал познакомиться с тобой.
— Надеюсь, это были приятные мечты.
— Вполне. — Правитель подошел ближе и слегка улыбнулся. — Антурасикан восхитителен. Я мечтал, как пройдусь по нему с моим братом, Зейралом. Ему бы здесь непременно понравилось.
— Не знал, что у вас есть брат, Ваше Высочество. Он не приехал с вами?
— Нет, его уже нет в живых. — Пируст поднял изуродованную руку. — Заранее благодарю за сочувствие. Иногда я скучаю по нему. Не стоит сожалеть, что вы не были знакомы. Моя семья ведет уединенный образ жизни. А вот ваша известна далеко за пределами Наленира. Разумеется, ведь вы — образец для подражания для картографов всего мира. Совершенно ясно, почему Правитель Кирон столь ревностно сторожит вас.
— Мы очень ценим заботу Правителя о нашем благополучии. — Келес почувствовал себя немного не в своей тарелке. — Выпьете немного вина, Ваше Высочество? Для меня будет честью принести для вас кубок.
— Возможно, но попозже.
Пируст придвинулся к Келесу, положил руку на его плечо и проговорил, понизив голос:
— Я слышал, что ты исследовал окрестности Золотой Реки. Ты знаешь, что прямо через сердце моих владений протекает Черная река?
— Да, мой господин. — Келес согласно кивнул, хотя Черная река издавна служила границей между Гелосундом и Дезейрионом. — Это одна из трех великих рек.
— Нет нужды в излишней вежливости, Келес Антураси. Я прекрасно вижу, что тебе неловко.
— Простите, сир.
— Хотя я сам и вызвал эту неловкость, она говорит в твою пользу. Это свидетельство твоей надежности. — Пальцы Пируста теребили одну из пурпурных лент, украшавших накидку Келеса. — Мне нужно исследовать Черную реку.
— Боюсь, Ваше Высочество, что я не смогу взять это на себя.
— О, да, разумеется. Я и не прошу тебя делать это лично. Я надеялся, что ты сможешь помочь мне с выбором картографа. Возможно, здесь или в моих владениях есть человек, которому ты мог бы доверить подобную задачу. — Пируст продел пурпурную ленту сквозь прорезь в золотом рукаве и наконец отпустил ее. — Но, конечно, если ты вдруг поймешь, что не хочешь оставаться в Наленире, мы с радостью примем тебя у нас.
— Ваше Высочество, вы очень великодушны. Я уверен, что Дезейрион — чудесная страна.
— Дезейрион по-своему хорош. Хотя, как тебе известно, ледники превратили большую часть наших земель в бесплодные каменистые пустоши. Вот почему дезеи такие неуступчивые, даже упрямые: мы привыкли упорно работать, чтобы выжить. И поэтому хватаемся за любую возможность, чтобы улучшить свою жизнь. Как я сказал, твоя помощь будет очень высоко оценена. Если бы ты мог возглавить экспедицию, ваша семья, несомненно, могла бы узнать гораздо больше о землях Дезейриона. Может быть, ты обсудишь это с дедом?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
