будто прочитав мои мысли, хохотнул парень. — Теперь ты со мной больше не пойдешь на свидание… — утвердительно добавил он.
Я не смогла не ухмыльнуться в ответ, хотя и уловила печальные нотки в его голосе. Примирительно выдохнула и сказала:
— Пойду, но теперь только в таверну. Будем отрабатывать удар слева! — Я засмеялась, отпуская ситуацию, а Джордж заметно расслабился.
— Договорились!
Остаток пути Джордж рассказывал мне какие-то веселые ситуации, которые происходили с ним, когда он тоже впервые пришел в мужское общество. Так мы и дошли до дома. Не дав ему опомниться, я попрощалась и быстро забежала во двор, оставив растерянного парня одного.
На следующее утро уже вся деревня знала о моих вчерашних приключениях и подвигах, обильно приукрашенных домыслами. Я зашла в аптечную лавку, взять дедушке успокоительных капель, и встретила соседку. Она, не заметив меня, переговаривалась с продавщицей. Они громко смеялись, представляя, как щуплая девчонка избила крупного задиристого мужика.
— Ну не избила, а просто хорошенько вмазала один раз. Так было за что! — усмехнулась я резко затихшим женщинам.
Первой пришла в себя продавщица. Она улыбнулась и одобрительно проговорила:
— Так ему и надо! Совсем никакого сладу с ним нет. Даже жена не может его проучить… А ты смогла! Молодец!
Соседка, стоящая напротив, согласно закивала.
— Явилась за каплями для Тито? — перешла к делу продавщица.
Я угукнула, забрала капли и, как только направилась домой, услышала разговор все тех же женщин:
— А ты слышала, что в соседней деревне пропала девушка? — спросила соседка.
Я задержалась около двери, делая вид, что поправляю сползающую с ноги тапочку, и прислушалась. Женщины не заметили моего присутствия и продолжили.
— Ах да, сестра там живет, рассказала, что она пропала уже три дня назад, и никто не знает, где она может быть, — ответила продавщица и понизила голос: — Говорят, она ушла в лес, и больше ее никто не видел. Это фавн рассвирепел. Давно ему не приносили жертву, вот он решил сам похитить ее.
— Да что ты такое говоришь? Неужели правда? — спросила соседка, но я уже вышла на улицу.
Вот же сплетницы! Какой еще фавн? Разве мог мой добрый Киро кого-то похитить? Вздор!
Я вспомнила, что хотела еще зайти на рынок. Уже по пути мне все чаще слышались разговоры о пропавшей девушке и фавне. Похоже, не одна аптекарша сделала подобные выводы. Пора было встретиться с Киро. Не дойдя до рынка, я развернулась и пошла домой. Нужно было все обдумать.
До вечера я работала во дворе. Хоть руки были заняты, но голова — свободна. Поэтому я долго размышляла, как мне встретиться с Киро. С одной стороны, ходить в лес сейчас вдвойне опасно, особенно ночью. А с другой — неизвестно, когда я дождусь его во сне. Может, он еще не восстановил свои силы. В конце концов я решила, что если сегодня ночью Киро не придет, то завтра я сама отправлюсь к нему. Мне было очень интересно спросить, знает ли он что-нибудь о пропавшей девушке и предупредить о том, что говорят люди.
Перед сном я долго причесывала волосы, сидя в кровати. Практически белые в свете луны, они отливали серебром. Интересно, в кого они у меня такие? У мамы были похожие или у папы?
Погасив свечу, я улеглась, закрыла глаза и тихо прошептала:
— Киро, приходи…
Открыв глаза, я поняла, что сплю. За то время, что мы виделись с фавном, я уже научилась различать сон и явь. Все было невесомым и сказочным. Казалось, еще чуть-чуть — и я взлечу, как птица. В настоящей жизни такого ощущения не было. Тяжесть внешнего мира неподъемным грузом ложилась на плечи, не позволяя воспарить. Я поднялась и подошла к окну. Порыв ветра распахнул сворки и взметнул мои волосы, рассыпав их по плечам.
Я вгляделась в темноту и позвала Киро. Он вышел из тени деревьев, и высокая луна подсветила его светлые волосы. Невольно улыбнувшись, я поняла, что успела соскучиться. Все мысли о том, как я объясню свое поведение, исчезли. Я выпрыгнула из окна, и фавн поймал меня. Он аккуратно поставил меня на землю, и босые ноги вмиг утонули во влажной траве.
— Ну здравствуй, красавица!
Руки Киро так и остались на моей талии, разгоняя жар через тонкую ткань ночной рубашки.
— Привет, Киро!
Я мягко провела пальцами по его лицу, не отрывая от него взгляда. Его губы непроизвольно приоткрылись, и я неосознанно облизала свои, пересохшие. Глаза парня от этого жеста немного затуманились. Но тут как нельзя кстати вспомнилось, что я ему просто друг, и мне пришлось отвести взгляд. Наваждение рассеялось. Киро отпустил мою талию и, взяв за руку, повел в лес. Я боялась, он начнет спрашивать, что случилось и почему я тогда так быстро убежала, но нет. Фавн как будто и забыл о той моей маленькой истерике.
Он веселым, беззаботным тоном поинтересовался:
— Что ты делала все эти дни, пока мы не виделись?
Я пожала плечами, вспоминая домашнюю рутину.
— Да особо ничего. Хозяйство, рынок, готовка… — Тут в памяти всплыло странное свидание, и я решила рассказать об этом Киро. Пусть ребячество, но не зря же я ходила на эту пытку. — Была с Джорджем на свидании… — как будто между прочим сказала я, разглядывая свои ногти.
— И как все прошло? — Киро заметно напрягся — от меня не ускользнуло то, как сжались его кулаки.
Я стрельнула на него глазами и ответила:
— Ну, мы сходили в таверну… В целом весело. — Я беззаботно откинулась на траву и стала разглядывать небо.
— А ты как себя чувствуешь? Тебе лучше? — спросила я, вдруг осознав, что так и не поинтересовалась состоянием друга. Вот балда, все о себе да о себе.
— Да, сейчас гораздо лучше, но еще не совсем. Жизненная сила восстанавливается долго. Но, как видишь, в сны уже могу приходить. — Киро обиженно надул губы. — Я думал, ты скучаешь по мне, а ты уже нашла мне замену. И кого? — Последний вопрос был задан пренебрежительным тоном и явно не требовал ответа.
Я усмехнулась, догадавшись, что моя затея сработала. Значит, не совсем и безразлична я ему. Захотелось петь. И танцевать. От чего-то снова стало радостно и светло. Я подскочила и закружилась, глядя в небо. Подол моей рубашки поднялся аж до колен. Киро наблюдал за мной с какой-то нежностью, и этот взгляд был как бальзам на душу.
Мы проговорили всю ночь, и в конце я все же вспомнила, что хотела у него спросить.
— Киро? — Я гладила его голову, лежащую
