Сен-Симон ввел понятие индустриального общества, сменяющего в результате ряда революций (политических и научных) военно-теократическое сословное общество; сен-симонисты – идею убывания классового антагонизма и возрастания ассоциации вплоть до централизованного научного планирования работ. Из сен-симонизма исторический материализм и «пролетарская политэкономия» Маркса и Энгельса заимствовали критерий стадиального смягчения эксплуатации человека человеком (рабовладение, крепостное право, наемный труд), тогда как другой критерий – стадиальный прогресс знания (религиозное, метафизическое, научное) перешел в позитивизм и социологию О. Конта.
Заслуживает внимания абзац в «Изложении учения Сен-Симона», который еще до появления самого слова «социализм» очертил формационное понимание социализма, ставшее через марксистскую идеологию каноническим в СССР:
«Человек эксплуатировал до сих пор человека. Господа, рабы; патриции, плебеи; сеньоры, крепостные; земельные собственники, арендаторы; бездельники, труженики – такова прогрессивная история человечества до настоящего времени. Всемирная ассоциация – вот наше будущее. Каждому по его способности, каждой способности по ее делам – вот новое право, которое заменит право завоевания и право рождения»[253].
Наконец, из сен-симонизма марксистское учение о способах производства и общественно-экономических формациях заимствовало эталонный подход. Характеристика формаций основывалась на анализе опыта отдельных «образцовых» «классических» стран и регионов: рабовладельческих Греции и Римской империи, феодально-сословной Франции, индустриально-капиталистической Англии. Резюмировав основы формационной теории прогресса в предисловии к работе «К критике политической экономии» (1859), Маркс заявил в предисловии к первому тому «Капитала» (1867), что страна, промышленно более развитая, показывает менее развитой стране картину ее собственного будущего.
Стадии капиталистической формации
Из систематизации экономической истории Англии Маркс вывел членение капиталистической формации на две исторические стадии, отождествив с ранней – мануфактуру[254] (применение детализированного ручного труда многих наемных работников), а со зрелой – фабричное машинное производство. Переход от одной стадии к другой был отождествлен Марксом с промышленным переворотом в Англии, ранее исследованным Ф. Энгельсом («Положение рабочего класса в Англии», 1845) и датированным 1760–1830 гг.
Понятие мануфактурного периода у Маркса и Энгельса в целом синонимично понятию эпохи первоначального накопления капитала и господства торгового капитала в Западной Европе. Это стадия перехода от общества феодальных стеснений к обществу свободной конкуренции капиталистических фабрик. Хронологические рамки этой эпохи вмещают также великие буржуазные революции. К ним Маркс и Энгельс отнесли революции Нидерландскую (война за независимость от Испании, 1566–1609), Английскую (парламентский «Великий мятеж», 1640–1649), Французскую (низвержение «Старого режима», 1789–1794).
Уточнение деталей как мануфактурной, так и фабричной стадии капиталистического способа производства было сделано последователями германской новой исторической школы, хотя ее основатель-лидер Г. Шмоллер считал, что самый термин «капитализм»[255] надо оставить газетчикам. А. Гельд (1844–1880) выяснил, что преобладающей формой мануфактуры была не централизованная мануфактура, как полагал Маркс, а рассеянная; И. Кулишер охарактеризовал институциональную сторону внедрения фабричного машинного производства как ликвидацию всех установлений и учреждений, препятствовавших свободной конкуренции[256].
Но последующее развитие крупной фабричной промышленности, ее сращивание с капиталом крупных банков и биржевой торговлей, «новым» протекционизмом и «новым» империализмом, подчинение отраслевых рынков картельным соглашениям заставило как марксистов, так и представителей новой исторической школы в политэкономии сделать вывод о пришедшей на смену свободной конкуренции стадии капиталистического способа производства. Следуя трактату Р. Гильфердинга «Финансовый капитал» (1910; рус. пер. И. Степанова, 1912), российские социал-демократы называли эту стадию стадией капитализма финансового (Н. Бухарин), синдицированного (М. Павлович), монополистического и государственно-монополистического (В. Ульянов-Ленин). В сочинениях В. Ульянова-Ленина (включая книгу «Империализм как высшая стадия капитализма» 1917) были сделаны выводы, что эта стадия создала «полнейшую материальную предпосылку» для «пролетарской революции» и социализма и поэтому она – «последняя» для капитализма.
Археологическое углубление формационного подхода
Марксизм, провозгласив главной движущей силой общественного прогресса борьбу антагонистических классов, пророчествовал о будущей бесклассовой формации, но искал подпоры в археологии и этнографии для характеристики первобытного общества как первой – доклассовой – формации. К. Маркс ухватился за деление на каменные века и века металлов, к которому его младший современник англичанин Джон Лаббок (Леббок) добавил принципиальное разграничение веков «древнекаменного» и «новокаменного» – палеолита и неолита – по критерию раз но обра зия техники обработки камня и орудий из него (1865). Энгельс, опираясь на выводы книги американского этнографа Л. Г. Моргана «Древнее общество, или Исследование линий человеческого прогресса от дикости через варварство к цивилизации» (1877), обрисовал схему появления общественного разделения труда, антагонистических производственных отношений, классов и государства. Это была формационная картина дописьменной истории человечества. А три главные эпохи письменной истории[257] – Древний мир, Средневековье и Новое время – были отождествлены с тремя главными формами эксплуатации человека человеком и (выделенными вслед за сен-симонизмом) классовыми антагонистическими формациями: рабовладельческой, феодальной и капиталистической (буржуазной).
Поскольку Марксов анализ классовых докапиталистических формаций остался в рукописях[258], формационный подход в целом стал развиваться под воздействием книг Энгельса «Анти-Дюринг» (1878, при участии Маркса) и «Происхождение семьи, частной собственности и государства» (1884, уже после смерти Маркса).
К концу XIX в. археологи выделили мезолит (среднекаменный век), а между неолитом и бронзовым веком – медный век; в течение ХХ в. это членение уточнялось. Наибольший вклад в материалистическое понимание первобытной истории внес английский археолог Вир Гордон Чайлд (1892–1957). Он назвал неолитической революцией процесс перехода первобытных общин от присваивающего хозяйства (охота, собирательство, рыболовство) к производящему хозяйству (земледелие, скотоводство, ремесло), а городской революцией – возникновение структуры классового господства-подчинения при переходе к металлическим орудиям, прежде всего к более совершенным орудиям нападения. В местах сгущения производящего хозяйства усложнялся порядок занятий и накапливалось богатство, притягательное для завистливых соседей. А медь и металлы, дающие в сплаве с ней бронзу (олово, свинец), были далеко не повсеместны. Редкость делала их стратегическим сырьем и предметом острого межплеменного соперничества. Металлическое оружие превратило стычки в жестокие схватки, отголоски которых прозвучали в легендах о медном веке, отмеченном кровавыми войнами. Возникла потребность в мощной обороне, вызвавшая рост укрепленных поселений – городов. Они возвысились над сельской округой и стали местами сосредоточения государственной власти с ее вооруженными силами, хозяйственно-распорядительными функциями и обслуживающим ремеслом.
Партийная догматизация формационного подхода
Концепция «неолитической» и «городской» революций не вошла в каноническую схему пяти формаций (первобытно-общинная, рабовладельческая, феодальная, капиталистическая, коммунистическая), жестко закрепленную в главной книге сталинского тоталитаризма – «История ВКП(б). Краткий курс» (1938), а также, уже после смерти И. Сталина, в написанном по его указанию учебнике «Политическая экономия» (1954). «Пятичленка» пресекла также дискуссии об особом «азиатском способе производства», развернувшиеся в СССР на рубеже 1920–1930-х гг. и наводившие на мысли о сходстве основных черт «победившего социализма» в СССР и восточного военно-бюрократического деспотизма.
Октябрьская революция 1917 г., приведшая к власти в России Ленина и партию большевиков, была провозглашена в СССР началом «новейшего» времени, общего кризиса капитализма и формирования лагеря социализма. Социализм, согласно букве книги В. Ульянова-Ленина «Государство и революция» (опубл. в 1918), получил определение «низшая фаза» коммунистической формации. Расширение лагеря социализма после победы СССР в Великой Отечественной войне и окончания Второй мировой войны дало основания для вывода о втором этапе общего кризиса капитализма.
